Гриффин Ковадо Орделис, и как ты верно догадалась, я хочу им добиться отсрочки и ослабить давление со всех сторон, – сказал Брэндель, передавая Амандине перо, – держи, напиши его за меня.
Письмо принцессе? – глубоко вздохнула Амандина, беря его в руку. Сев за стол, она задумчиво нажала пером на поверхность, – а о чем пишем?
Форма за тобой, а вот содержание – что-то вроде… – тут Брэндель щелкнул пальцами, встал и подошел к арочному окну, вглядываясь вдаль.
Это письмо написано в семнадцатый день месяца Осенних сумерек в городе Фюрбурге, Трентайм, и адресовано принцессе Гриффин Корвадо Орделис.
Прошлой ночью здесь прошла битва, затеянная силами немертвых Мадара, а именно Инкирста, Черным Лордом.
Они прошли по югу незамеченными, и под покровом ночи атаковали Фюрбург, отняв множество жизней, в том числе феодального барона Трентайма, Гродэна-Ранднера.
Я – королевский рыцарь-первопроходец, титул – барон, недавно успешно принял управление в регионе Вальхаллы. В новом двойном статусе ваш скромный слуга посчитал своим долгом принять на себя обязанности по защите Трентайма, во многом и заботами лорда Ранднера.
В битве, длившейся всю ночь, мне удалось отразить атаку немертвых. Но теперь для предотвращения повторного вторжения, в связи с потерей прежнего лорда, я должен принять управление и стать лордом Трентайма, чтобы руководить местными делами и обороной.
На мгновение он сделал паузу.
…. до назначения Вашим Высочеством нового, – он полюбовался тщательно записывавшей Амандиной. Обманчиво быстрые взмахи пера оставляли на бумаге идеальную вязь букв.
Продолжим, – сказал он, – помимо этого, ваш покорный слуга не может не задаться вопросом о мотивах лорда Ранднера. Он не доложил о подступлении армии Инкирста к южным границам, позволили немертвым Мадара пройти по четырем регионам незамеченными. В доказательство моих слов прилагаю камень Маны с записью всей битвы.
Перо Амандины замерло, она поглядела вверх:
Камень Маны? А где вы взя…
Но до того, как она смогла закончить, в дверь постучали.
Прим. англ. переводчика: Мне пришлось пролистать много глав вперед, чтобы посмотреть реакцию на это письмо, когда оно дойдет, и получить больше информации. Оказалось, Брэндель не подписался полным именем. Интересный момент, а я все гадал, какая же у него фамилия, и вдруг его титул рыцаря-первопроходца зарегистрирован на фальшивую. Предположу, что Брэндель приложил серьезные усилия, чтобы скрыть свою подлинную личность уже начиная с крепости Риэдон: дворяне ничего о нем не знали, даже имени, и похоже, не могли получить о нем подлинной информации.
Войдите, – ответил Брэндель.
В открывшуюся дверь просочилась старшая близняшка-элементалистка, Фелаэрн. Вопросительно взглянув в сторону Амандины, она подошла к Брэнделю.
Господин, – обратилась она обычным голосом, лишенным всякого выражения, и положила на стол украшенный затейливым орнаментом круглый белый камень, – вот, как вы просили.
Брэндель обернулся и оглядел эльфийку: в простом кожаном доспехе и платье, золотые косы уложены в идеальную прическу на затылке, вся такая собранная и способная, прямосекретарь-многофункционал.
Осмотрела? – спросил он, мысленно одевая на «секретаря» очки.
Фелаэрн кивнула в ответ.
«Камни маны нередки, но продумать все настолько заранее, чтобы использовать его прошлой ночью… Получается, господин не просто бесспечно поддался эмоциям: он заранее все это спланировал…»
Усилием воли Амандина вернулась из размышлений в реальность и успела углядеть, как Брэндель убрал Камень Маны.
Всего несколько веков назад такие артефакты повсеместно создавали волшебники, обнаружившие хроники эпохи Серебряной линии крови. В них описывался определенный тип кварца, способный фиксировать события одного-двух дней. Когда Серебряное наследие объединяло их в магические формации, получалось увеличить массив хранимой истории до нескольких десятилетий.
Нудно дождаться ответа принцессы Гриффин, только бы она быстрее прочла письмо. Хотя уверен, она воспользуется возможностью – уж в чем-чем, так в уме ей не откажешь… – прокомментировал Брэндель.
А господин, похоже, очень хорошо ее знает? – острый ум Амандины сразу выделил главное в услышанном.
Она покинула дворец Корвадо в смутные времена, возможно, с единственным рыцарем для защиты и несколькими служанками, и отправилась в собственные земли, затем обратилась к силе королевской фракции для противостояния старшему брату. Думаете, этого недостаточно, чтобы судить о ее мудрости, не зная ее лично? – мягко ответил Брэндель, не моргнув и глазом, – и мисс Амандина, в этом году ей исполняется всего шестнадцать лет…. Даже если сама она оставит мое письмо без внимания, ее окружают вовсе не слепцы. Они всю жизнь в политике, при королевском дворе, и поймут, что за намерения за ним стоят.
После этого монолога он подошел к Амандине, взял со стола письмо и несколько раз прочел его, откровенно смакуя.
Граф Ранднер – та еще змея, скользящая между знатью, королевской фракцией и принцем. На самом деле, непредсказуемая переменная в раскладе типа нас развлечет всех, тем более, что мы на него надавили. Важна скорее не правдивость письма, а то, насколько реалистичным оно покажется. По сути, в нем – шанс для королевской фракции заставить Ранднера пойти на компромисс.
При этом можно будет отлично применить его для шантажа в момент слабости в будущем, – слова Брэнделя заставила Амандину снова нахмуриться, – зато стоит графу Ранднеру примкнуть к королевской фракции – можно вычеркнуть его из списка источников неприятностей.
Не все так просто, – покачал головой Брэндель, – граф Ранднер – тот еще старый лис… такой так просто не допустит, чтобы им управляли. Да, он весьма нерешителен, и его легко разозлить, но зато под давлением начинает осторожничать. В любом случае, надо ослабить давление на нас, и на подольше: как только получим передышку – ситуация в корне изменится. В итоге нашу судьбу решит наша же сила.
Посмотрев на молодого человека, Амандина отвела взгляд. Он назвался рыцарем-первопроходцем, но откуда бы ему знать столько секретов? Не просто понял традиции дворян, но и самую их сущность. Даже выдающиеся отпрыски аристократов из самой верхушки знати не могли всего этого знать. Да, загадки вокруг ее господина только множились, и девушка была абсолютно уверена, что за всем этим совершенно точно стоит выдающаяся история.
Все пошедшие за ним люди подумали бы то же самое.
А граф Ранднер и вправду забудет тот факт, что вы убили его сына? – слегка озадаченно спросила Фелаэрн.
Типичного дворянина вроде Ранднера больше интересует его положение и власть, чем собственный отпрыск, – тихо ответила Амандина, – к тому же, Гродэн не был его единственным сыном. Но поскольку задета честь его семейства, он не оставит ваш поступок без ответа: рано или поздно придется встретиться с
