Читаем без скачивания Том 7. Приключения Таси - Лидия Чарская

— Ах, скажите, пожалуйста, какая неженка! Велика важность — ему прическу смяли! — потешалась Тася, бойко поглядывая на остальных детей, как бы ища у них сочувствия.

— Девочка не должна так поступать. Это стыдно, — произнесла по-английски незаметно подошедшая мисс Мабель.

Но Тася не понимала английского языка. Да если бы и понимала, то не обратила бы ни малейшего внимания на замечание гувернантки. Она была вполне счастлива, потому что Тарочка и Митюша — ее закадычные друзья — восхищались ее проделкой, в то время как Павлик и Леночка старались успокоить разобиженного Викторика.

— Дети, обедать! Обедать скорее! — послышался голос Нины Владимировны.

И маленькие гости в сопровождении своих юных хозяев, двинулись в столовую.

Тася первая бросилась к столу, у которого хлопотала чистенькая симпатичная старушка в ослепительно белом чепце.

— Есть хочу! Есть! Есть! Есть! — кричала Тася на всю комнату.

— Да ты бы, Тасюшка, раньше гостей рассадила, — укоризненно покачала головою няня.

— Не твое дело, молчи, нянька! — сердито буркнула та.

— Вы невозможная девочка! — тихо, но внушительно произнесла Марья Васильевна, наклоняясь к уху Таси.

— Вы невозможная девочка! Вы невозможная девочка! Вы невозможная девочка! — запела на разные голоса Тася, ужасно разевая рот и размахивая руками и ногами в такт песни. — Ай! Ай! Ай! — закричала она неожиданно, — мои любимые пирожки с капустой! Дайте мне первой! Первой мне, мне, мне, мне!

Мисс Мабель, строгая, чопорная англичанка, воспитательница детей Извольцевых, с ужасом смотрела на крикливую девчонку, не умевшую вести себя за столом. Нини и Мери молча жались друг к другу. Они даже как будто побаивались этой бойкой не в меру проказницы. А брат их только бросал на Тасю презрительные взгляды и молча пожимал плечами.

— Что ты смотришь так? Выпучил глаза и смотришь, как таракан — накинулась на него Тася. — Что мне весело? Ужасно удивительно, право. Не могу же я сидеть, как глупая кукушка, и любоваться вами. Павлик говорит, что у них в корпусе кто живее и шаловливее — того и любят больше. А вот ты зато и не мальчик-кадет, а верченая кукла на пружинах, вот ты кто!

— Тася! Тася! — укоризненно говорила на ухо сестре Леночка. — Ведь это наши гости.

Как раз в это время Нина Владимировна вошла в столовую, и Тася при виде матери вспомнила, что обещала ей вести себя прилично.

Она разом притихла, но не надолго. Вскоре она совсем забыла свое обещание, громко кричала, хохотала на весь стол, задевая детей, пролила воду и, наконец, дошла до того, что, свернув салфетку, изо всех сил швырнула ее в Викторика.

Салфетка попала как раз в тарелку с супом, и разлетевшиеся во все стороны брызги залили и нарядный военный мундирчик маленького Извольцева, и прелестные платьица сидевших по обе его стороны сестриц.

— Ловко! — прошептала, давясь от смеха, Тарочка Раева на ухо Тасе, шалости которой она очень одобряла.

— Молодец, Тася, — вторил сестре толстяк-Митюша.

— Тася! — строго прикрикнула мама с другого конца стола.

— Нет, это уже слишком! — произнесла Марья Васильевна: — Вы останетесь без сладкого сегодня.

На сладкое была подана любимая Тасина земляника.

Все дети с удовольствием принялись за лакомство.

Тася делала вид, что она решительно равнодушна к ягодам и преспокойно в это время катала по скатерти хлебные шарики или под шумок представляла своей соседке Тарочке по очереди всех детей Извольцевых.

И Тарочка, и Тася так и покатывались со смеху.

Глава вторая

Птицелов. Пажик с разбитым носом. Земляника. Русалка. Последствия злой шалости. Неожиданная новость. Отъезд. Новенькая. В карцер

— Давайте играть в кошки-мышки!

— Или в веревочку!

— Нет, в золотые ворота. Я хочу в золотые ворота!

— В кошки-мышки интереснее! Нет, нет, я хочу в золотые ворота! Или же в птицелова. Да, да! В птицелова. И больше ни во что.

— Тася, уступи, пожалуйста! Ведь мы хозяева! — робко заикнулась Леночка, незаметно подталкивая сестру.

— Ах, вот какие глупости! — хорохорилась Тася. — Я самая младшая из детей, а старшие должны уступать маленьким. Хочу играть в птицелова или вовсе не стану играть ни во что!

— Ну и не играй! Вот еще, что выдумала! Без тебя еще веселее будет! — сказал Викторик. — Несносная девчонка! — добавил он тихо.

— Ах, не надо ссориться! Пожалуйста, не надо, — просил хромой Алеша, глядя на детей своими добрыми голубыми глазами.

— Давайте играть в птицелова, если ей так хочется! — предложил в свою очередь Митюша.

— Давайте! Давайте! Это превесело! — подхватила Тарочка.

И игра началась.

Тася, уже раз настояв на своем, теперь продолжала командовать. Она хотела быть хозяином лавки и выпускать птиц. Да, она или будет представлять хозяина птичника, или вовсе не станет играть. А Алеша пусть будет птицеловом. — Он так смешно перебирает ногами, когда бегает! — И говоря это, она громко расхохоталась, совершенно позабыв о том, что тот же Алеша первый уговорил детей поступить по желанию Таси.

Гувернантки сидели в стороне от детей, стараясь не мешать им в играх, и Тася снова могла командовать и кричать сколько ей хотелось.

Алеша был очень добрый мальчик, и хотя слова Таси обидели его, он постарался не показать этого.

Нини, Мери, Викторик, Тарочка с Митюшей, Лена и Павлик назвались разными именами птиц.

Тася продавала их покупателю — птицелову-Алеше, который называл птиц по очереди, и, если среди названных была такая, какая находилась у хозяина-Таси, Тася получала деньги: ударяла рукой по ладони покупателя в то время как купленная птица выбегала или, вернее, вылетала из дома и стрелой неслась по дорожке сада вокруг клумбы с цветами. Птицелов, уплатив деньги, несся за нею во всю прыть, и если ему удавалось поймать птицу, то она делалась птицеловом, он же занимал ее место в лавке.

Тася очень ошиблась, предполагая, что хромой Алеша будет уступать детям в ловкости и быстроте бега. Алеша, несмотря на свою хромоту, бегал очень быстро, подпрыгивая козленком и ловко настигая играющих. Первым он поймал Викторика, который ради своего приезда в гости надел такие узкие сапоги, что едва мог в них двигаться.

— Теперь ты птицелов! Виктор птицелов! — кричал торжествуя Алеша, поймав наконец троюродного брата.

Викторик, морщась от боли, стал на место Алеши. Но ему долго не удавалось поймать никого. Только одна Тарочка, которая была очень полна и неуклюжа, уступала ему в скорости бега. Викторик погнался за Тарочкой. Но когда он почти настиг Тарочку, Тася незаметно для других выставила вперед ногу. Викторик, не замечая этого, споткнулся о выставленную ногу Таси и со всего размаха грохнулся на землю.

Тася засмеялась. Остальные дети бросились к Викторику поднимать его. Пажик плакал, забыв о том, что он взрослый, и вытирал нос белыми перчатками, которые не захотел снять даже во время игры. На белой лайке злополучных перчаток теперь ярко выступили большие красные пятна. Викторик, не выносивший вида крови, заревел еще громче.

Мисс Мабель со всех ног побежала к нему. M-lle Lise и Марья Васильевна последовали за нею. Дети спорили, почему упал Викторик. Словом — суматоха полная.

Мисс Мабель помогла подняться Виктору. Не без труда остановила она кровь, фонтаном бившую из носа, и просила детей объяснить ей, каким образом случилось все это.

Дети молчали и только переглядывались в большом недоумении. Одна только Тася насмешливо улыбалась. Она терпеть не могла Викторика и была очень довольна, что ей удалось насолить ему.

Неожиданно вперед выступил Алеша и сказал, прямо глядя в лицо Таси:

— Я знаю, почему упал Викторик. Вот она, — он указал на Тасю, — подставила ему ножку. Никто не видел этого, я один заметил. Он споткнулся о ногу и упал… Нехорошо, стыдно! — добавил мальчик, обращаясь к Тасе, и добрые глаза его теперь смотрели почти сердито.

Марья Васильевна испытующе взглянула на Тасю. Девочке невольно пришлось опустить глаза под этим взглядом.

— Вы будете наказаны. Ступайте за мною, — сказала гувернантка и, взяв Тасю за руку, повела ее к дому.

* * *

Тася сидела в пустой гостиной и дулась. M-lle Marie привела ее сюда, посадила в кресло и приказала сидеть так до ее возвращения. Из сада до нее долетали голоса детей.

Дети прекратили игру и теперь о чем-то оживленно разговаривали.

— А я тебе говорю, что они не существуют, — громко доказывала Тарочка.

— А няня говорит, что они есть. И что у нас в пруду она их видела! — возражала Леночка.

— Твоя няня глупая деревенщина и больше ничего! — вмешался в разговор Митюша. — Мне девять лет только, а я отлично знаю, что русалок нет на свете! Папа говорит, что только невежественные люди думают, что они существуют.