Да, именно Мийол сбежал. Побоялся, что не выдержит и врежет по этой наглой морде, да притом не сдерживаясь, усиливая удар праническим приёмом — как Воин.
Не факт, что визави сумела бы такое пережить.
Знатно она тогда его выбесила. Более острую реакцию сумел вызвать до того случая один только Килиш, после долгого поэтапного падения, с ударным финалом в отношении Васьки и известным результатом на судилище. А вот Иласия…
Прямо талант, чтоб её фуски жрали!
Беда в том, что после того разговора, скандала и бегства она стала осторожнее. Немного. Вероятно, установила на практике ту грань, за которую переходить… не стоит. Но в общем и целом свою линию в отношении Элойн продолжала гнуть, наплевав на всё, включая как будто бы и собственную жизнь. Потому что чем дальше, тем сильнее крепло в Мийоле желание не помочь ул-Слиррен, а доломать хуброву гадину. Сделать ей масштабную пакость как минимум, а как максимум — занести алуринам Лагора через цепь посредников заказ на травматическую ампутацию одного несдержанного языка.
Или обеих ног. (О том, чем закончил Килиш, призыватель ей тогда рассказал).
Хороший получился бы намёк. Убедительный. Сразу ясно: и кто поспособствовал, и за что. При этом Иласия даже смогла бы со временем вернуть способность ходить, но…
К вполне возможной эскалации Мийол был не готов. Это братцу, недо-Воину, устроить месть за увечье не удалось бы вообще никак, а вот ул-Слиррен после лишения ног стала бы, скорее всего, даже опасней, чем в полностью здоровом виде.
Нет уж. Если и делать на неё заказ, то окончательный.
А на радикальное решение проблемы она всё-таки не наговорила. Да что там, она даже на формальную дуэль не наболтала! Со стороны, без понимания контекста и оценки реакции Элойн, все её «развлечения» с рыжей казались практически невинными.
Короче, до поры Мийолу приходилось смотреть на ситуацию со стороны. Не в силах сделать хоть что-то, он вынужденно запасался терпением пополам с желчью.
Причём идущее параллельно общение с Гурманом скорость набора желчи почти удваивало.
Характер у Дамириса выходил как бы не паскуднее, чем у Иласии. Если та увлечённо практиковала моральный садизм, то этот при всяком удобном и неудобном случае маниакально утверждал своё превосходство. Троицу аун-Токаль, аун-Фетхер, аун-Вилигерро он не трогал, раз навсегда вписав их в категорию «коллег второго разряда» и обращаясь к ним обезличенно: малоуважаемые. Для рыжей у него и такого обращения не находилось (правда, называть её неуважаемой прямо он всё же не спешил — но так выразительно проглатывал обращение, заменяя паузой, что сомнений в ранге проглоченного ни у кого не оставалось).
Формально не придерёшься, но фактически за один тон следует выписать пинка в копчик. Да так, чтоб этот рудимент хрустнул.
Только некому взять на себя столь ответственную воспитательную миссию.
Никасси Морозная — и та вынужденно обращалась с Гурманом не без пиетета. Да, именно она тут адвансар, глава исследовательской группы… но Дамирис-то, не в пример ей, пиковый подмастерье (хотя до аналогичного статуса ей осталось полпальца). И годами её постарше, и связей у него хватает (понятно, что у любого алхимика, который специализируется на лечебных пилюлях, этих самых связей найдётся… много). От перехода в адвансары толстяк давно и упорно отказывался по одной причине: в результате повышения статуса ему пришлось бы тратить заметно больше времени на расширившиеся гильдейские обязанности.
Он предпочитал уделять силы собственному прорыву в мастера. Задерживающемуся уже добрых полтора десятилетия… что отнюдь не смягчало его нрава.
В самом деле. Ты год за годом стоишь на пороге новых, грандиозных перспектив, но всё никак не способен сделать последний шаг… отказываешься от подобающего места в гильдии, потому что в своё время уже отказался, надеясь вскоре приобрести много более высокий пост, а теперь упорствуешь, не желая публично признать тот выбор, то старое решение — ошибкой… начинаешь подозревать, что, возможно, уже до конца жизни не сможешь добиться большего, чем имеешь здесь и сейчас… да, шестьдесят восемь лет — это не слишком поздно: многие совершали прорыв и на девятом десятке, и даже справив десятый юбилей, но…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Всё-таки отказ от яшмы в ожидании нефрита вышел, пожалуй, излишне решительным. Год за годом стараться, ждать и надеяться, не отчаиваясь… не каждый это выдержит.
Немудрено приобрести в такой позиции одержимость своим положением и статусом!
Ощущение, что слишком юный и даровитый выскочка-призыватель дышит тебе в затылок, Гурмана отнюдь не радовало. И сам выскочка, разумеется, не ввергал его в восторг тоже — просто из-за сравнительно более стремительного развития.
Итог? Как Иласия при всяком удобном и неудобном случае старалась намекнуть Элойн, что та полностью заслуживает своего несчастья, так толстяк… нет, скорее даже жирдяй… старательно загонял Мийола в коллеги третьего разряда. Да-да, в неуважаемые. Требовал преувеличенного почтения, иногда устраивал блиц-опросы по алхимической теории (как правило, завершаемые оглашаемым вслух вердиктом «неприемлемо», а то и, если /не/повезёт, «ничтожно»), закатывал философские монологи о сравнительных недостатках юности… которые, разумеется, полагалось выслушивать со всем почтением, исправно кивая в соответствующих местах…
В общем, этот коллега тоже старательно нарабатывал на визит агрессивных алуринов.
Точнее, на мечтания о таковом.
Будучи приверженцем конструктивного подхода, призыватель не уставал напоминать себе, что всякую ситуацию можно воспринимать самое малое двояко. Лишний раз поклониться жирд… многочтимому коллеге — спина не переломится. Дамирис ведь без шуток весьма опытен, искусен, в своей области — нешуточно изощрён и эрудирован. Годами он превосходит младшего базилара даже больше, чем втрое — практически вчетверо… опросы устраивает? Так это вообще отлично: тут разом и повод, и причина хорошенько подтянуть знания алхимической теории, не почивать на лаврах, стараться и трудиться! Бурчит, придирается, сверх всякой меры высокомерен и спесив? Ну, он такой не один: среди немолодых магов чуть не у каждого второго характер располагается в диапазоне от тяжёлого до невыносимого…
Конструктив там или нет, а лишний раз общаться с Гурманом по своему почину Мийол не рвался совершенно. Невзирая на все потенциальные преимущества. Понимая, что если пойти ему навстречу, подольститься выйдет легко: Дамирис ведь совершенно не скрывает, какого именно поведения ждёт. От всех вокруг вообще и конкретно от одного призывателя родом из глухой провинции — в особенности. Да, это вполне разумно: сделать ставку на старшего коллегу, который действительно имеет хорошие шансы стать мастером магии в обозримые сроки, возможно, даже прямо завтра. По слухам, обычно прорыв из пиковых подмастерьев в начальные мастера требовал от пяти до двадцати лет, а чтобы оставить надежды на преодоление этого рубежа вовсе, верхний предел ожидания следовало утроить.
Да, Мийол понимал все потенциальные плюсы. Но… низкопоклонствовать не собирался.
Приобретение некоторых привычек в его глазах выглядело слишком дорогим. И побоку все эти чересчур рациональные соображения!
Жирдяй наел слишком обширный зад, чтобы нежная обработка этих, так сказать, тыловых просторов при помощи языка показалась задачей невеликой сложности.
Алхимик 2: узлы напряжения 2
— Что ж. Благодарю всех вас. Следующее собрание по расписанию, сейчас вы можете быть свободны… но тебя, ученик, я попрошу задержаться.
Пока коллеги поднимались и разбредались, призыватель убрал свои записи в папку и без лишней экспрессии уставился в пространство, не забывая отслеживать периферийным зрением соблазнительную фигуру мэтра Никасси.
Впрочем, основное внимание он уделял итогам собрания. Каковые… ну, не так чтоб совсем отсутствовали. Откровенно бездельничать на протяжении двух часов адвансар и сама не стала бы, и подшефным не позволила. Вместе с тем итоги выглядели… скучновато.
