Да, и вовсе, я запуталась и не знаю, что делать дальше.
Пару раз встаю, пью воду. Говорят, это помогает, чтобы успокоиться. Мне — нет. Даже травки не помогают. Снотворного дома нет, а пить алкоголь для успокоения — не мой вариант.
В итоге пишу начальству и отпрашиваюсь с работы. Иногда я готова поблагодарить новый вирус, потому что благодаря ему хотя бы один отгул в месяц взять стало проще. Особенно, если написать: «у меня температура». На следующий день всегда можно сослаться на сильное переутомление. Главное, этим не злоупотреблять.
Гриша уходит с утра — последние деньки лафы, когда я смогу посидеть дома одна, а затем его снова вернут на удаленную работу. И, похоже, эта участь ждет и меня.
Неужели, еще один месяц наедине друг с другом?
И почему меня пугает то, что я все-таки решу уйти, а не остаться? Может, я, напротив, не захочу уходить? Но я же все решила!
Моя же неопределенность бесит и меня в том числе.
Все эти тяжелые мысли приводят меня к слезам. В какой-то момент меня накрывает, и я просто реву без остановки. Мне так хотелось выплакаться, но я все время сдерживалась, считая, что нет никакой причины в слезах. Да и не хотела, чтобы Гриша видел мои слезы. Не потому, что не хотела сделать больно своей истерикой, напротив, не хотела давать ему поводов для злорадствования.
А тут прямо накрыло. Ниагарский водопад, право.
И я совершенно забываю, что ко мне должна заскочить подруга и забрать свои вещи. Последний месяц она жила с нами во второй комнате и даже видела несколько скандалов, но я тщательно скрывала свои проблемы — она только что пережила разрыв с женихом и начала встречаться с бывшим. Куда ее грузить своими проблемами?! Ей бы со своими как-то разгрестись.
— Лена, что случилось… — теплый мягкий голос Лизы выдергивает меня из мыслей. Смотрю на нее затуманенным взглядом, пытаясь понять, она ли здесь, или просто мое дурацкое видение.
Галлюцинации ведь никто не отменял.
Надо бы лечь спать и выспаться.
— Все хорошо… — на автомате отвечаю я, отводя взгляд. А затем не выдерживаю и добавляю: — Просто очередная ссора.
Просто очередная ссора, которая вот-вот закончится разводом. Это будет странно, если я все это выпалю…
— Лен, ты же меня знаешь, я не уйду, пока ты мне все не расскажешь, — Лиза настаивает, а я уже жалею, что позволила ей пожить у нас. Гриша не возражал — его друзья тоже частенько бывали у нас в гостях, даже с ночевкой. Просто у меня нет сил делиться чем-то с лучшей подругой.
Мне хочется залезть под одеялко, впасть в спячку и провести там всю жизнь.
Лиза наливает мне стакан воды и ставит перед лицом. Вздыхаю и случайно икаю. Да, вода не помешает. Пью воду и заставляю себя не плакать.
Чего расклеилась? У всех есть проблемы! Я, что, одна во всем мире такая? Люди и после десяти и даже двадцати лет разбегаются. Кто сказал, что существует «любовь навсегда»? Видимо, это все сказки для маленьких девочек. И не даром же они все заканчиваются «и жили они долго и счастливо».
Ага. Даже сама фраза сказочная.
— Да я в курсе, что ты настырная, — бурчу себе под нос, вытирая последнюю слезинку. Отмахиваюсь — надоело плакать. — Почему на выходных не ночевала дома? Ты вроде бы сегодня планировала переехать и собрать вещи, — вместо ответа задаю свои вопросы.
Она наконец-то сняла квартиру и готова съехать. Вот только я уверена, что она не туда ездила на выходные. Вообще, хотела еще тогда ей позвонить, но не стала мешать ее личной жизни. У них все только начиналось. Снова. Не то, что бы я верила, что с бывшим можно построить хорошие отношения, но то как Лиза расцветала рядом с ним — о многом говорило. А раз подруга счастлива — я не буду лезть со своими советами.
Это ведь не мое дело, с кем ей спать. Важно, что она, наконец, определилась. Пусть будет счастлива. Ее жизнь, ей ошибки, ее радость.
В своей бы личной жизни разобраться.
— Меняешь тему? — Лиза качает головой, с прищуром смотря на меня. Упрекает? — К Ярославу мама приехала. Она разводится с отчимом, — и тут я не выдерживаю и снова реву.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Слово «развод» непроизвольно выступает настоящим триггером.
Да, что б, тебя, Лиза, ты и без пыточных принадлежностей способна устроить словесную пытку!
Лиза явно не понимает, почему я так реагирую.
— Ярик, чтобы ее не травмировать, сказал, что мы вместе живем, и я не смогла вернуться домой, — она быстро поясняет и поспешно добавляет, задавая один и тот же вопрос: — Ну, так ты мне уже расскажешь?
— Я не хочу тебя грузить, — делаю последнюю попытку, чтобы не рассказывать. — Тебе собираться надо. Хозяин квартиры долго ждать не будет.
Лиза ведь тоже с потрясающей и последовательной логикой. Неделями проводит у Ярослава, а попутно ищет квартиру на съем. Находит ведь. Пытается переехать. Сильная и независимая. Прямо как я.
Может быть у нас именно поэтому проблемы в отношениях? Надо быть мягче? Или не жить вместе?
— Это мои проблемы, — недовольно отвечает она. — Что случилось, Лена?! Я не сдвинусь с места, пока ты мне все не расскажешь!
И не сдвинется ведь. Я ведь ее с самого детства знаю! Лиза и не на такое способна! Может, я ее именно за это полюбила?
А она смотрит на меня, не моргая. Ее взгляд буквально гипнотизирует, а мне становится страшно.
— Тебе надо в концлагеря и работать в пыточном зале, — не выдерживаю и выпаливаю ее то, что о ней думаю. — Да ничего особенного не происходит. Тебе просто «везет» приезжать на наши скандалы, — немного сдаюсь я.
— Вы же любящая пара, чего вы там не поделили? Я столько лет вас знаю — все же хорошо было? — аккуратно интересуется она, продолжая не сводить с меня недоверчивого взгляда.
Да что б тебя, Лиза! Сколько можно! Еще чуть-чуть, и я честное слово все расскажу, лишь бы ты заткнулась и перестала задавать вопросы!
— Знаешь, иногда все резко меняется, — осторожно отвечаю я, выверяя каждое слово. — Когда вы оба резко уходите на удаленку из-за той непростой ситуации… — морщусь: не особо хочется обсуждать все это, по крайней мере, сейчас, — в общем, когда двое даже сильно любящих людей оказываются в замкнутом пространстве — начинаются серьезные проблемы.
— Я могу тебе как-то помочь? — вздыхает она. Я вижу искренность в ее глазах, но не понимаю, что мне нужно самой.
Я даже совета спрашивать боюсь. Вдруг мне не понравится ответ? Мне надо решить все самостоятельно.
Я сильная. Я справлюсь. И даже эта успокаивающая мантра не помогает.
— Можешь только поддержать и пожелать удачи. Я очень хочу, чтобы у нас все наладилось, но я уже не уверена, что все получится. Так и хочется сбежать с тонущего корабля, — наконец честно говорю я, намекая на развод.
— Ну ты же не крыса, — подруга не понимает моего намека, и я тихо улыбаюсь на ее шутку. Поспешно решаю сменить тему:
— Пошли помогу тебе собрать вещи, — иду в ее спальню, про себя размышляю над тем, что еще сказать, а затем, все-таки, выдаю правду: — Знаешь, чем раньше съедетесь, тем быстрее поймешь, подходите ли вы друг другу в быту, или нет. Зря ты бегаешь от его предложения переехать к нему.
— Думаешь, стоит рискнуть? Ты же вон не так счастлива, как планировала… — она сомневается, но я уверена, что не я — причина ее сомнений.
Все дело в прошлом. Жених, который ей изменял, и которого она не любила. И в противовес первая любовь, который бросил ее прямо на выпускном и объявился на помолвке с другим. И теперь она вновь строит отношения с бывшим. Как все запутано и мозговыносяще.
И что тут сказать?
— А почему нет? Жизнь одна. Лучше рано понять, что вы не подходите друг другу, чем поздно, — беру ее платья и начинаю упаковывать.
— Слушай, а чего так безнадежно. Других вариантов нет? — ворчит она в ответ.
Смотрю на нее, мысленно усмехаюсь. Так и хочется ей ответить: «Ты мне это скажи!» Но я молчу. Может, не все потеряно, а?
