— Убери это! Запах отвратительный, — резко сказала официанту с несвойственной мне грубостью. Взгляд непроизвольно упал на Карла. Он был само спокойствие.
— Елена недавно окончила университет, — попыталась разрядить обстановку мама. — Она изучала иностранные языки.
— Отличная специальность, — заметил Карл. — Где планируешь работать?
— Работа — от слова «раб». Это не для меня. — Небрежно выпалила я, вальяжно откинувшись на спинку стула. — Мне это ни к чему. У отца денег — куры не клюют. Незачем напрягаться!
Краем глаза заметила, как отец крепко сжал вилку в руке, отчего костяшки пальцев побелели. Отлично, если смогу вывести еще и его.
— Елена шутит. Так, дорогая? — попыталась оправдать мое поведение мама. — У тебя ведь были большие планы!
— Планы? — прыснула я. И поскольку только что сделала большой глоток вина, оно потекло прямо изо рта на платье, расплываясь большим уродливым пятном. Отлично. То, что надо. Небрежно растерла его рукой и усмехнулась. — Извините, я такая неловкая!
Карл отложил столовые приборы и с холодным спокойствием повернулся к отцу.
— Я могу поговорить с Еленой наедине? — невозмутимо спросил он.
— Конечно, можете пройти на террасу. — Папа нервно стучал пальцами по столу.
— Мое мнение вообще кого-нибудь интересует?! — возмутилась, хотя и была рада возможности уйти из-за стола, поэтому быстро встала и уверенно зашагала к выходу.
Дверь легко распахнулась. Почувствовала легкий аромат лета, нас окружила яркая сочная зелень деревьев и звонкий щебет птиц. Положила ладони на перила и жадно вдохнула свежий воздух. Я слышала шаги позади, обернулась, но не ожидала увидеть Карла так близко. Его глаза пылали гневом, а пальцы правой руки сомкнулись на моем горле. Это повергло меня в шок. Не могла дышать. Слабые попытки оттолкнуть его казались смехотворными. Второй рукой он крепко прижал мои руки к своей груди. В глазах потемнело, перестала сопротивляться. Карл отпустил меня и тут же подхватил снова, не давая упасть.
— Все поняла? Ты вздумала играть со мной? Не советую. Я оказываю огромную услугу твоей семье! Веди себя подобающе! — Он четко и жестко произносил каждое слово, удерживая мои плечи. — На первый раз прощаю тебе это ребячество. Сейчас мы вернемся и закончим ужин. Я планировал свадьбу через пару месяцев, чтобы ты могла узнать меня и привыкнуть, но передумал. Теперь у тебя неделя. Насладись свободой, пока можешь! — Карл отпустил меня, надел дежурную улыбку, словно это был другой человек, и направился в гостиную, оставив меня в глубоком потрясении.
Снова облокотилась о перила. Горло болело, во рту пересохло. Сердце бешено билось в груди. Навязчивые образы мерзких садистов и извращенцев вернулись в мою голову. Попыталась восстановить дыхание — безуспешно. Руки дрожали, изо всех сил старалась не заплакать. Это был кошмар! Не встречала еще столь лицемерных и жестоких людей, а перспектива, стать женой одного из них, была просто невыносимой. Собрала волю в кулак и вернулась за стол.
Больше не проронила ни слова. Уже подали десерт. Мама увлеченно щебетала о предстоящем торжестве, отец рассыпался в комплементах и планировал совместные деловые планы. Он был чрезвычайно счастлив, что Карл нашел ко мне подход. Я участливо улыбалась, совершенно не слушая, о чем они говорят. Тиран внимательно смотрел на меня, самодовольно ухмыляясь.
Ужин подошел к концу. Перед уходом Карл показательно поцеловал меня в щеку, от чего все тело задрожало. Как только за ним закрылась входная дверь, меня охватил жуткий панический страх. Поднялась к себе и сразу же направилась в душ. Включила холодную воду, но не почувствовала холода. Перед глазами было его лицо, перекошенное злобой, а на горле до сих пор ощущала прикосновение его пальцев. Они обжигали меня. Стук вернул меня к реальности. Надела банный халат и открыла дверь. Это была мама.
— Поговорим? — осторожно спросила она, улыбаясь.
— Я устала, хочу лечь. — Сейчас мне было совершенно не до разговоров.
— Елена, все не так плохо, как тебе кажется! — мягко произнесла мама, пытаясь успокоить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да… Знаю… Все гораздо хуже. Не делай этого, прошу тебя. Не отдавай меня ему! — отчаянно молила. Глаза наполнились слезами.
— Прости, не могу. — Мама потянулась ко мне, но я отстранилась.
— Тогда и ты меня прости. Но я тоже не смогу. — Она внимательно смотрела на меня. — Не смогу простить тебя…
Закрыла дверь. Легла на кровать.
У меня есть неделя. Так мало…
Глава 4
Я не покидала своей комнаты. Отказывалась от еды. Было так больно и противно. Мои собственные родители! Не думала, что они так со мной поступят.
На третий день в дверь постучали.
— Войдите. — Лежала на кровати, безразлично уставившись в потолок.
— Привет! — На пороге стояли ребята.
— Боже, как я рада вас видеть! — Бросилась обнимать их. — Крис, Рита, Фил. Мы не виделись целую вечность!
— Рассказывай, — промолвила Крис.
— Если честно, мы в курсе, — призналась Рита, а Фил толкнул ее в бок, пытаясь сделать это незаметно. — Ольга Семеновна позвонила и рассказала суть.
— Интересно послушать. — В груди зарождалось раздражение.
Крис нежно обняла меня и постаралась говорить как можно осторожнее.
— Ты, главное, успокойся и не паникуй. Это, действительно, отличный выбор! — уверяла она.
— Но не мой! Выбор должен быть моим! — Я начинала нервничать.
— Послушай, — продолжила Крис, — Рита кое-что нашла о нем. — Кристина кивнула Рите, и она устремила свой взгляд на экран телефона.
— Его зовут Карл Данн. Ему тридцать семь. Отец — ирландец, мать — немка. Переехал из Дублина еще ребенком. Его отец владел несколькими организациями, в том числе одной из крупнейших частных инвестиционных компаний страны, пакетами акций известной горно-металлургической компании, горно-лыжного курорта и даже сети ресторанов! Он умер пять лет назад, и после смерти оставил Карла у руля. Как видишь, он справился. Карл — один из богатейших и влиятельных людей, не побоюсь этого слова, страны! С его мнением считаются! — прочла Рита и внимательно посмотрела в мои глаза, ожидая реакции.
— Я умею пользоваться Интернетом! — выпалила в ответ. — А в Википедии написано, что он тиран и садист?
— Нет, здесь написано, что он — меценат и много средств выделяет на благотворительность! — невозмутимо продолжала Рита.
— Что ты имеешь в виду? — взволнованно спросил Фил.
— Он пытался задушить меня, — тихо произнесла. Воспоминания нахлынули с новой силой, тело бросило в жар, а руки беспомощно задрожали.
— Елена, извини, но мама рассказала нам о твоем поведении за ужином. Не преувеличивай. Он поставил тебя на место, тебе обидно, задета гордость, но не думаю, что он собирался задушить тебя в твоем собственном доме. — Крис сжала мою ладонь в знак поддержки и снисходительно улыбнулась. Я резко отстранилась.
— Конечно же, не собирался! — нервно воскликнула. — Он сделает это в своем доме! Не желаю это слушать! Если не хотите поддержать меня — уходите!
— Глупая и избалованная девчонка, — раздраженно сказала Рита. — Ты должна быть рада такой возможности! Я — была бы. Родители позаботились о твоем счастье. Такой брак на дороге не валяется.
— Можешь забирать его себе. Я — не против, — резко ответила, скрестив руки на груди.
Отвернулась к окну, давая понять, что разговор окончен. Рита ушла, хлопнув дверью. Кристина коснулась плеча и, прошептав слова утешения, поспешила за ней. Фил подошел сзади и нежно обнял. Закрыла глаза. Как же хорошо и спокойно почувствовала себя в его объятиях.
— Ты справишься, ты — сильная! Помнишь нашу поездку в горы прошлым летом? — тихо спросил он, касаясь щекой моего виска.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Как такое забыть? — Улыбнулась и смогла немного расслабиться.
— Машина не заводится, есть нечего, даже вода на исходе. Глубокая ночь. Попутки не останавливаются. — Усмехнулся. — Мы были в отчаянии. Все. Кроме тебя. Помню, как ты нас подбадривала, успокаивала. Заставила танцевать под песни в твоем исполнении, чтобы согреться. Это было здорово. Ты не сдалась. Не сдавайся и сейчас. Я верю в тебя, и я тебя не оставлю.
