у нашего Викинга. Мама говорила, что Вера была в командировке в Швеции, пока еще не ударилась в йогу, и вдруг пропала на полгода. Вернулась довольная и беременная, сказав, что ребенок ее, а остальным в это дело лучше не лезть. С рождением Льва, тетя бросила работу в маркетинговой компании и переквалифицировалась в инструктора по йоге. Странный выбор на мой взгляд, но она никогда ни о чем не жалела.
— Вике мы образование и сами проплатим, нужно просто больше работать. — Вера шумно отхлебнула из чашки. Молчание повисло в воздухе, ведь мы обе знали, что был еще один вариант — позвонить моему отцу, но с этой скотиной я не желала иметь ничего общего. Вера поняла, о чем я думаю и, помня о моей ненависти к папаше, постаралась отвести разговор в другое русло.
— А насчет Эдгара твоего даже не переживай. Кира, тебе всего двадцать четыре года, ты молода и красива, а быть с тем, от кого сердечко не ёкает и за кем бежать на край света не хочется — это как не жить вовсе.
Я невесело улыбнулась, запустила пальцы в копну великолепных золотистых волос.
— Ты ведь знаешь, что я, кажется, и не способна на такие чувства. Искра и вечная любовь — сказки для маленьких. Мне нужно найти другую работу. Быть может я смогу устроиться еще в несколько студий.
Вере не очень понравился ход моих мыслей. Физический труд изматывал, и она предпочла бы, чтобы я осела в каком-нибудь офисе, тем более, что я умудрилась окончить секретарские курсы, пока встречалась с Эдгаром.
— Посмотри объявления, может кто-то ищет секретаря, — сказала она мне.
— Сомневаюсь, что кому-то нужен секретарь без опыта работы. — я снова погрустнела.
— Как знаешь… И помни, — лицо тети приняло абсолютно серьезное выражение, а значит, она сейчас будет шутить. — Он все равно страшненький был. — Я искренне рассмеялась и в весьма неплохом расположении духа отправилась спать.
В комнате, которую я когда-то делила с сестрой росли лимонные и мандариновые деревья, не оставляющие много места для передвижения. За ними ухаживала Вера, она же установила какие-то фантастические лампы, чтобы в наших климатических условиях эти южные красавцы чувствовали себя как дома. Кровать сестры и ее шкаф я бессовестно использовала как склад для одежды, на то время, что та переехала в университетское общежитие, а свой шкаф под завязку наполнила книгами.
В чем то мы с Викки были похожи: мы любили учиться и жаждали знаний. Вот только ее разум был куда системнее, чем мой. Я выхватывала информацию из всех источников подряд, интересуясь то философией, то историей, то современным искусством и психологией. Когда пришло мое время определиться с профессией, я знала одно. Денег на то, чтобы я училась просто чему-нибудь у моей семьи нет. Поэтому я быстренько получила сертификат тренера по пилатесу и помогала тете в ее йога-студии. Мы отбивали аренду, а еще оставалось на жизнь нам вчетвером. Жизнь с Эдгаром стала красивой сказкой: красивой, но короткой.
Сон долго не шел, и я лежала с закрытыми глазами. В голове крутилось гневное лицо Эдгара, мыли о Викки, слова тети «между вами все равно не было Искры».
Глава 2. В которой открываются новые двери
Мои глаза открылись за долю секунды до звонка будильника. Раздался вопль солиста Muse, перепевавшего знаменитого Синатру: «Ты слишком хороша, чтобы быть настоящей. Я не могу оторвать от тебя взгляда». О да, заспанная, с опухшим лицом, помятым подушкой, я была просто королевой красоты.
Холодный душ, горячий кофе, бутерброд, который я мысленно называла три тысячи калорий, и я покинула нашу квартирку, чтобы влиться в поток стремящихся по своим делам людей. Лишних денег на такси не было, а деньги со счета, открытого для покупки машины могли пригодиться на другие нужды, поэтому я отправилась на автобусную остановку. Холод пробирал до костей, даже при том, что я укуталась в шарф поверх стильного пальто. Моя одежда не предполагала долгого нахождения на улице. С учетом последних событий, нужно было срочно менять выработанные привычки.
«Рука Господа» — прочитала я вслух надпись на кирпичной кладке гаража. Надпись сопровождало граффити: простирающаяся из кладки огромная рука, увенчанная черными когтями, которая словно пыталась схватить пробегающих мимо. От граффити, выполненного довольно качественно, веяло глухой неизбежностью. Если в нашем мире и есть бог, то руки у него должны быть именно такие. Видимо местный Бэнкси нарисовал это совсем недавно. Символично.
Подъехал автобус, и я нырнула в тепло, чтобы уже через полчаса выбраться около входа в метро и стать частью серой толпы, спешащей на работу.
Руки мои были по локоть закрыты плотными кожаными перчатками. Лицо я постаралась скрыть шарфом. Он спасал от зловония подземки, а еще скрывал мою симпатичную мордашку. Носить перчатки и прятать лицо в любом крупном городе считается дурным тоном, но у меня сегодня не было никакого желания терпеть прикосновения десятков потных ладоней. Я села на чудом свободное место и сложила руки крест-накрест. Поза, ясно говорившая — не лезьте ко мне.
Напротив расположилась пара, в которой без труда можно было узнать связанных Искрой. Везунчики. Она нежно склонила голову ему на плечо, он держал ее ладони так, словно в них заключался смысл всей его жизни. Иногда мне кажется, что между соединенными Искрой действительно мелькают всполохи мягкого сияния.
Удивительное явление — эта Искра. Два человека просто сталкиваются, случайно касаются друг друга и вдруг происходит чудо: их словно связывает незримой нитью, и они уже не выживают друг без друга. Такой паре гарантирована любовь до гроба, именно такая, какую описывают в любовных романах. Забери одного из пары — второй буквально умрет от тоски по нему.
Есть исследование, что Искра — это явление сугубо биологическое. Иначе как еще объяснить, что практически без исключений она происходит только у молодых и здоровых людей, которые в своей безумной страсти тут же заводят детей. И дети, рожденные в подобных браках, намного сильнее и умнее и талантливее всех остальных. Они добиваются большего в учебе, в спорте, они предрасположены к творчеству. Большинство политиков, спортсменов, известных деятелей культуры и искусства, а также предпринимателей — дети, рожденные Искрой. Мне, как обычному человеку должно было бы быть обидно, что в мире происходит подобная несправедливость. Но обидно мне не было. Искра — это лотерея, и тебе не нужно быть богатым и знаменитым, чтобы тебя связало ей. В последнее время мода на поиски своей второй половинки, своей «искорки»
