Но провалы становились все длиннее. Вскоре они уже доходили до нескольких минут. Я будто отключалась на время, а когда приходила в себя, обнаруживала, что, например, стою посреди гостиной, но не помню, как сюда пришла. Как будто кто-то другой в это время управлял моим телом. И я даже знаю кто.
Глава 3. Новые условия
Потайная дверь, ведущая в покои, где Агэлар прятал Катрину, находилась прямо в его кабинете. Часть стены отодвигалась, открывая проход.
Никто не подозревал о существовании тайника. Агэлар сам случайно его обнаружил, когда отец пожаловал ему эти покои. Не исключено, что Фейсал не знал о дополнительных комнатах, скрытых за неприметной дверью.
Агэлару так и не удалось выяснить, кто и когда, а главное — зачем оборудовал эти тайные покои. Он провел много ночей за изучением исторических трактатов, но история Алькасара была обширной и темной. Многое в ней покрыто мраком.
В юности Агэлар прятался в тайных покоях от отца, но потом надолго о них забыл. И только сейчас они по-настоящему пригодились. Нет лучше места, чтобы скрыть Катрину и вместе с тем всегда держать ее под рукой.
Официально Катрина умерла. Похоронена вместе с мужем. Можно не беспокоиться, что девушку случайно обнаружат. Ее и искать-то не станут. Все складывалось идеально.
Агэлар как раз вышел из тайных покоев. Дверь за ним закрылась сама по себе — часть сдвижной стены встала на место. Теперь, сколько ни смотри, не различишь проход. Малейшего зазора — и того нет. Дверь сделал мастер своего дела.
Он шагнул к письменному столу, когда услышал стук в другую дверь, ведущую в коридор. Агэлар не успел ответить, как гость вошел.
Это был Криан — его младший брат. Явись он на пару секунд раньше, увидел бы тайные покои.
Агэлар мысленно обругал себя. Он стал беспечным. Забыл запереть кабинет. Это все Катрина. Каждый раз, направляясь к ней, он сгорал от нетерпения увидеть ее и забывал об элементарной безопасности. Впредь он будет осмотрительнее.
Криан, конечно, тоже хорош. Вваливается, как в свои личные покои.
— Будь добр, — процедил Агэлар, — в следующий раз, прежде чем входить, дождись приглашения.
— Я тоже рад тебя видеть, брат, — улыбнулся Криан.
Как обычно улыбка не коснулась его глаз. Взгляд у ледяного дракона всегда холодный.
Агэлар, не моргая, изучал лицо брата, изо всех сил стараясь не коситься на стену с потайной дверью. Насколько ему известно, Криан не обладает даром чтения мыслей, но наблюдательности ему не занимать. Если он догадается, что Агэлар что-то от него скрывает, все рухнет.
— Что тебе нужно в такую рань? — Агэлар перешел сразу к делу.
Их с Крианом мало что связывало. Уж точно не братская любовь. Разве что отцовская кровь. Матери у них были разные, и росли братья порознь.
Детство Агэлара напоминало кошмар. Жизнь в Алькасаре не для ребенка. После того, как отец выгнал его мать, он был фактически предоставлен самому себе. Это была борьба за выживание, где главным противником являлся собственный отец.
Фейсал странно реагировал на рождение детей. Особенно на сыновей. Для других драконов сыновья были даром — наследники, гордость рода. Фейсал же видел в них исключительно соперников. Претендентов на его трон.
В любимом мире Катрины его отцу поставили бы диагноз «паранойя». Агэлар достаточно долго там прожил и многое оттуда почерпнул.
Впрочем, Фейсалу было чего опасаться. Желающих его свергнуть в самом деле хватало.
Поэтому когда очередная жена рожала ему сына, Фейсал не вознаграждал ее, а наказывал. Мать Агэлара он вовсе отправил прочь из Алькасара на верную смерть.
Не лучше он поступал с сыновьями. Трое старших братьев Агэлара были убиты собственным отцом. До них с Крианом он просто не успел добраться.
Агэлара отец проклял. Благодаря этому он и выжил. Отец считал его слабым, неспособным на серьезные действия. Забавно, что в итоге именно Агэлар его уничтожил.
Криану повезло больше. Его мать оказалась сильной женщиной. Она умудрилась сбежать и увезти с собой сына. Младший брат вырос в любви и достатке в землях ледяных драконов, откуда его мать была родом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он не знал, что такое вздрагивать от шорохов по ночам в страхе, что отец подослал к тебе убийцу. Не понимал, каково каждый день бороться за выживание. Не видел смерти старших братьев.
Все это время Криан предпочитал держаться подальше. Но это не помешало ему вернуться в Алькасар и пытаться заполучить трон отца.
Но прав больше у Агэлара. Он старше. Он вырос в Алькасаре и знает его нужды. Народ любит его, а Криан для них чужой. Мальчик с севера. Кто знает, что у него на уме?
Все говорило за то, что трон достанется именно Агэлару. Он бы не сомневался в своем успехе, если бы не одно «но». Всегда есть «но», верно?
Его дракон. Много лет назад отец проклял его. Запечатал дракона Агэлара внутри его тела, и теперь он не может сменить форму. Была надежда, что со смертью отца проклятие спадет, но оно осталось. Поэтому Агэлар так отчаянно нуждался в душе Фейсала. Это его последний шанс вернуть своего дракона.
К счастью, отцу хватило ума держать проклятие в тайне. Мало кто знал о нем, но многие догадывались — что-то со старшим сыном Фейсала не в порядке. Они десятилетиями не видели его дракона. А ведь любой другой лорд не упустит возможности сменить форму и полетать на воле.
Многие задавалась вопросом — что не так с Агэларом? К сожалению, Криан был в числе тех, кто точно знал ответ на этот вопрос.
— Я тут подумал, — начал младший брат издалека, — что неплохо отметить твое восхождение на трон.
— Ты поддерживаешь мои притязания? — насторожился Агэлар.
— Разумеется. Ты же старший. Из нас двоих Алькасар должен достаться именно тебе.
Криан говорил складно, но Агэлар не верил ни единому слову. Нет, это слишком просто. Брат наверняка что-то задумал.
— Как насчет турнира? — следующий вопрос Криана подтвердил худшие опасения. — Достойное празднование.
— Лорды могут драться на мечах, — Агэлар попытался избежать катастрофы.
— Ни в коем случае, — покачал головой Криан. — Это же скука смертная. Турнир драконов. Вот что нужно Алькасару. Возродим его былую славу!
Турнир драконов… состязание само по себе зрелищное и интересное. В детстве Агэлар их обожал. Для лордов это отличный шанс доказать свою силу. Например, наследник может продемонстрировать, что достоин править.
И все бы ничего, вот только, как нетрудно догадаться из названия, состязались на турнире не люди, а драконы. Чтобы принять участие в поединке, Агэлару придется сменить форму, а он не в состоянии это сделать.
Агэлар молчал, и Криан заподозрил неладное.
— В чем дело? — спросил он. — Ты против?
— С чего бы? — он пожал плечами, надеясь, что выглядит естественно.
— Твое проклятие ведь спало? — брат потянулся к шее Агэлара. — Отец мертв, оно должно было развеяться.
Сюртук Агэлара, как обычно, был застегнут на все пуговицы, скрывая горящие на коже руны — следы проклятия.
— Разумеется, — Агэлар оттолкнул руку брата.
— Вот и отлично, — хмыкнул Криан. — К турниру необходимо подготовиться. Потребуется время. Думаю, тридцать восходов хватит. А сразу после турнира и твоей победы, в которой я не сомневаюсь, проведем коронацию. Жители Алькасара будут в восторге. Предоставь все мне, я лично займусь организацией празднования.
Криан весьма правдоподобно изображал энтузиазм. Но его глаза… два айсберга пристально следили за Агэларом — не даст ли слабину? Не выдаст ли себя?
Нет, не выдаст. Всю свою жизнь Агэлар имел дело со своим отцом — самым безжалостным существом, которое ему доводилось встречать. Криан по сравнению с ним — младенец с погремушкой.
— Даже к лучшему, что ты не показываешь своего дракона, — добавил Криан. — Будет эффектное появление на турнире.
Это прозвучало как насмешка, но Агэлар не повелся.
— Благодарю, что возьмешь заботы о турнире на себя, — кивнул Агэлар брату. — Уверен, это будет нечто грандиозное.
