Торговля шла своим чередом. Время от времени вождь приходил в себя, голоса духов в голове пропадали. Тогда он снова пил священный напиток, валился на циновку и продолжал переговоры. Через четыре чаши священного напитка дух согласился платить по сто капель за каждую снизку бус, через восемь чаш — по десять капель за бусину. На этом можно было бы остановиться, но вождь чувствовал, что духи в хорошем расположении — и ещё через две чаши выторговал двенадцать капель. Подумал, что уичлимобо, наверное, получат по пятнадцать капель за стекляшку: их вождь был прижимистее вождя нгуэнго, к тому же им сейчас требовалось больше эликсира.
Наконец, дело дошло до обмена. Вождь допил остатки напитка, но не лёг, а сел и попытался сконцентрировать взгляд на горе стеклянных бус. Теперь его глазами видели духи.
Он взял одну снизку, разорвал хлипкую бечеву, на которую были нанизаны стеклянные кругляши, и начал их отсчитывать. Каждая отсчитанная бусина падала и исчезала в воздухе. Вождь не знал, как это делают духи — да и не очень интересовался. Главное, что духи были аккуратны в делах и оплачивали свои покупки вовремя и полностью.
— Одна… вторая… третья… — считал про себя вождь. — Четвёртая… пятая… шестая… восьмая…
— Седьмая, — прошелестел дух у него в голове.
— Конечно, седьмая, — вождь сыграл лицом искреннее недоумение. — Разве я подумал «пятая»?
Дух тихо, печально затрещал что-то на своём языке, и счёт продолжился.
Когда все выторгованные бусины исчезли, дух сказал:
— Твоему второму внуку сегодня приснится сон. Он увидит дальнее болото и приведёт ваш народ к нему. В нём живут чёрные пиявки. Из их сока вы приготовите эликсир. Внук скажет, как.
— Благодарю. Счастливого пути, дорогой друг, — вежливо попрощался вождь.
— Счастливо оставаться, дорогой друг, — прошелестел дух, и треск в голове затих.
Вождь тут же опрокинул заранее приготовленную чашу со сладким вином. Горечь не прошла — слишком много было выпито отвара. Тем не менее, он был доволен удачной сделкой.
Как обычно, вождь задумался, зачем бесплотным существам бусины. И, как обычно, решил, что духи очень глупы. Они берут стекляшки — красивые, конечно, но совершенно бесполезные — и платят за них бесценным эликсиром. Даже глупые уичлимобо, и те умнее.
Вождь отпил ещё вина и позвал к себе девушку, терпеливо дожидавшуюся на соседней циновке. Это была его младшая дочь.
— Ты получила что-нибудь от белого человека? — спросил он её.
Дочка молча протянула ему бисерный браслет.
— Хорошо. Ты уверена, что сейчас у тебя наступила пора?
— Конечно, отец. Сейчас я готова зачать, а этот глупец так распалился, что…
— Я понял. Если ты родишь мальчика, я верну тебе этот браслет.
Девушка молча поклонилась.
Толстые губы дикарского царька растянулись в циничной усмешке. Маленькие племена, живущие вдоль большой реки, страдали от вырождения. Ради свежей крови приходилось торговать и воевать. Недавно нгуэнго добыли много женщин уичлимобо, это хорошо. Но нгуэнго и уичлимобо давно перемешались, это плохо. А вот кровь белых людей, приходящих издалека, и в самом деле свежая. Каждый раз, когда белые люди приходят к нгуэнго, одна из дочерей вождя всегда оказывалась поблизости. Пока, правда, детей не было. Но на этот раз всё должно получиться. Хорошо, если родится мальчик со светлой кожей. Нужно, чтобы таких детей стало больше и они были бы крепкими и сильными, как их отцы. Тогда можно подумать о новой войне — на сей раз с племенами, живущими в джунглях. Новые победы, новые женщины, новые дети. Если, конечно, хитрые уичлимобо не успеют раньше…
Вождь мысленно помянул нехорошими словами уичлимобо, духов, белых торговцев, дожди, которые никак не хотят кончаться, а также собственную щедрость. Надо было содрать с торговцев три капли за две стекляшки.
* * *
Огромный чёрный шар неподвижно висел над пропастью. Внизу горел метановый лёд. Вокруг ревел ураган. Рёв его был оглушителен, но чёрный шар не воспринимал звуки.
Ураган нёс с собой миллиарды ледяных игл, острых, как бритва, и летящих со скоростью пуль. Льдинки разбивались о тело шара, не оставляя на нём ни малейшего следа.
Планета была похожа на Юпитер — море метановой атмосферы, аммиачные ураганы, огромное давление. Выжить в таком мире могли только существа с очень прочными телами — или не имеющие тел вовсе. Именно поэтому он использовался для передачи дани от бестелых народу Воителей.
Бестелые, конечно, не были совсем уж бесплотными. Они представляли собой квазиорганические лептонные микроструктуры, существующие на субатомном уровне. Народ Воителей, напротив, был сугубо материален. Каждый Воитель выглядел как чёрный шар размером с дом и весом примерно в тысячу тонн. Впрочем, с тех пор, как Воители научились управлять гравитацией, вес перестал иметь значение. Тогда они покинули родную планету — которую к тому времени почти разрушили — и принялись воевать в космосе.
Цивилизацию Воителей можно было бы назвать агрессивной, если бы у чёрных шаров имелось бы само понятие агрессии. Война была для них естественным состоянием — как дыхание, питание или размножение. Она же была и высшим наслаждением. Воины искренне удивились, когда поняли, что большинство галактических рас не разделяет их мнения на сей счёт. Впрочем, их это не заботило: воевали они в основном друг с другом. Другие расы оказались даже полезны в качестве источника ресурсов и технологий. Воителям нужны были оружие и энергия. Всё это можно было купить или взять силой…
— Умри как можно скорее, ненавистный враг, — воспринял чёрный шар мысль бестелого.
Это была формула вежливости, принятая среди Воителей, когда общались равные. Что такое «друг», Воители не знали. Всякий непобеждённый был врагом, все остальные были побеждёнными, то есть рабами или трупами. Бестелые всё же не были побеждены окончательно, хотя и платили дань.
— И тебе скорой и лютой смерти, ненавистный враг, — церемонно ответил чёрный шар. — Проклянём друг друга перед боем?
Разумеется, и это тоже было формулой вежливости. Чёрный шар не собирался сражаться с бестелым. Свою войну бестелые проиграли очень давно. Они наивно понадеялись на то, что их тела неуязвимы для материальных воздействий. Они не знали, что чёрные шары к тому времени овладели субатомными силами. Это заблуждение им дорого обошлось…
Как обычно, разговор начался с обмена любезностями. Недавно Воителю удалось уничтожить четыре корабля народа хаттифнаттов. Это хорошо, хаттифнатты неприятный народ… Он также уничтожил одного Воителя, сбросив его в недра звезды. Это ещё лучше, пусть Воители как можно больше убивают друг друга… После таких подвигов Воителю нужна энергия. Это понятно, энергия нужна всем… Если бестелый принёс то, что требуется Воителю, он отпустит из плена одного бестелого — из тех, кого Воитель захватил на той войне… Бестелый принёс то, что требуется Воителю, но обменять запас кваркитового концентрата на всего лишь одного пленника — это несерьёзное предложение. Речь может идти о двух тысячах захваченных Воителем бестелых: тогда ещё можно о чём-то разговаривать…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
