Глава 2
Новый вид оружия в действии
Идея провести газ в дома Равенны и осчастливить население топливом пришла мне в голову совсем недавно, как раз после эпопеи с резиной. Использование каучука, кстати, я еще только собирался наладить в больших количествах, а вот газ — это совсем другой уровень.
Дело в том, что беседуя с Тертиусом Вергилием Алетием, новым комитом по науке и образованию, выходцем из Константинопольского Аудиториума, тамошнего высшего учебного заведения, я услышал от него о наличии голубых огней в болотах на севере от Равенны.
— Они бьют из-под земли и распространяют вокруг себя зловоние, — поведал мне почтенный старец, Алетий, седобородый голубоглазый старик, истово влюбленный в математику и алхимию. — Это, несомненно, один из видов стихий ветра, коих, как известно, в мире существует двенадцать штук. Этот, голубой вид, способен смешиваться с водой и делать отравленную воду безвредной.
Если его не остановить, он может часами болтать о чем угодно. Алетий, по происхождению грек, обладал энциклопедическими знаниями в самых разных сферах и был настоящим фанатиком науки. Поэтому я и сделал его комитом, учредив новую должность, чтобы он улучшил систему образования во всей империи и поставил науку на службу стране. Ну, а что делать с газом, я и сам знал. Если только это действительно газ.
Немедленно съездив вместе с Алетием на север, я действительно обнаружил там, в болотах, богатые залежи природного газа, вполне готового к использованию и тут же загорелся идеей осветить им город, жилища и провести туда тепло.
Кроме того, по счастью, бдительный ученый, осмотрев почву, радостно сказал мне:
— О император, помимо тех голубых и зеленых дыханиях ветра, о которых мы говорили, здесь еще имеются и залежи соли. Смотрите, сколько ее здесь много из-за близости к морю. Если вы сможете добывать ее с помощью того чудесного механизма, о котором мы говорили, то выгодам нашим не будет числа.
Действительно, оказалось, что соли здесь и вправду более чем достаточно и если взяться за дело с умом, то можно и добывать ее в больших количествах. В эти античные времена, до изобретения холодильников, соль служила одним из главных способов для хранения пищи, поэтому всегда была в цене.
Чтобы добраться до подземного грунта и установить газопровод, я, собрав ученые головы из Рима и Константинополя, придумал аналог бурильной машины. Для этого пришлось соорудить деревянный бур с тяжелым барабаном из камня, весом в полтора центнера.
Мы установили механизм неподалеку от места, где газ выходил из почвы и приказали рабам ритмично бить в грунт. Первые же опыты увенчались успехом и вскоре мы смогли проникнуть на глубину в несколько десятков метров, причем бур мог еще пробить почву гораздо глубже.
Теперь в дело вступила сложная система сифонных труб, изготавливаемых из спаянного листового свинца. Чтобы армировать их, мы решили прибегнуть к бетонным кожухам или каменным рукавам, поскольку грех было не воспользоваться знаменитым римским бетоном, по качеству не уступавшему бетону двадцать первого века.
Сами трубы я думал сделать деревянными, но Алетий предложил использовать каменные или керамические, которые предназначались для акведуков или систем водопровода, они запечатывались свинцом и были вполне надежны. Частью мы прокладывали газопровод под землей, а частью над поверхностью, устанавливая сложную конструкцию из каменных, свинцовых и керамических труб.
Дело оказалось чертовски сложным и дорогостоящим, большая часть проблем возникала из-за отсутствия материалов и квалифицированных специалистов. Раб, который был пойман в Африке или в у сарматов, плохо понимал наш язык и стоял, хлопая глазами, когда надсмотрщики пытались объяснить ему, в чем дело.
Ухлопав на проклятый газопровод двести тысяч солидов и построив едва ли четверть его, я уже, честно говоря, сильно сомневался в достоинствах этого мероприятия. Тем не менее, строить мне неожиданно понравилось и почти каждый божий день я начинал с посещения объекта и смотрел, как идет его прокладка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сегодняшний день не был исключением и я привычно ехал на моей бесшумной колеснице на север от Равенны. Возницей был бессменный штурман Петрониус, безропотно возивший меня последнее время.
Задумавшись над тем, как ускорить его строительство, я вдруг подумал, что мне нужно попробовать внедрить систему мотивации персонала. Никогда такого не делал там, в своей прошлой жизни авантюриста, но наслышан об этом из книжек о бизнес-лидерах и разного рода интервью.
Впрочем, под мотивацией я не имел ввиду выдачу грамот и сертификатов в фитнес клуб, вроде общественной термы, хотя чем черт не шутит? В нашем случае достаточно будет объявить, что по окончании строительства газопровода его участники станут вольноотпущенниками и получат по десять солидов каждый.
Многие из рабов это пришлые люди, им можно обещать бесплатный билет на корабль, поскольку в самое ближайшее время я собирался вплотную заняться морским портом и кораблестроением и уже подыскивал инвесторов из числа олигархов. Интересно, такие меры помогут быстрее и качественнее построить газопровод или все это ерунда и надо просто посильнее хлестать рабов по спинам?
В это мгновение Родерик сказал:
— Гляньте, пожалуйста, император, — и указал куда-то вдаль.
Мы отъехали к тому времени уже достаточно далеко от города и вокруг уже появились топи и небольшие грязевые озера, особенно заметные после прошедших недавно дождей. Вокруг было безлюдно, только вот впереди на грунтовой дороге маячили всадники, численностью не менее двух десятков. Они приближались к нам, явно не с самыми лучшими намерениями.
— Ого, у нас гости, — сказал я, отвлекшись от своих бизнес-планов. — Что же ты молчал раньше, Родерик? Давайте ребята, разворачивайте манубаллисту и доставайте арбалеты, будем пробовать, как они работают.
Тут надо пояснить, что я сейчас ехал в сопровождении отряда вольноотпущенников, которые у римлян назывались колонами. Это были бывшие дворцовые рабы, хорошо мне известные, которых я не далее как неделю назад сделал вольными людьми за успехи в искусстве стрельбы и войсковой подготовки.
Надо сказать, что две тысячи наемных войск остготов, которых я переманил у дяди, честно говоря, принесли много хлопот. Мало того, что они обошлись мне в кругленькую сумму, так еще и постоянно требовали за собой присмотра, как малые дети.
За тем, правда, отличием, что малые дети не устраивают скандалов и драк в лупанарии, требуя от гетер бесплатного обслуживания и не бьют кувшины с вином в городских коупонах. Лаэлия, назначенная мной командиром отряда, устала постоянно ездить по городу и разбираться с инцидентами, возникшими из-за моих новых беспокойных воинов. Никакого понятия о дисциплине у остготов не имелось или они намеренно ее игнорировали.
В этих условиях, когда Евсений явился ко мне с проектом изготовления манубаллисты, найденной им в древней рукописи, я тут же поддержал его. Причем опыт двадцать первого века тут же позволил мне добавить в конструкцию оружия кое-какие улучшения.
Слуга предлагал вооружить башни на стенах города манубаллистами, а я согласился и тут же добавил, что они должны быть расположены на поворотных гнездах, позволяющих им двигаться в любую сторону.
— А ведь верно, доминус! — сказал Евсений. — Так и надо сделать.
— Верно, только сами луки делайте не из дерева, а из железа, — сказал я, вглядываясь в схему, которую он притащил ко мне. — Это позволит стрелять с большей мощностью, а натяжение тетивы надо производить с помощью поворотного механизма, вот такого, дай нарисую.
Я изобразил нечто вроде коленчатого вала в основании арбалета, позволяющего даже одиночному стрелку постепенно натягивать огромную тетиву, крутя механизм за ручку.
Я кое-что знал об устройстве арбалетов, так как в своей прошлой жизни мне как-то пришлось выступить совладельцем стрелкового тира, когда я окучивал генерала дивизии, продававшего мне списанные патроны, пистолеты и автоматы по смешным ценам. Мы участвовали в закрытых армейских закупках и я тогда невольно изучил стрельбу из разных видов оружия, в том числе из спортивных арбалетов.
