— А потому, что так и есть, — рассмеялся Дуайт. — Отправляйся в полицейское управление. Они держат его во второй комнате для допросов и ждут, когда ты появишься.
* * *
Пятнадцать минут спустя совершенно без макияжа и в мятой юбке Алана постучала в дверь второй допросной полицейского управления Пайн-Креста. Дверь открылась, и неожиданно она вдруг обнаружила, что смотрит на пару пронзительно карих глаз.
В потрясении ее взгляд скользнул по смятой, светло-голубой, застегивающейся на пуговицы, рубашке с засученными рукавами, показывая загорелые предплечья, далее вниз к длинным худощавым ногам, заключенным в черные брюки, и, наконец, паре новых кожаных ботинок, которые явно бродили по месту пожара.
Сажа.
Она почуяла запах дыма на его одежде. Очень быстро Алана вскинула взгляд обратно на его лицо, жалея, что не потратила лишних пять минут, чтобы наложить немножко туши, помаду и румяна.
Неудивительно, что она продолжала видеть о нем сексуальные сны. Он излучал первобытную мужскую энергию, которая задевала нужные струны глубоко в ней.
Ной Бриско.
Она знала, что он не спал всю ночь, расследуя пожар, но он выглядел внимательным и бдительным, глядя на нее тем своим напряженным пристальным взглядом. Несмотря на это, в ней все еще имелась внутренняя невозмутимость относительно него, которая призывала ее к разуму. Алана происходила из шумной, любящей спорить семьи, главным образом адвокатов и судей, которые могли дебатировать о любой стороне любого вопроса. Ной был мужчиной строгих убеждений. Добро и зло. Черный и белый. В то время как ее мир был совершенно другим. Сложным и многогранным.
Была ли в этом доля привлекательности? Его четко определенная простота?
— Я — назначенный судом адвокат мистера Клаусена, — объявила она.
Ной смерил ее взглядом, который скользил от ее глаз к губам и вниз по ее телу. Везде, где его взгляд блуждал, ее обдало жаром.
Тогда Ной сделал шаг ближе и, протянув руку, коснулся ее свитера прямо над сердцем.
Испугавшись, Алана отпрянула.
— Давай не будем потакать его бреду, — сказал Ной.
И только тогда она поняла, что носила брошку Санта Клауса на своем свитере.
— Ох, — она моргнула. — Ох.
Ной спокойно наклонил голову, нашел застежку брошки и отцепил ее. Его пальцы едва задели ее грудь.
Она перестала дышать.
Ной отступил и протянул свою руку. Она протянула свою ладонь, и он бросил в нее брошку Санты. Его мужественная мощь напомнила ей, почему она прекратила отношения между ними. С его саркастическим остроумием, темным мировоззрением и потрясающе красивым телом, он оказался для нее слишком трудным, чтобы справиться.
— Я не сумасшедший, — сказал мужчина, прикованный наручниками к столу допросной. — Я — настоящий.
Впервые Алана заметила своего клиента.
Он был при полном параде одет в костюм Санты. Она не могла точно определить его возраст. Ему было больше среднего возраста, но он не был пожилым. Мужчина обладал крепким телом, мерцающими голубыми глазами, розовыми щеками и подлинной улыбкой под густой белой бородой. Красный костюм и шапка с пушистым белым воротничком и манжетами, черными ботинками, белыми перчатками. Единственное, что отсутствовало из принадлежностей, — широкий черный пояс.
— Здравствуйте, мистер Клаусен, — сказала она, — Меня зовут Алана О'Хара.
— Дух Рождества, — Клаусен улыбнулся.
— Извините?
— Он только это и говорит, — сказал Ной. — Теперь, когда ты здесь, надеюсь, что мы куда-то да сдвинемся.
— В чем он обвиняется?
Ной рассказал ей. Она не слышала о женщине, пострадавшей в пожаре. Это дает абсолютно новый оборот делу о поджоге. У Санты серьезные проблемы.
Ной провел следующие пятнадцать минут, допрашивая Кристофера Клаусена. В основном Алана говорила своему клиенту не отвечать. С виду он казался открытым и честным, и полностью готовым сотрудничать. Единственной проблемой было то, что он продолжал настаивать, что он Санта Клаус.
— Мистер Клаусен, у вас есть какое-нибудь объяснение тому, как ваш пояс попал в фойе особняка Прайса? — задал вопрос Ной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Алана положила руку на предплечье клиента.
— Вы не должны на это отвечать, — она встретила бескомпромиссный взгляд Ноя и встала на ноги. — Время прекратить этот допрос, сержант Бриско. Мне нужно конфиденциально посоветоваться со своим клиентом.
На лице Ноя появился злобно-насмешливый взгляд. Его стандартное выражение. Эффективное воздвижение барьеров — надеть маску сурового парня. Однажды она получила возможность мельком взглянуть поверх этого, однако так и не раскрыла всю историю, когда почувствовала глубокую уязвимость, которую он никогда никому не показывал.
Он сверкнул белыми и ровными зубами. Это была холодная улыбка, под которой кипело нечто опасное.
— Безусловно, все, что тебе нужно, мисс О'Хара.
Это с ней играло воображение или он сделал особый акцент на слове «нужно»? Она подумала о своих эротических снах и почувствовала, что ее щеки обдало жаром. Он заметил это, и его улыбка растянулась еще шире, став зловещей. Она не верила в услужливость полицейского. Зачем ему быть таким вежливым?
Сержант Бриско. Мисс О'Хара. Они были всецело официальны друг с другом, будто между ними никогда не было сладкой стычки на заднем сидении его внедорожника.
Он встал, подошел к двери и кивнул охране, стоящей снаружи.
— Можете забрать мистера Клаусена в камеру.
Охранник вошел и вывел Кристофера Клаусена, оставив Ноя и Алану наедине в комнате допроса.
Его жаркий взгляд снова был направлен на нее. Они оба стояли. Ной чуть ближе к двери, чем она.
— Санта виновен как смертный грех.
— Любишь торопиться с выводами. В этом весь ты.
Его глаза сузились, но она могла бы поклясться, что он подавил веселую улыбку.
— У нас есть свидетель, который видел, как он покинул особняк как раз перед тем, как вспыхнул пожар. В фойе был найден черный пояс, а у него отсутствует такой в его костюме Санты. Клаусен был в толпе, наблюдал за пожаром, — Ной отмечал доказательства, загибая пальцы.
— Все это лишь косвенно.
— Косвенные доказательства дают схлопотать приличный срок. Ты не хуже меня знаешь, что нам хватит улик для обвинения.
— Я знаю, что ты жесткий, Бриско, но я и понятия не имела, что ты также и узко мыслишь.
— Твой парень — полный псих.
— Он немного своеобразный, но это не делает его сумасшедшим.
— Он думает, что он Санта-Клаус.
— Не думаю, что он имеет это в виду буквально. Это — по большей части, образ духа Рождества. Как в «Да, Вирджиния, Санта Клаус существует» (прим.: «Да, Вирджиния, Санта Клаус существует» (Yes, Virginia, There Is A Santa Claus) - кинофильм, снятый в 1991 США, Канада. Этот фильм снят о сильно пьющем после потери жены и дочери журналисте, который получает письмо от девочки по имени Вирджиния, которая спрашивает, существует ли Санта Клаус в реальности. Пробужденный этим письмом к жизни, он пишет замечательную статью, давая в ней ответ на этот вопрос. Это событие меняет к лучшему жизни нескольких человек).
— Мило. Учитывая, что мы находимся в Вирджинии.
— Вот, о чем я. Клаусен пытается доказать свою точку зрения.
Алана несла чепуху. Она знала это, и Бриско знал это. Она понятия не имела, было ли у Клаусена психологическое расстройство или нет, но она была его адвокатом защиты. Ее обязанностью было защищать его.
— То есть? — взгляд Ноя сверлил ее, и он скрестил руки на груди. Очередной барьер наряду с интонацией вызова в голосе.
Его близость творила нечто странное с ее нервными окончаниями. Говоря более конкретно, с нервными окончаниями в определенной области ее тела, к которым давненько не прикасался мужчина. Она вздернула подбородок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Дух Рождества существует во всех. Даже в тебе, скряга.
Ной рассмеялся, громко и поразительно.
— Дай-ка угадаю, твой любимый фильм на всем белом свете — «Чудо на 34-й улице».
