Читаем без скачивания Стихотворения о родной природе - Сборник

1829

Эхо

Ревет ли зверь в лесу глухом,Трубит ли рог, гремит ли гром,Поет ли дева за холмом —На всякой звукСвой отклик в воздухе пустомРодишь ты вдруг.Ты внемлешь грохоту громовИ гласу бури и валов,И крику сельских пастухов —И шлешь ответ;Тебе ж нет отзыва… ТаковИ ты, поэт!

1831

«В поле чистом серебрится…»

В поле чистом серебритсяСнег волнистый и рябой,[Светит месяц], тройка мчитсяПо дороге столбовой.Пой: в часы дорожной скуки,На дороге, в тьме <ночной>Сладки мне родные звукиЗвонкой песни удалой.Пой, ямщик! Я [молча], жадноБуду слушать голос твой.Месяц ясный светит хладно,Грустен ветра дальный вой.[Пой: «Лучинушка, лучина,Что же не светло горишь?»]

1833

Осень. (Отрывок)

Чего в мой дремлющий тогда не входит ум?

Октябрь уж наступил – уж роща отряхаетПоследние листы с нагих своих ветвей;Дохнул осенний хлад – дорога промерзает,Журча еще бежит за мельницу ручей,Но пруд уже застыл; сосед мой поспешаетВ отъезжие поля с охотою своей,И страждут озими от бешеной забавы,И будит лай собак уснувшие дубравы.

Теперь моя пора: я не люблю весны;Скучна мне оттепель; вонь, грязь – весной я болен;Кровь бродит; чувства, ум тоскою стеснены.Суровою зимой я более доволен,Люблю ее снега; в присутствии луныКак легкий бег саней с подругой быстр и волен,Когда под соболем, согрета и свежа,Она вам руку жмет, пылая и дрожа!

Как весело, обув железом острым ноги,Скользить по зеркалу стоячих, ровных рек!А зимних праздников блестящие тревоги?..Но надо знать и честь; полгода снег да снег,Ведь это наконец и жителю берлоги,Медведю, надоест. Нельзя же целый векКататься нам в санях с Армидами младымиИль киснуть у печей за стеклами двойными.

Ox, лето красное! любил бы я тебя,Когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи.Ты, все душевные способности губя,Нас мучишь; как поля, мы страждем от засухи;Лишь как бы напоить да освежить себя —Иной в нас мысли нет, и жаль зимы старухи,И, проводив ее блинами и вином,Поминки ей творим мороженым и льдом.

Дни поздней осени бранят обыкновенно,Но мне она мила, читатель дорогой,Красою тихою, блистающей смиренно.Так нелюбимое дитя в семье роднойК себе меня влечет. Сказать вам откровенно,Из годовых времен я рад лишь ей одной,В ней много доброго; любовник не тщеславный,Я нечто в ней нашел мечтою своенравной.

Как это объяснить? Мне нравится она,Как, вероятно, вам чахоточная деваПорою нравится. На смерть осуждена,Бедняжка клонится без ропота, без гнева.Улыбка на устах увянувших видна;Могильной пропасти она не слышит зева;Играет на лице еще багровый цвет.Она жива еще сегодня, завтра нет.

Унылая пора! Очей очарованье!Приятна мне твоя прощальная краса —Люблю я пышное природы увяданье,В багрец и в золото одетые леса,В их сенях ветра шум и свежее дыханье,И мглой волнистою покрыты небеса,И редкий солнца луч, и первые морозы,И отдаленные седой зимы угрозы.

И с каждой осенью я расцветаю вновь;Здоровью моему полезен русский холод;К привычкам бытия вновь чувствую любовь:Чредой слетает сон, чредой находит голод;Легко и радостно играет в сердце кровь,Желания кипят – я снова счастлив, молод,Я снова жизни полн – таков мой организм(Извольте мне простить ненужный прозаизм).

Ведут ко мне коня; в раздолии открытом,Махая гривою, он всадника несет,И звонко под его блистающим копытомЗвенит промерзлый дол и трескается лед.Но гаснет краткий день, и в камельке забытомОгонь опять горит – то яркий свет лиет,То тлеет медленно – а я пред ним читаюИль думы долгие в душе моей питаю.

И забываю мир – и в сладкой тишинеЯ сладко усыплен моим воображеньем,И пробуждается поэзия во мне:Душа стесняется лирическим волненьем,Трепещет и звучит, и ищет, как во сне,Излиться наконец свободным проявленьем —И тут ко мне идет незримый рой гостей,Знакомцы давние, плоды мечты моей.

И мысли в голове волнуются в отваге,И рифмы легкие навстречу им бегут,И пальцы просятся к перу, перо к бумаге.Минута – и стихи свободно потекут.Так дремлет недвижим корабль в недвижной влаге,Но чу! – матросы вдруг кидаются, ползутВверх, вниз – и паруса надулись, ветра полны;Громада двинулась и рассекает волны.

Плывет. Куда ж нам плыть?……………………………………………..………………………………………..

Михаил Лермонтов

Осень

Листья в поле пожелтели,И кружатся и летят;Лишь в бору поникши елиЗелень мрачную хранят.Под нависшею скалою,Уж не любит, меж цветов,Пахарь отдыхать пороюОт полуденных трудов.Зверь, отважный, поневолеСкрыться где-нибудь спешит.Ночью месяц тускл, и полеСквозь туман лишь серебрит.

Гроза

Ревет гроза, дымятся тучиНад темной бездною морской,И хлещут пеною кипучей,Толпяся, волны меж собой.Вкруг скал огнистой лентой вьетсяПечальной молнии змея,Стихий тревожный рой мятется —И здесь стою недвижим я.Стою – ужель тому ужасноСтремленье всех надземных сил,Кто в жизни чувствовал напрасноИ жизнию обманут был?Вокруг кого, сей яд сердечный,Вились сужденья клеветы,Как вкруг скалы остроконечной,Губитель-пламень, вьешься ты?О нет! – летай, огонь воздушный,Свистите, ветры, над главой;Я здесь, холодный, равнодушный,И трепет не знаком со мной.

1830

Звезда

Светись, светись, далекая звезда,Чтоб я в ночи встречал тебя всегда;Твой слабый луч, сражаясь с темнотой,Несет мечты душе моей больной;Она к тебе летает высоко;И груди сей свободно и легко….Я видел взгляд, исполненный огня(Уж он давно закрылся для меня),Но, как к тебе, к нему еще лечу;И хоть нельзя, – смотреть его хочу…

1830

Вечер после дождя

Гляжу в окно: уж гаснет небосклон,Прощальный луч на вышине колонн,На куполах, на трубах и крестахБлестит, горит в обманутых очах;И мрачных туч огнистые краяРисуются на небе как змея,И ветерок, по саду пробежав,Волнует стебли омоченных трав…Один меж них приметил я цветок,Как будто перл, покинувший восток,На нем вода блистаючи дрожит,Главу свою склонивши, он стоит,Как девушка в печали роковой:Душа убита, радость над душой;Хоть слезы льет из пламенных очей,Но помнит все о красоте своей.

1830

«Кто в утро зимнее, когда валит…»

Кто в утро зимнее, когда валитПушистый снег и красная заряНа степь седую с трепетом глядит,Внимал колоколам монастыря?В борьбе с порывным ветром, этот звонДалеко им по небу унесен, —И путникам он нравился не раз,Как весть кончины иль бессмертья глас.И этот звон люблю я! – он цветокМогильного кургана, мавзолей,Который не изменится; ни рок,Ни мелкие несчастия людейЕго не заглушат; всегда один,Высокой башни мрачный властелин,Он возвещает миру все, но сам —Сам чужд всему, земле и небесам.

1831

Песня

Желтый лист о стебель бьетсяПеред бурей:Сердце бедное трепещетПред несчастьем.Что за важность, если ветерМой листок одинокойУнесет далеко, далеко;Пожалеет ли об немВетка сирая;Зачем грустить мо́лодцу,Если рок судил емуУгаснуть в краю чужом?Пожалеет ли об немКрасна девица?

1831

«Люблю я цепи синих гор…»

Люблю я цепи синих гор,Когда, как южный метеор,Ярка без света и краснаВсплывает из-за них луна,Царица лучших дум певцаИ лучший перл того венца,Которым свод небес поройГордится, будто царь земной.На западе вечерний лучЕще горит на ребрах тучИ уступить все медлит онЛуне – угрюмый небосклон;Но скоро гаснет луч зари…Высоко месяц. Две иль триМладые тучки окружатЕго сейчас… вот весь наряд,Которым белое челоЕму убрать позволено.Кто не знавал таких ночейВ ущельях гор иль средь степей?Однажды при такой лунеЯ мчался на лихом конеВ пространстве голубых долин,Как ветер, волен и один;Туманный месяц и меня,И гриву, и хребет коняСребристым блеском осыпал;Я чувствовал, как конь дышал,Как он, ударивши ногой,Отбрасываем был землей;И я в чудесном забытьиДвиженья сковывал свои,И с ним себя желал я слить,Чтоб этим бег наш ускорить;И долго так мой конь летел…И вкруг себя я поглядел:Все та же степь, все та ж луна:Свой взор ко мне склонив, она,Казалось, упрекала в том,Что человек с своим конемХотел владычество степейВ ту ночь оспоривать у ней!

1832