- Вот ты где! – ее грубо схватили за руку, потянули, не давая и слово сказать, к палатке.
- Нашел вашего целителя, - отчитался старшекурсник, впихивая ее внутрь.
Майра попятилась. Ее встретил десяток глаз.
- Это не наш, - протянул, щурясь, курсант, и Майра со страхом узнала старосту третьего курса.
- Но другого нет, - возразили ему.
- Роль знаешь? - спросил с угрозой староста, и Майра поняла, что, если не скажет «да», все зададутся вопросом, зачем она надела халат целителя, и кивнула, ощущая, как тело становится чужим, спина холодеет, а в горле образуется ком.
- Отлично. Будешь заменой, - враз повеселели третьекурсники. Кто-то ободряюще хлопнул ее по плечу и сунул в руки маску.
Сбегу, - суматошно заметались мысли в голове. Ага, и искать ее станет не только Шестой с кураторами, но и весь обиженный за сорванное представление третий курс. Еще и староста лицо ее видел. Наверняка запомнил. Не поленится ведь найти.
Сбежать не получилось. Актеры затеяли круг поддержки. Майра стояла, положив руки на плечи соседей, ощущая себя крошкой, затесавшейся среди великанов.
- Академия – сила!
Клич отозвался волной дрожи по всему телу. Майра вскинула выше голову, забывая о подкрадывающихся четырехкратных неприятностях.
- Курсанты мощь! – гаркнули глотки так, что у девочки зазвенело в ушах.
- Пламя – лучшее, что обретешь!
И она кричала со всеми. До боли в сорванной глотки. С чувством абсолютного счастья.
- Сейчас твой выход, - заявил высокий старшекурсник. Майра сосчитала его нашивки. Восьмой курс. Небожитель. Впереди, за пологом невидимости, взрывались хохотом, рукоплескали. Там горели магические огни. В воздухе, над курсантами, скользили иллюзии.
Из-за полога, в сторону отшатнувшейся Майры, выкатились довольные парни с красными лицами.
- Я не могу, - просипела девочка, ощущая, как ноги отказываются держать, - у меня живот свело.
«Небожитель» посмотрел так, словно она только что объявила себя слизнем.
- Ты же целитель, исцели себя, - посоветовал, снова возвращая свое внимание на сцену.
Майра тихонько отступила. Оглянулась. Вокруг образовался кусочек свободного пространства. Можно попробовать…
- Эй, ты куда? – рука стиснула плечо. Восьмикурсник смотрел столь недобро, что у Майры враз пропало желание сбежать.
- Так… это… - забормотала, ощущая, как лицо под маской полыхает от стыда, а ужас скручивает живот приступом настоящей боли.
- Живо на сцену, - и ее выпихнули под сотни глаз.
Что было дальше, Майра помнила плохо. Кажется, она хотела спрятаться, ей точно нужна была защита, и парни в одежде, символизирующей разные факультеты, вдруг стали опускаться на колени. Перед ней.
Толпа у сцены, почувствовав недоброе, начала затихать. С задних рядов уже пробирались преподаватели, где-то там четко ощущался гневный взгляд Шестого, и Майра панически ощущала себя загнанным в ловушку зверем.
- Госпожа, - негромко произнес, склонив голову, один из парней. Майра очнулась. Посмотрела с ужасом на стоящих перед ней курсантов. Всхлипнула. Поклялась всегда всегда слушать Шестого. И рванула со сцены.
Стрелой промчалась мимо стоящего на коленях и бормотавшего:
- …. ваши указания, госпожа, - восьмикурсника.
Понеслась дальше, не помня себя от ужаса.
- Ты что натворил? - ее грубо дернули за руку, утаскивая за дерево. Прижали за груди к стволу и хорошенько встряхнули.
- Что, к жыргхве, это сейчас было? – спросил староста третьего курса.
- Я не специально, - Майра едва удерживалась от слез, - честно-честно. Оно само.
- Менталисты в роду были? – спросил вдруг курсант. Майра кивнул.
Староста выругался. Отпустил. Взлохматил серую с белыми прядями шевелюру.
- Ладно, не гаси пламя, - сказал вдруг, - с каждым бывает. Перепугался, дар от волнения проснулся. Только вот, - пожевал губу, - менталистика, такая вещь… Короче, сдавать тебя я не стану и парням скажу, чтоб молчали. Разбирайся сам. И это, - дернул за халат, - реквизит отдай. Мне вернуть надо.
К общежитию сестры Майра мчалась, практически не разбирая дороги. Сердце с силой билось о ребрах. Мнилось, что ректор уже в курсе и с усмешкой подписывает приказ об отчислении…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Осознание – ну почему она такая невезучая! – выбило слезы из глаз, и мир отгородился «размытым стеклом». Пришла Майра в себя, летя носом в землю. Полежала на старой листве, перевернулась на спину. Посмотрела на звезды, на заслонившую их иллюзию калкалоса. Отчисление из академии сейчас казалось сродни казни. Майра была согласна на любое обличье, на любое наказание, лишь бы остаться. Но огонь, похоже, был против, иначе с чего ему раз за разом испытывать ее?
Встала, кривясь от боли. Потерла разбитую коленку. Упрямо поджала губы. Пусть ее отчислят, но домой к деду она не вернется - сбежит по дороге.
* ташкан – Маленький шустрый зверек, похож на земную мартышку, живет преимущественно на деревьях, очень подвижный и непоседливый
Глава 2
В комнату пробиралась, затаив дыхание. Отворила дверь, заглянула с опаской. Внутри было обнадеживающе тихо. Майра выдохнула, вошла, чувствуя прилив смелости. Отмахнулась от световика и начала в темноте стягивать китель.
- Мне вот интересно, чем ты думала, появляясь на сцене? – вкрадчиво поинтересовались от окна.
Майра замерла. Лицо полыхнуло румянцем. Внутри проснулся жгучий стыд. Умел его высочество несколькими словами показать глупость поступка… Майра прикусила губу, засопела недовольно. Нервно дернула за пуговицу, оторвала, покрутила в пальцах – теперь вот еще пришивать.
Наверное, Альгар прав. Не стоило туда ходить. Но память подкинула круг, ощущение товарищества, жгучую радость внутри, тяжесть ладоней на плечах… Если бы не всплеск дара, все было бы отлично.
- Где она? – в комнату, топоча и шумно дыша, ворвались кураторы. Потревоженные световики вспыхнули все разом, заливая пространство желтым светом. Майра шарахнулась, забиваясь в угол кровати, вскинула ладонь, прикрывая глаза.
- Пусти!
В комнате слышалась какая-то возня, надсадное пыхтение.
- Нет, я все же ей всыплю. Моя семья выше ее по положению, так что право у меня есть, - горячился Шиль.
Майра растопырила пальцы, подглядывая. Шильярд со зверским лицом яростно размахивал ремнем, его пытались удерживать, увещевая, Лунь с Франтехом.
- Может через задницу дойдет, что старших слушаться надо.
- Уверен? – неодобрительно поинтересовался Аль, шагнув от окна. – Она выброс устроила лишь бы нам помочь, а это в разы больнее.
Шиль с шумом выпустил воздух сквозь зубы, опустил руку с ремнем, рванул плечи из захвата друзей, взглянул с ненавистью на затаившуюся девчонку и принялся ожесточенно вдевать ремень обратно.
Майра перевела дух – порка отменялась.
- На сцене я была в маске, уверена, меня не узнали, - быстро проговорила, пользуясь затишьем, и запнулась, услышав от Шестого:
- Я отправил сообщение Кайлесу.
Сердце Майры замерло, дрогнуло, потом резко ускорилось. Пальцы сжались, пуговица больно вдавилась в кожу. Лорд Кайлес пугал ее до дрожи. От него веяло такой же мощью, как от дедушки. Только дедушка редко когда практиковал, и его сила по вкусу напоминала пересушенный фрукт, сила же лорда Кайлеса сбивала с дыхания, сокрушала, заставляя чувствовать слабость собственных барьеров. Рядом с ним Майра была открытой книгой.
- Нет! – выдохнула в панике.
Аль взглянул удивленно. Он впервые встречал кого-то, кто боялся Кайлеса, но данное дяде слово – докладывать обо всех проявлениях дара Майры, не позволяло промолчать.
- Он должен проверить, все ли с тобой в порядке, - попытался мягко объяснить, но девчонка сжалась лишь сильнее.
- Вот лорд Кайлес тебя и выпорет, - с глубоким чувством удовлетворения заметил Шиль.
Парни посмотрели укоризненно, Шиль в ответ раздраженно дернул плечом. В его детстве были лишь старшие братья и о воспитании девочек он имел весьма смутные представления.
