— Серьезное? Не знаю. А вот необыкновенное и не понятное — наверняка,
— и я замолчал.
— Говори.
— Сначала скажи: ты условился сегодня встретиться со мной в семь часов?
— Нет.
— Но в институт ты приходил?
— Нет. У меня было собрание Общества астронавтов.
— Однако ты все же пригласил меня на испытание этого аппарата, как он там называется?..
— Титром?
— Вот-вот. Так ты меня приглашал?
— Нет. Правда, собирался…
— Тогда кто же меня пригласил? Но это не самое странное. А что ты скажешь, если я видел тебя в семь в институте?
— Скажу, что тебе показалось…
— Ладно, но можешь ты объяснить, почему, придя к себе домой, я нахожу в собственной постели себя, хотя сам в это время стою около кровати?
Я видел, что лицо Колота оживляется по мере того, как я говорю.
— Значит, действует… — сказал он с энтузиазмом.
— Не знаю, что там действует, но скажи — у меня галлюцинации или я спятил?..
— Ничего подобного! Дай я тебя обниму! Ты принес мне потрясающее известие. Ничего не могло доставить мне большей радости. Сегодня великий день. Давай выпьем. — Копот подошел к буфету и вынул бутылку. Я смотрел на него с изумлением. Копот всегда был стопроцентным трезвенником, притом несгибаемым, так что этот инцидент можно было смело причислить к самым необычайным событиям дня.
— Не знаю, чему ты так радуешься, — сказал я, слегка оправившись от изумления. — Не вижу ничего радостного в том, что я увидел собственную копию.
— Ты не понимаешь, но это — доказательство, почти гарантия того, что мой эксперимент удастся.
— А сегодня не удался?
— Сегодня я не делал опытов. Сделаю в воскресенье.
— На будущей неделе?
— Нет, на этой.
— То есть?
— Очень просто. Сегодня четверг.
Я тупо уставился на него.
— Но ведь…
— Что «ведь»? Ты хотел сказать прошел или еще будет?
— Ну… да…
— Не обязательно… Ты когда-нибудь слышал…
Кто-то за моей спиной произнес: — Копот!! — повернулся. В комнате стояли двое мужчин.
— Копот, ты забываешься!
Лицо Копота стало серым и невыразительным.
— Не оправдывайся. Ты хотел ему все открыть… Великий ученый… великий физик — ну и ну, — добавил другой.
— Да я бы ему и слова не сказал… Право же!
— Достаточно того, что ты перенес его в другое время… Кажется, ты уже совершенно забыл, что направлен сюда на историческую практику… Начинаешь изображать гения их эпохи…
— Позвольте, — прервал я, — что все это значит?
— Не мешай нам, парень. Мы старые друзья Копота, — засмеялся он. — Ты скверно себя вел, Копот. Я уже не говорю об этом вине… Ты немного одичал…
— Не явись мы вовремя, ты сыграл бы с нами такую же шутку, как Элиас…
— Ничего подобного. К тому же это совсем другая эпоха.
— Несколько тысячелетий в ту или иную сторону сути дела не меняют. Элиас тоже утверждал, что ничего не сделал, только полетал немного на антигравитаторах… А они говорят о нем до сих пор…
— Осторожно, — прервал его Копот, — ведь Янек слушает…
— Ерунда. Последние опыты в Америке показали, что, если даже один из них что-нибудь о нас знает, остальные ему не верят.
— Янек — журналист…
— Неважно. Ученые все равно не дадут ему слова сказать… Знаешь что, Уон, — обратился он к своему товарищу. — Я предлагаю проделать с ним второй опыт… Он ведь уже немного знает…
— А ты проверял, кто был его сыном, внуком?..
Их манера разговора разозлила меня.
— Может быть, вы наконец скажете, о чем, собственно, идет речь?.. Слушай, Копот, откуда ты выкопал этих типов?..
— Отстань, Янек! — Копот был явно раздражен.
— Сейчас я тебе объясню. — Тот, кого назвали Уон, улыбнулся. — Так вот, наш дорогой друг Копот, специалист по социологии древних веков, был послан на практику в двадцатый век…
— Откуда послан?
— Ну, из нашей эры… из будущего… Впрочем, он тут не очень переутомлялся и жил, как это принято в двадцатом столетии… Такое видно, например, немыслимо в наше время… Потом наш любезный Колот выступил с проектом постройки Титрома… Из этого не следует, что он великий ученый… Такие Титромы в наше время строит любой ребенок уже в детском саду… Он хотел проверить реакцию людей вашего столетия на это новое для вас изобретение… Конечно, о перенесении людей во времени не было разговора… и, перенеся тебя, он злоупотребил нашим доверием…
— Но он вошел случайно… честное слово, случайно.
— Ты обязан был ето предусмотреть, правда, Ноу? Люди нашей эпохи отвечают за свои ошибки…
— Не понимаю, — сказал я.
— Чего не понимаешь? — удивился Ноу.
— Этого… перенесения во времени.
— Это же просто. Элементарная теория «перескоков». Мы живем в нормальном четырехмерном пространстве. Люди вашей эпохи могут передвигаться только в трех измерениях, а время течет для них всегда «вперед».
— И что в этом странного?
— То, что действительно при помощи пятого измерения можно попасть в любую точку этого четырехмерного пространства… Можно перенестись в завтра, во вчера, в день рождения своей матери… в ледниковый период… или еще более отдаленные времена…
— Как можно перенестись во что-то, чего нет? Не станете же вы меня убеждать, что вчерашний день существует…
— Конечно, существует. Точно так же, как завтрашний…
— Бред, — сказал я и рассмеялся в лицо Ноу. Это не произвело на него впечатления.
— Подожди. Попробую объяснить тебе это при помощи аналогии. Представь себе, что ты идешь по тропинке через поле, а оглянуться не можешь… не можешь, как бы ты этого ни хотел… Итак, ты идешь по тропинке, а около нее растет дерево. О том, что оно существует, ты знаешь: ведь, приближаясь к нему, ты его видишь. Но стоит тебе пройти мимо, как оно перестанет для тебя существовать. Ты его больше никогда не увидишь, так как не можешь обернуться… Оно для тебя исчезло, как вчерашний день…
Некоторое время я напряженно думал, потом спросил:
— Так ты утверждаешь, что мы просто не можем оборачиваться во времени… попасть во вчерашний день, так же как этот тип из твоего примера не мог обернуться, чтобы увидеть дерево…
— Прекрасно. Именно об этом речь. Но, к твоему сведению, вообще-то оборачиваться можно, только, к сожалению, это не так просто. Надо уметь путешествовать во времени. Но путешествуя, мы не должны ничего изменять в вашем мире, потому что в противном случае может измениться будущее нашего мира.
— Как так?
— Помнишь знаменитый «парадокс дедушки»? Ах да, ты о нем еще ничего не знаешь! Вообрази, что ты переносишься на несколько десятков лет в прошлое и убиваешь своего дедушку, когда он был еще ребенком. Потом возвращаешься в свое время, и что оказывается? Один из твоих родителей никогда не существовал. Ты сам никогда не родился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
