компании сторону. От страха у меня дрожат губы и подбородок. Я оборачиваюсь на этих ненормальных, все еще смотрящих прямо на меня, а потом на парня, который не оборачиваясь идет вперед. И что делать? Бежать! Но если побегу, они догонят. Все трое, и потом…
Невидимая сила заставляет поднять с асфальта сумку и, закинув ее на плечо, передвигать ноги, а потом почти бегом догонять его. Не знаю, что я делаю. Иду с человеком, который, есть вероятность, уничтожит меня? Или цепляюсь за его слова, предоставляющие мне выбор?
Поравнявшись с ним, не чувствуя себя от страха, но другого выхода нет. Иду рядом.
- Куда мы идем?
- Вперед.
Я вжимаю голову в воротник, а спустя несколько секунд соображаю:
- Мой телефон...
- Купишь новый.
- Но…
Парень останавливается так резко, что я едва не врезаюсь в него. Склоняет голову, приближаясь ко мне, и я впервые в свете фонаря могу рассмотреть черты его лица – широкие скулы, прямой нос и взгляд – слишком взрослый для его возраста.
Такой обычно у видавших жизнь людей бывает. Со своим скрытым смыслом, подтекстом.
Отклоняю голову назад, потому что вдруг понимаю, что улавливаю его запах. Совершенно не такой, как у тех отморозков. Какой-то другой, густой, вкрадчивый, с оттенком мяты. Скорее всего от жвачки, которую он жует.
- Можешь вернуться, я не держу, - равнодушно предлагает он. – Попросишь, и они, возможно, отдадут тебе его. Только попросить нужно будет очень хорошо.
Меня дрожью пробивает, а на спине выступает ледяной пот.
- Черт с ним. Обойдусь. - отвечаю я, отворачиваясь.
Парень выпрямляется и молча идет дальше.
Я семеню рядом, так и не понимая куда мы идем, но тихо радуясь, что те уличные ублюдки остались позади.
Сердце не унимается, но это нормально. Когда не знаешь куда тебя ведут, сложно держать себя в руках.
С неба начинают срываться первые капли дождя, вынуждая вскинуть голову вверх и поежиться. Правда, перспектива промокнуть сейчас уже не воспринимается такой страшной по сравнению с тем, что могло со мной случиться десять минут назад. Да и всё ещё может.
Я прячу подбородок в высокий ворот куртки.
- Это твоя, кажется, - протягивает мне мою шапку пугающий спутник.
Откуда она у него взялась?
Буркнув «спасибо», я забираю ее и натягиваю на голову. Тут же становится теплее.
Главное, сережки с телефоном забрали, а шапку мою он решил вернуть. Очень благородно. Но мысли свои я оставляю при себе. Нечего сейчас испытывать судьбу.
Пока мы без слов идем вперёд, я украдкой посматриваю на своего сопровождающего, которому, по всей видимости, никакого дела до меня нет. Он ступает, погрузившись в свои мысли и смотря прямо перед собой, будто и не замечая меня совсем.
А я и не против, только бы не трогал.
Когда мы наконец доходим до оживленной дороги, он притормаживает, разворачиваясь ко мне лицом.
- Дальше дорогу сама найдешь.
Я от неожиданности опешила. Глазею в безразлично смотрящие на меня глаза. Он отпускает меня? Правда отпускает? И боясь того, что он вдруг передумает, бросаюсь к светофору. Людей на улице нет, только машины, но мне и этого достаточно.
Дождавшись зеленого, практически бегу вперёд, а когда оборачиваюсь - на другой стороне парня и след простыл.
Спустя полгода
- Привет, Лив, вы уже вернулись? - щебечет в трубку звонкий голос Тары. Мы не виделись с ней почти два месяца, за которые я успела ужасно соскучиться.
- Да, еще вчера.
Поставив телефон на громкую связь, я собираю волосы в хвост. Несмотря на то, что послезавтра начало учёбы и близится осень, пока ещё на улице стоит удручающая жара.
- Тогда я не пойму, почему ты еще не у меня? - возмущенно летит из динамика.
- Завтра увидимся. Сегодня у нас грандиозное событие.
- Какое это?
- Расскажу завтра.
- Тааак, - судя по тону, Тара уже готовится выехать ко мне и вытрясти всю правду. - Ливви, или ты признаешься, что происходит, или накрывай на стол.
Я усмехаюсь, убирая громкую связь и прикладывая телефон к уху. Оставшись довольной своим отражением в зеркале, выхожу из спальни.
- Сегодня не могу. Слишком нервничаю по этому поводу. А вот завтра приезжай хоть с самого утра.
- Хммм, - на секунду в трубке повисает молчание, после которого тон подруги меняется на хитро-сладкий, - а я вчера Роя видела.
Притормаживаю на ступенях, чувствуя, как губы машинально разъезжаются в улыбке. Знает же как привлечь мое внимание, проныра.
- И как он?
- Ооо, могу сказать с уверенностью, что твоя в него влюблённость только возрастёт в геометрической прогрессии.
Сердце сладко сжимается. Память совместно с фантазией как в фотошопе мастерят образ парня, в которого я была влюблена весь последний год, добавляя к тому прототипу, которого я помню, новые краски. Может, он стал выше? Еще привлекательнее? Нет, это невозможно. Он и так эталон. Высокий, темноволосый, на подбородке небольшая ямочка…
- Теперь твояяя очередь, - вытягивает меня из недр собственной памяти пронырливый голос.
Я начинаю смеяться.
- Неа, не выйдет.
- Это не честно с твоей стороны помахать сладкой ватой перед ребёнком и не дать даже кусочка.
- Ничего, уверена, ребёнок доживет до завтра без сладкого, - продолжаю свой путь и уже через пару секунд вхожу в гостиную.
Зак, скрестив ноги, валяется на диване и летает пальцами по экрану телефона. Снова в кроссовках. Вот что за человек? Подхожу и, шлепнув его по щиколотке, указываю пальцем на пол.
Старший брат закатывает глаза, но ноги опускает. При этом демонстративно губами произносит «прости, мамочка», за что отхватывает от меня еще и подзатыльник.
- Всё, Тара, я должна идти. Завтра буду ждать.
- Злюка. Я не приеду. Хотя нет, приеду и выскажу тебе свои возмущения в лицо!
Она скидывает первой, а я с улыбкой кладу мобильный на стол. Зная любовь этой девчонки ко мне, первое, что она сделает завтра – это задушит в объятиях. А уж потом будет душить за то, что не рассказала самого главного.
- А я должен буду полюбить его так же, как и вас с Заком?
Заметив, что я завершила разговор, мой младший брат Эйдан с волнением заглядывает мне в глаза, прежде чем продолжить рисовать.
Сажусь напротив него и треплю его короткие мягкие волосы.
- Нет, конечно, не должен. Но постараться построить нормальные отношения будет с нашей стороны правильно. Родители очень
