Не смотря на ободрение сестры Тилли, Саре все же было не спокойно. Известия о том, что она была в больнице, было не достаточно. Ей нужно было, что бы медсестра заполнила оставшиеся пробелы, и это пугало ее больше всего. Где ее родители?
— Чт… Что произошло? Как? — голос Сары стал немного внятней, и каждое слово отбирало больше сил, чем предыдущее.
Медсестра Тилли успокаивающе похлопала Сару по руке.
— Ты попала в автокатастрофу. Больше всего пострадала твоя голова. Множество ударов и синяков по всему телу, но ничего не сломано. Тебе очень повезло, моя дорогая, очень повезло. Ты была без сознания почти неделю, — медсестра отыскала взгляд Сары, для большего взаимопонимания. — Это очень хороший знак, что ты очнулась. Я сообщу доктору, и он вскоре навестит тебя.
Мысли Сары сменялись одна за другой. Автокатастрофа? Как? Почему? Медсестра Тилли собиралась выйти за дверь, года голос снова вернулся к Саре.
— Под… подождите.
С очередной добродушной улыбкой на лице, она повернулась и посмотрела на Сару поверх своих очков.
— Да, дорогая?
Огромный ком образовался в горле у Сары, от чего говорить стало еще тяжелей.
— Мои… мои родители… позвоните моим родителям? Пожалуйста?
Сестра Тилли открыла рот, но потом, быстро закрыла его, прежде чем ответить. Она сжала губы, и Сара задумалась, почему медсестра медлила с ответом.
— Да, дорогая, я позвоню прямо сейчас, — она снова замолчала, когда Сара опустила голову на подушку. — Сейчас попытайся отдохнуть.
Сара кивнула и закрыла глаза. Она хотела пить. Но больше всего она хотела увидеть маму. Она хотела почувствовать ее любящие руки и помощь, чтобы она помогла сложить ей все части
воедино. Уплывая в сонное царство, она представила прикосновения мамы. Эти волшебные руки. Она почти ощущала, как они гладили ее по волосам. Все будет хорошо, как только родители окажутся рядом.
Глава 3
— Так я и думал, — заявил доктор Пол, глядя на рентгеновский снимок. Он развернулся к Уильяму и Генри, стуча пальцами по толстому пластиковому изображению. Затем вздохнул и поднял брови. — Ну, могло быть и хуже.
Уильям посмотрел на него, ожидая, что доктор продолжит, не выдержав, спросил:
— И?
— Твоя ключица. Видишь здесь? — доктор Пол поднял снимок к свету, чтобы Уильям и Генри увидели, затем провел пальцем по снимку вдоль молочно-белой кости. — Вы видите эту трещину? Так вот ее здесь быть не должно.
— И… насколько это плохо, док? — голос Генри был тихим и серьезным. Уильям знал, что до несчастного случая с мамой, его отец смог бы отнестись к нынешней ситуации более спокойно. Но теперь, Уильям понимал, насколько раним отец, и как сильно он боится, что снова может что-то случиться с кем-то из тех, кого он любит.
Доктор Пол закачал головой из стороны в сторону, обдумывая свой прогноз.
— Ну, я бы сказал, есть хороши и плохие новости.
Генри тяжело сглотнул.
— Какие плохие новости?
Доктор Пол похлопал того по плечу.
— Расслабься, Генри. Твой парень в порядке и с ним все будет хорошо. Давай смотреть на произошедшее с позитивной стороны. Мы знаем, чем могло это закончиться при таких обстоятельствах. Поэтому давайте не будем забывать об этом. Уильям получил травму, да. Но, травма весьма не значительная, по сравнению с тем, что могло бы произойти. Эти бревна могли отправить его прямиком в могилу, но твой сын жив и здоров. Хорошо?
Генри кивнул, и натянул легкую улыбку.
— Ладно, — он выпрямился и сделал глубокий вдох. — Ну, тогда, каковы хорошие новости?
Доктор Пол одобрительно кивнул Генри, и продолжил:
— Перелом ключицы, это очень сложный перелом. Хорошая новость заключается в том, что травма не слишком серьезная и для полного выздоровления хирургическое вмешательство не требуется. Плохая новость, не так уж и плоха, но для того, чтобы вся зажило, как следует, рука должна быть неподвижна в течение нескольких недель, возможно даже месяцев. Так как руку мы уже перевязали, гипс не понадобится, и это тоже хорошая новость.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Уильям с удивлением уставился на доктора широко раскрытыми глазами.
— Э… несколько месяцев?
Доктор Пол кивнул.
— В этом и заключается сложность. У кого-то заживает быстрей, у кого-то медленней. Мы проследим за тем, как быстро твой организм будет восстанавливаться. Ты здоровый молодой парень, так что я бы сказал, тебе понадобится, не так много времени. Но, все будет зависеть от того, насколько осторожным ты будешь. Нельзя спешить и пользоваться рукой, прежде чем она восстановиться, иначе все придется начать заново. Понятно?
Уильям кивнул. Он понимал, что доктор прав, но так же он понимал, что одной рукой ему будет почти невозможно что-либо сделать. Он надеялся, что Вернон позволит ему остаться на лесопилке и выполнять любую возможную для него работу. Если что-то подобное случилось бы с кем-нибудь из других работников, Вернон незамедлительно бы уволил несчастного парня. Уильям надеялся, что у него была привилегия, которую не имели другие. Это — Маргарет, или точнее сказать, то, что Уильям был обязан сделать ее счастливой. У Вернона были точно такие же обязанности, и он не рискнул бы расстроить дочь, уволив ее будущего мужа.
Уильям слез с кушетки и протянул здоровую руку доктору.
— Спасибо вам, доктор.
— Не за что, — доктор Пол задорно улыбнулся. — С тобой все будет хорошо, только помни, что я тебе сказал. Не снимай повязку. И будь очень осторожным, хотя бы неделю. Не смотря на то, что у тебя всего один перелом, ушиб головы и остальных частей тела никто не отменял.
— Да, сэр. Хорошо.
— Я не шучу, Уильям. Я знаю тебя всю твою жизнь, и ты не из тех, кто станет сидеть на месте, но на этот раз тебе придется это сделать, — доктор Пол завершил свою тираду с улыбкой на лице и ободрительным хлопком по спине Уильяма. Он развернулся к Генри и пожал ему руку. — Позаботься о нем. Я навещу вас обоих приблизительно через неделю, хорошо?
— Звучит отлично, док. Еще раз спасибо за все, — волнение Генри немного ослабло, и Уильям видел, как разгладились складки, возникшие из-за тревоги, на его лбу.
Как только они уселись в грузовик, Уильям посмотрел на отца.
— Ну, полагаю, мне стоит заехать на лесопилку, как ты думаешь?
Генри помедлил.
— Не знаю, сын. Тебе нужно быть осторожным, помнишь? Думаю, мне стоит отвезти тебя домой.
— Я знаю, но, по крайней мере, мне нужно повидаться с Верноном, объяснить ему, что к чему. Да и к тому же, Маргарет не терпится меня увидеть.
Генри вздохнул и посмотрел в свое окно.
— Вероятно, ты прав. Поехали.
Когда Генри подъехал к парковке у лесопилки, Уильям машинально уставился на то место, где все произошло. Бревна были аккуратно уложены и, глядя на них, все казалось таким, каким и должно было быть. Вопреки почти развернувшейся трагедии, он понимал, насколько ему повезло. И Уильям в очередной раз убедился, что нельзя предугадать, что для тебя уготовила судьба.
Генри протянул свою руку, чтобы Уильям мог опереться на нее, выходя из грузовика. Доктор Пол оказался прав.
Почти каждая часть его тела, так или иначе, доставляла боль. Он не подозревал, как каждое движение, оказывается, влияет каким-то образом на его ключицу. Так же он не осознавал, каким теперь все станет утомительным. Он лишь побывал на приеме у врача, а ему уже хотелось прилечь, но ему необходимо решить эту проблему. Чем быстрее он встретится с Верноном, тем быстрее убедится, что у него по-прежнему есть работа. По крайней мере, он надеялся услышать именно это.
Скрывать свою боль было так же тяжело. Он просто не мог доставить отцу еще больше переживаний. У Генри и так достаточно сердечной боли до конца его дней, и даже больше. Сжав зубы, и набрав воздуха, он посмотрел на отца.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я на минутку. Не уезжай без меня, — подразнил он.
— Мне пойти с тобой?
— Не. Я в порядке. К тому же, мне не помешает набраться немного сил и выносливости. Я не собираюсь несколько месяцев сидеть на месте как истукан.
