Кина оделась и стала ждать звонка в дверь. При виде Николаса в вечернем костюме у нее, как всегда, перехватило дыхание. Это темные волосы и глаза, этот бронзовый цвет лица, высокий рост и борцовское телосложение были предметом тайных грез не одной красавицы. И не стань Кина настолько осторожной после своего первого неудачного роман, она, возможно, влюбилась бы в Николаса без памяти. Но она слишком хорошо знала, как завораживает женщин его мрачноватое обаяние. Ей довольно часто приходилось наблюдать, как очередная жертва уступает напору Николаса, сдается – и вскоре присоединяется к длинному списку бессердечно отвергнутых, надоевших игрушек... И ей вовсе не хотелось стать одной из этих многих. После смерти Мисти Николас частенько менял свои привязанности. Очевидно, он тоже не хотел рисковать, не желал становится рабом своих чувств, ограничившись одной-единственной женщиной. И Кину вполне устраивал ее новообретенный статус подруги и доверенного лица Николаса. Это было куда безопаснее, чем удлинять список его побед.
Взгляд Николаса скользнул по ней с обычной небрежностью.
- Великолепно, - сказал он, равнодушно улыбнувшись. – Пойдем?
- Умираю от голода, - заявила Кина, когда они вошли в пустой лифт и Николас нажал на кнопку первого этажа. – Такое ощущение, что я ничего не ела несколько дней.
- По вам заметно, - проворчал Николас, прислонять спиной к стенке кабины и продолжая бесстрастно разглядывать ее. – Почему бы вам не послать к чертям эту диету и не нарастить на кости чуток мяса?
- Этого еще не хватало! – раздраженно фыркнула Кина. – Зато вам скоро понадобится грузовой лифт. Простой с такой тяжестью уже не справится!
Николас исподлобья взглянул на нее, пристально и насмешливо.
- Вы что, думаете, это жир? – хитро спросил он, внезапно схватив Кину за руки и прижав ее ладони к своим плечам. – Пощупайте! Где вы видите жир?
Чувство, охватившее Кину, можно было сравнить с изумлением человека, который отхлебнул глоток прекрасного вина, ожидая, что будет пить воду. Прежде она ни разу не замечала, до чего у Николаса широкие плечи и грудь. Раньше у нее не было возможности разглядеть вблизи его четко вылепленные губы и темные глаза. Кина всегда полагала, что лучше не всматриваться – в целях безопасности. Но сейчас, ощутив его тело через гладкую ткань вечернего пиджака, она против воли задержала пальцы на твердых выпуклых мускулах.
- Нравится? – спросил он, глядя на нее сверху вниз, и в его голосе зазвучала странная хрипотца.
- Вы…я не знала, что вы такой сильный… - смущенно пробормотала Кина.
Она посмотрела ему в глаза, и время, казалось, остановилось, пока она вглядывалась в это новое, непривычное лицо старого друга. Они не сразу поняли, что лифт уже спустился на первый этаж и дверь открылась. Чувствуя себя скованной и неуклюжей, Кина вышла на улицу первой и направилась туда, где стоял белый «роллс-ройс». За рулем, стоически глядя прямо перед собой, сидел шофер Николаса Джимсон.
- У Джимсона когда-нибудь бывают выходные? – поинтересовалась Кина, когда они оказались в салоне автомобиля, отделенном от кабины водителя звуконепроницаемым стеклом.
- В последнее время нет. Я сам работаю по двадцать пять часов в сутки, - ответил Николас.
- Боюсь, я никогда не привыкну к этому автомобилю, - вздохнула Кина, в то время как Николас вальяжно откинулся на кожаную спинку сиденья.
- А что в нем не так? – удивленно спросил он.
- Ничего! Просто не так уж много людей могут позволить себе такую роскошь – разъезжать на белом «роллс-ройсе», - рассмеялась Кина.
Глаза Николаса блеснули, на губах по-прежнему играла легкая улыбка.
- Ну и что в этом плохого? – спросил он с расстановкой.
Кина заметила неожиданно хищный блеск в его глазах. Что с ним? Почему он смотрит на нее так мрачно?
- Ничего… вот только всякий раз, когда я еду на такой машине, мне кажется, что меня выставили на всеобщее обозрение. Вот, собственно, и все.
- Вас и вправду нужно выставлять напоказ, Кина. – От необычного тона, каким Николас сказал это, по спине Кины побежали мурашки.
- Потому что теперь я богата и знаменита? Потому что теперь в Эштоне никто бы не узнал во мне прежнюю Кину Уитмен? – Она коротко рассмеялась. Явно подтрунивая над собственным смущением. Но ее ответ не понравился Николасу. Он поджал губы и прищурился.
- Ничего подобного. И не пытайтесь водить меня за нос мисс Ничтожество-из-Захолустья! Вам прекрасно известно, чего вы добились в жизни и кто вы такая. Кроме того, вы очень красивая женщина, - проговорил он в своей суховатой манере.
Если бы в этот момент он смотрел на свою собеседницу, то наверняка понял бы, как она потрясена. К радости Кины, в салоне было темно и как раз в эту секунду за окном взревел чей-то клаксон, отвлекший внимание Николаса.
-Проклятое движение!- пробормотал он. Успокоившись, он снова повернулся к Кине и вопросительно заглянул ей в глаза.
- Не сомневаюсь, что мужчины уже говорили вам о том, как вы красивы. Наверняка говорили и, думаю, не однажды. – Он резко умолк и обвел всю ее внимательным взглядом, в котором явственно читалось откровенное мужское одобрение, такое неожиданное и пугающее для Кины.
- Почему… почему вы так на меня смотрите? – прошептала она.
Темные глаза Николаса вдруг оказались совсем близко от ее лица.
- Я пытался понять, каково было бы заниматься с вами любовью.
Глава 2
Кину захлестнула волна непонятных, смешанных чувств. Даже в висках внезапно заломило от неожиданности. Николас, не отрывая от нее глаз, издал басовитый смешок, чем еще сильнее смутил ее.
- Боже мой, ну и лицо у вас! – пробормотал он, снова откидываясь на спинку сиденья. – Наконец-то мне удалось чем-то вас удивить!
Кина ответила ему свирепым взглядом.
- Ну удивили, и что теперь? – сердито спросила она.
- Во-первых, очнитесь. Придите в себя. Ненавижу, когда люди начинают себя жалеть. Подождите, пока я вернусь из Парижа. У меня достаточно проблем и без ваших застарелых комплексов.
- И какие же у вас проблемы? – рискнула поинтересоваться Кина.
Николас поджал губы.
- Мария.
Мария была его любовницей. Кина читала об отношениях Николаса с его пассиями в светской хронике еще до того, как он познакомил ее с двумя из этих дам. Она считала это нормальным. Ведь от интересного сорокалетнего мужчины трудно ожидать монашеского образа жизни. Но однажды вечером, когда он подцепил некую игривую брюнетку – ту самую Марию, - Кина увидела их в популярном танцзале. Эта парочка прижималась друг к другу так тесно, что, казалось, одежда, разделявшая их, вот-вот вспыхнет. И тогда Кина попросила своего спутника – совершенно безопасного юношу, чьи ухаживания заведомо продлились бы не дольше одного сезона, - отвезти ее домой. Она поняла, что не в силах притворяться равнодушной. Волна ревности, накатившая на Кину, шокировала ее, но избавится от этого чувства Кине не удавалось. Она до сих пор не могла спокойно слышать имя Марии.
