Врачи, обследовавшие В. И. Ленина в марте 1922 года, еще не смогли обнаружить особых поражений нервной системы или внутренних органов. Но сильные головные боли, частая бессонница, явные признаки переутомления заставили их рекомендовать ему отдых. Благодаря настоянию родных и друзей, членов ЦК партии и Советского правительства Владимир Ильич согласился уехать весной в Горки, в бывшее имение Рейнбота. Привыкший к скромной жизни, он чувствовал себя в богато обставленном доме бывшего градоначальника Москвы непривычно. В. И. Ленин и Н. К. Крупская выбрали самую маленькую комнату и поселились в ней.
23 апреля 1922 года, почти через четыре года после ранения, профессор В. Н. Розанов в Боткинской больнице извлек из тела Владимира Ильича пулю[2]. Однако ее удаление не принесло облегчения.
В мае у Владимира Ильича обнаружились первые опасные признаки серьезного поражения мозга. Наступили общая слабость, утрата речи и резкое ослабление движения правых конечностей. Так продолжалось три тревожных недели.
Сильный организм В. И. Ленина и заботливый уход отбили первый натиск болезни. В июле наступило существенное улучшение, и в октябре Владимир Ильич смог вернуться к работе. В ноябре он произнес три большие речи.
Перед молодой Советской республикой, разгромившей все походы иностранных интервентов и мятежи внутренней контрреволюции, вставали новые важные задачи, и Ленин, не жалея сил, весь отдавался работе.
20 ноября он выступил в Московском Совете. Подводя итоги полуторагодового развития страны на основе новой экономической политики, В. И. Ленин сказал, что переход этот труден, но трудности будут преодолены.
Под бурные аплодисменты депутатов он заявил, что республика уже достигла известных успехов.
Это было последнее публичное выступление руководителя Российской Федерации.
Болезнь сосудов прогрессировала.
В пятницу 15 декабря 1922 года Ленин написал знаменитое письмо членам ЦК партии: «Я кончил теперь ликвидацию дел и могу уезжать спокойно. Осталось только одно обстоятельство, которое меня волнует в чрезвычайно сильной мере, — это невозможность выступить на съезде Советов. Во вторник у меня будут врачи, и мы обсудим, имеется ли хоть небольшой шанс на такое выступление. Отказ от него я считал бы для себя большим неудобством, чтобы не сказать сильнее. Конспект речи у меня был уже написан несколько дней назад. Я предлагаю поэтому, не приостанавливая подготовки для выступления кого-либо другого вместо меня, сохранить до среды возможность того, что я выступаю сам, может быть, с речью, сильно сокращенной против обычного, например, с речью в три четверти часа…»
«Шанса на выступление» не оказалось. 16 декабря у Владимира Ильича произошло второе кровоизлияние в мозг. Наступил паралич правой руки и правой ноги, заставивший его надолго слечь в постель.
В эти дни, страдая от вынужденного бездействия и вспоминая былые годы, он шутливо сказал Н. К. Крупской и М. И. Ульяновой: «В 1917 году я отдохнул в шалаше у Сестрорецка благодаря белогвардейским прапорщикам, в 1918-м — по милости выстрела Каплан. А вот потом случая такого не было…»
Немного оправившись, В. И. Ленин снова начинает читать, следить за газетами, просит показывать ему новые кинофильмы. В январе — марте 1923 года он продиктовал свои последние статьи: «Странички из дневника», «О кооперации», «Как нам реорганизовать Рабкрин», «О нашей революции», «Лучше меньше, да лучше». В январе 1923 года Владимир Ильич закончил «Письмо к съезду», известное под названием «Завещание». Он работает медленнее, диктует по десять, двадцать, сорок минут в день. Эти статьи явились как бы его политическим завещанием.
К сожалению, Ленину как строителю нового общества в мирных условиях был отпущен слишком короткий срок. А некоторые его последние советы, реализация которых могла бы решающим образом повлиять на последующее развитие страны и саму судьбу социализма, были попросту проигнорированы. Это обернулось деформациями и многими трагедиями.
9 марта 1923 года произошло третье кровоизлияние в мозг. Развились тяжелый приступ паралича правой половины тела и поражение речи. В середине мая в тяжелом состоянии В. И. Ленин был перевезен в Горки, где оставался до конца своей жизни.
Со второй половины июля началось медленное улучшение. Ежедневно Владимир Ильич совершал прогулки в специальном кресле по старинному парку; к нему вернулись аппетит и сон.
Постепенно с посторонней помощью он начал ходить, а в начале августа смог приступить к упражнениям для восстановления речи.
В сентябре он уже мог, держась за перила, сходить по лестнице и подниматься по ней. В октябре стал самостоятельно ходить по комнате, опираясь на палку. Постепенно восстанавливалась речь. В. И. Ленин начал учиться писать левой рукой. Почти ежедневно ездил на прогулку в лес: летом — в автомашине, зимой — в санях.
Доктора позднее вспоминали, что В. И. Ленина очень тяготила чрезмерная, по его мнению, трата сил врачебного персонала; он считал, что ему уделяется слишком много внимания. Владимир Ильич стремился доставлять окружающим как можно меньше труда и хлопот. «Этот человек создан, чтобы служить другим и никогда не допустить, чтобы служили ему», — сказал позднее немецкий профессор О. Ферстер, участвовавший в лечении Ленина.
Вся страна, весь мир ловили сообщение из Горок.
Навестить Владимира Ильича приезжали делегации рабочих. В ноябре 1923 года текстильщики Глуховской фабрики привезли ему и посадили в парке 18 вишневых деревьев.
Почта доставляла тысячи ободряющих, теплых писем. Вот одно, полученное больным В. И. Лениным в начале января 1924 года:
«Дорогой Ильич!
Мы, рабочие и служащие Серпуховской фабрики тонких сукон, собравшись на общее собрание, шлем тебе, дорогой вождь, свой горячий пролетарский привет и вместе с ним посылаем скромный подарок — отрез сукна на халат, сработанный серпуховскими суконщиками.
Носи, Ильич, береги свое здоровье.
И будь в полной надежде, что рабочим Советской России всегда с тобой…»
8 января 1924 года горячий привет и пожелание скорейшего выздоровления направила вождю Тульская губернская партконференция.
16 января открылась XIII конференция РКП(б). Делегаты единодушно избрали В. И. Ленина в президиум. Они знали, что Владимир Ильич болен, но верили, что он незримо присутствует на конференции, руководит, советует, дает правильный курс.
…И вдруг » мрачная весть: Ленин умер!
«Этот пламенный и стремительный борец сжег себя в неустанной борьбе, — писал в те дни Г. М. Кржижановский, — ни на минуту не покидая своего сторожевого поста.
До конца, до последнего вздоха…
Великие силы развязаны в нашей стране работой В. И. ждет ее великое будущее»[3].
Печальная весть стремительно разнеслась по земле, потрясая и друзей и врагов.
22 января в 11 часов в Москве открылось очередное заседание XI Всероссийского съезда Советов.
Многие делегаты еще не знали… Но вскоре почувствовали, что случилось большое несчастье: вчера вечернее заседание было неожиданно отменено. Сегодня президиум почему-то задержался, у многих членов президиума покрасневшие глаза. Вот на трибуну поднялся Председатель ЦИК М. И. Калинин. На его усах и щеках блестят слезы. С трудом владея собой, он сказал:
— Товарищи, прошу встать.
Все поднялись. Еще успокаивали себя мыслью, что сегодня — День памяти жертв Кровавого воскресенья 9 января 1905 года. И когда оркестр заиграл похоронный марш, то многие надеялись: в честь расстрелянных на площади перед Зимним дворцом. Но вот оркестр резко останавливают.
— Товарищи! — дрогнувшим голосом произнес Калинин. — Я должен сообщить вам тяжелую весть. Здоровье Владимира Ильича в последнее время шло на значительное улучшение. Но вчера произошел с ним удар, и Владимир Ильич умер.
Раздался общий стон.
Более 400 человек как бы оцепенели. Яркий зал потемнел в их глазах.
«Все дальнейшее, как во сне, — рассказывал один из очевидцев. — Помню множество закрытых руками лиц, плачущих навзрыд крестьян; глотающих слезы „мужественных“, т. е. старающихся казаться мужественными людей… Заседание объявлено закрытым… Но никто не хочет уходить… Куда идти?.. Что делать?.. Траурный марш… И тут происходит нечто неописуемое. Всеобщее глухое рыдание. Кто не может плакать на людях, бежит укрыться где-нибудь в стороне».
Всеобщая печаль окутала страну.
На улицах Москвы рвали из рук продавцов экстренный выпуск газет «Правда» и «Известия». Глядя на портрет Ленина в траурной рамке, не верили в то, что случилось. Глазами, затуманенными от слез, читали:
ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЕ СООБЩЕНИЕ
21 января в 6 час. 50 мин вечера в Горках близ Москвы скоропостижно скончался Владимир Ильич УЛЬЯНОВ-ЛЕНИН.
Ничто не указывало на близость смертельного исхода.
Последнее время в состоянии здоровья Владимира Ильича наступило значительное улучшение. Все заставляло думать, что здоровье будет дальше восстанавливаться.
