Читаем без скачивания Последний вояж «Титаника-7» - Андрей Баранов

Может быть именно поэтому мистер Дрин, истинный британец, временами смотрел на милого Мишу Петро-сана с крайней неприязнью. Однако с корта уходить не собирался. Он был человеком суставчатого телосложения, как говорится, «хоть грудь впалая, зато спина колесом», и передвигался по корту как на ходулях. Маша гоняла обоих любителей активного отдыха по площадке как больших любопытных щенков. «Щенки», немолодые уже дяди, потели, но исправно бегали за мячиками, ловко разлетавшимися в разные стороны.

– Эй, Майк, лови подачу! – вопил мистер Дрин, пытаясь увернуться от очередного мяча, который безжалостная Мария, уставшая от спортивного дебилизма своих партнеров по игре, старалась вбить уже не в площадку, а в тела запыхавшихся комиков.

– Ты это кончай, Машка! – заорал Петро-сан-IV, получив мячиком по лбу и даже потеряв на время свою фирменную улыбку патентованного идиота. Мы тебе не кока-кольные бутылки!

– Бутилки? Как ето? Я не понимайть-по русски! – отвечала им Мария с другой стороны сетки. В необходимые моменты она начисто забывала русский язык, ловко скрывая, что на самом деле уже плохо помнила английский, и ее американской маме приходилось репетировать с ней «инглиш» почти с нуля.

– Мы не мишени и не рабы! Рабы не мы! – кричал Петро-сан-IV, метаясь по корту и отмахиваясь ракеткой во все стороны, как от мошкары, но туча мячей, посылаемых Марией со скоростью пейнтбольного автомата, настигала его повсюду.

– Рабы немы! Вы мне надоели как два белых пятна перхоти на моей одежде! Ну ничего, сейчас от вас и следа на останется! Таких козлов на моем корте не увидит никто! – неожиданно Мария вспомнила русский язык. Дело в том, что в Новой России теннис продолжал считаться престижным видом спорта богачей и кинозвезд. Мистер Дрин и Петро-сан-IV всегда напрашивались на машины тренировки, полагая, что это очень гламурно. Отказать им было нельзя, прогнать – невозможно. Приходилось применять жестокие методы.

Время стремительно приближалось к обеду. Гангстер Микки давно уже продрал свои солодового цвета глазки и, обильно заправившись минералкой, «алко-ликвидатором» и плотным корабельным завтраком, пытался разбудить своего партнера по бизнесу. Для побудки использовались сильные средства, как-то: поливание водой из фляжки, попинывание ногами и легкое поколачивание складной бейсбольной битой. Наконец мистер Тайсон, отчаянно зевая, соизволил проснуться и даже присесть. В каюте сразу стало теснее. «Чертова горилла, – расистки подумал Микки, – спит до обеда!»

– Да, я сплю до обеда. А также после обеда. Открою тебе секрет, белый братец – я иногда даже сплю во время обеда… особенно если на обед у меня барбекю из такого красавчика, как ты! – Тайсон захохотал, довольный своим остроумием. Иногда он просто читал мысли партнера. Гигантские мускулы под черной кожей негра перекатывались, как кролики под шкурой проглотившего их удава. Однако Микки знал Тайсона уже много лет, и понимал, что самое главное – это завести его, ну а потом уж и не остановишь! Он достал из кармана пачку свежеотпечатанных галактических долларов и поднес их к носу Тайсона, давая ему возможность насладиться их неземным ароматом, а потом для убедительности похрустел ими над его полуоторванным ухом. «Понюхай, понюхай, ниггер. Будем воспитывать в тебе рефлексы как у собачки Павлова!» – Микки был очень образован для своей профессии.

– Что это? – спросил Тайсон недоверчиво.

– Деньги, мой черный друг! Половина той суммы, что причитается нам за операцию. Вторую половину получим, когда потопим это корыто. Ты понял меня?

– Ты знаешь, Микки, что я бывший боксер. Я бил, и меня били. Я кусал, и меня кусали. Откусили почти целое ухо. Я даже стал чемпионом одной банановой республики. Но я не настолько поглупел, чтобы не отличить фальшивые галактик-доллары от настоящих! Шеф хочет нас надуть! Настоящие деньги не пахнут – это знает любой черный брат в Гарлеме!

– У нас нет времени, приятель. Да, они фальшивые, но ни один прибор на этой чертовой планете не отличит их от настоящих, а принюхиваться никто не станет. Не у всех есть твой собачий нюх, хе-хе-хе… как у марсианской гончей!

Тайсон задумался. Но скоро лицо его прояснилось, а уши слегка оттопырились. Он принял решение.

– Когда пойдем на дело? – спросил он.

– Сегодня ночью разведка. Если все будет тип-топ, ставим таймер на задержку двенадцать часов, и уплываем. Мы на корабле уже неделю, и я подыхаю со скуки. Честно сказать, мне тут и не жалко никого, ну может кроме одной длинноногой телки, которую я засек утром у бассейна. Надо бы познакомиться с ней поближе, ну а потом… – Микки улыбнулся своей очаровательной улыбкой и выразительно провел ребром ладони по шее.

– Стоит тратить свое время на белых сучек! – мрачно заметил Тайсон. От них один триппер и неприятности.

– А откуда ты знаешь, что она белая?

– Так на черную же ты не клюнешь! Нет, ты не обманешь старика Тайсона! – довольный, он захохотал.

– Ну почему, мне черные даже очень нравятся! Мне и ты нравишься, как мужчина и вообще! – Микки оценивающим взглядом оглядел партнера.

– Даже и не мечтай! Я не по этой части… и в любом случае – не с таким чистоплюем, как ты! – Тайсон отвернулся к стенке и демонстративно захрапел.

– Ладно, дрыхни пока, обезьяна, – с этими словами наглый красавчик вышел из отсека.

В это время Джоан сидела у себя в каюте и занималась самым важным делом в жизни каждого агента ФБР – составляла отчет о проделанной работе. Работы пока было немного, но отчет шел по заранее накатанной схеме. Изящные пальчики Джоан летали над сенсорной бесконтактной клавиатурой мини-компьютера, почти невесомого и местами прозрачного. Джоан пыталась разгадать загадку крушений «Титаников» и, что еще более важно, предотвратить гибель нынешнего «Титаника» номер семь, понимая, что в случае повторения катастрофы шансов выжить будет немного. Ей отчаянно требовался напарник. Киборг Малдер-ХХII был поставлен начальством на склад запчастей, и пылился там, не в состоянии ей помочь. Правда в ее распоряжении была гигантская база данных Интергалактической Полиции, с которой она связывалась через всегалактический интернет. Пока он действовал даже тут, в коварном и непредсказуемом районе бермудского треугольника, хотя корабельный Wi-Fi иногда барахлил.

Дли красавчика Микки было бы большим сюрпризом узнать, что не только он засек прелести Джоан, но и она уже давно отсканировала его смазливое лицо дистанционным полицейским сканером и знала о нем решительно все. И то, что она узнала, ей совсем не понравилось. Микки со своим напарником давно уже числились в полицейской картотеке и, несомненно, являлись прекрасными кандидатами на роль террористов-диверсантов. Одних мелких грешков за ними набралось на 265 лет жарких венерианских колоний. Джоан вовсе не хотелось сражаться с ними в одиночку. Агентесса глубоко задумалась.

Но она не зря была отличницей школы ФБР в Квонтико – решение пришло, как будто в ее голове провернулись колесики старомодных швейцарских часов. Зная назубок всех околачивавшихся на борту подозрительных личностей, она остановила свое внимание на мисс Алисе М. Стрекозловой, русской, женского пола и с преступной биографией. Именно коварный шеф Джоан, проходящий под псевдонимом Законченный Курильщик, он же Рак-в-последней-стадии, и был автором идеи заманить Алису в этот вояж, с целью посмотреть, как же она выкрутится на этот раз и выкрутится ли вообще. Джоан решила завербовать ее в помощницы, действуя, как и привыкли действовать представители правительства США – силой, наглостью и шантажом. Она знала, что закон также на ее стороне, но не слишком на него полагалась. Проверив зарядник бластера, попудрив нос и поправив солнечные очки, она покинула свою каюту и решительным шагом направилась к лифту на верхнюю палубу.

В это время ничего не подозревающая Алиса отбивала атаку отца Онуфрия, который хотел исповедать ее во что бы то ни стало, для чего активно зазывал сначала в бар, а затем в свою просторную каюту с балконом и прекрасным видом на океан, утверждая, что публичная исповедь хоть и практикуется в ГПЦ, но на самом деле в глазах Бога значит гораздо меньше, чем индивидуальная, и уединение просто необходимо для сохранения таинства обряда. Единственным местом, куда святой отец не смог за ней последовать, стала дамская туалетная комната. Алиса остановилась перед зеркалом – просто так, проверить, не растрепалась ли челка, и тут, как ураган, ее настигла Джоан – да простит меня читатель за такое сравнение. Джоан сразу взяла быка за рога.

– Как васшье имья? – спросила она Алису на леденящем душу русском языке. Надо заметить, что Джоан немного знала русский. В США во время Второй Великой депрессии русский язык стал очень популярен – ведь только зная его, можно было найти работу в цветущей от российского лунного гелия-3 восточной Европе, а то и в самой России, если повезет. Джоан тоже выучила его – правда, не без помощи гипнографа.