Читаем без скачивания Лето золотой раковины - Наталия Кузнецова

– Валера, ты был во Франции? – вдруг, перебив молодого человека, спросил Жан-Жак. – Мне все кажется, что я тебя где-то раньше видел.

– Был. Туристом, – ответил сосед. – Но, вообще-то, многие говорят, что я на кого-то похож.

Лешка пригляделась к Валере внимательней. Внешность его располагала к себе: открытое лицо, светлые волосы, серые глаза, прямой нос, высокие скулы, широкие плечи. Таких лиц полно на страницах различных изданий. Сосед Жан-Жака и Маргариты Павловны запросто мог рекламировать какие-нибудь дорогостоящие товары. Лешка перевела взгляд на журнал, который разглядывал Артем. Вот, пожалуйста, похожий на Валеру парень со счастливой улыбкой садится за руль дорогой иномарки.

А молодой человек, опередив Ромку, схватил с блюда последний пирожок, запил его чаем, вылив в свою чашку всю заварку, вытер со лба пот и поднялся.

– Спасибо за чай, не успел в Москве поужинать, а дома ничего нет, и жена моя сегодня у родителей останется. – И, посмотрев в окно, тут же с радостью воскликнул: – А нет, вот и она! Значит, передумала.

Ребята выглянули в окно и увидели двух молодых женщин, светленькую и темноволосую. А сосед крикнул:

– Вика, я здесь!

Женщина с темными волосами первой подняла голову вверх и улыбнулась всем сразу:

– Здравствуйте! Валера, спускайся к нам.

Вслед за ней со всеми поздоровалась блондинка, и Маргарита Павловна почему-то очень обрадовалась.

– Здравствуй, Вика, здравствуй, Наденька. Заходите к нам тоже, – пригласила она.

Но обе женщины сказали спасибо и, сославшись на то, что уже поздно, пообещали прийти в другой раз. Валера, еще раз поблагодарив хозяйку за чай, сбежал вниз.

Маргарита Павловна отошла от окна и, заварив свежего чаю, сообщила:

– А ведь это я Вику с Наденькой познакомила.

Она рассказала, как недавно в электричке встретила симпатичную молодую женщину, которая тоже ехала в Медовку. Приглядевшись, Маргарита Павловна узнала в своей спутнице дочь профессора Валагина – ученика своего первого мужа.

Ребята знали, что Жан-Жак – второй муж Маргариты Павловны. Хоть и познакомилась она с ним в далекой юности, судьба развела их на долгие годы, можно сказать, на целую жизнь. Жан-Жак уехал во Францию, а Маргарита Павловна вышла замуж за хорошего человека – профессора Балалейкина. Потом профессор умер, она много лет жила одна, и лишь в прошлом году снова встретилась со своей первой любовью.

– Они с отцом у нас так часто гостили, что, можно сказать, девочка выросла у меня на руках, – продолжала Маргарита Павловна. – Она была прелестным ребенком, а теперь превратилась в красивую женщину. И достигла в жизни многого. Знает несколько языков, защитила диссертацию, а сейчас пишет какую-то интересную книгу, а потому и приехала к нам в Медовку, чтобы уйти от городской суеты и спокойно поработать на природе.

Ну и, понятно, что, когда они сошли с электрички, Маргарита Павловна пригласила Надежду к себе, а наутро помогла ей снять в поселке жилье, потому что молодая женщина не захотела обременять их с Жан-Жаком своим присутствием. А поскольку новые соседи оказались тоже очень приятными людьми, то, появившись у них в гостях всем скопом, сразу нашли общий язык.

– Но вы лучше о себе расскажите. Как жили, что делали? Мы же знаем, ваша жизнь без приключений не обходится, – обратилась Маргарита Павловна к детям.

– Не обходится, – делано вздохнул Ромка и поведал о том, как замечательно они провели время в красивейшем уголке Подмосковья, где живет их новый друг Гарик, и заодно раскрыли очень запутанное преступление. А Лешка рассказала о своем экзотическом зверьке, которого только сегодня отправили на его родину, остров Мадагаскар. Она при этом снова загрустила и в который уже раз клятвенно заверила всех присутствующих и прежде всего себя:

– Вот честное слово, никаких зверей больше не завожу!

От разговоров их отвлек телефонный звонок. Нина Сергеевна интересовалась, не собираются ли они домой. Артем взглянул на часы и присвистнул. Шел первый час ночи. Нина Сергеевна беспокоилась не о детях: им троим, да еще с Диком, ничего не грозило, а вот хозяевам могли надоесть изрядно припозднившиеся гости. Но Маргарита Павловна ее заверила, что ребята ничуть им не мешают.

– Тогда я ложусь спать, – объявила Нина Сергеевна.

– И на здоровье, мы не станем тебя будить, – сказал Артем.

У Маргариты Павловны подоспел новый противень с пирожками, Ромка запихнул в себя парочку и налил еще чаю из самовара. Но Артем заметил, что Жан-Жак незаметно зевнул, и схватил друга за руку:

– Тетя Нина права, нельзя надоедать людям. Пойдем домой.

Ромка вздохнул, но согласился. А перед уходом он вспомнил, что Жан-Жак обожает еще одного неотъемлемого члена их компании – вундеркинда Венечку, и на прощание порадовал француза:

– В следующий раз мы к вам с Венькой придем. А сейчас спокойной ночи.

По обезлюдевшему поселку трое друзей отправились домой. Путь им освещала яркая луна. От росших по обочинам дороги деревьев и кустов веяло прохладой, аромат цветов усилился, и было немного жаль, что такой прекрасный и долгий день уже ушел в прошлое.

Перед сном друзья собирались еще немного посидеть во дворе на лавочке, но сил хватило лишь на то, чтобы помыться и упасть в постель.

Но спокойно поспать никому не удалось.

Глава III

Ночные страхи

Дик любил спать на полу возле Лешки, но сейчас, чтобы пес не мучился в своей «шубе» в жарком помещении, она уложила его под деревом у своего окна. И калитка, и входная дверь находились в поле собачьего зрения, то есть в надежности охраны можно было не сомневаться, хотя никаких грабителей, по правде говоря, не предвиделось. Нина Сергеевна сколько же времени прожила здесь одна, и ничего с ней не случилось, а теперь их много, так что и вовсе нечего опасаться.

Уснула Лешка быстро. У Ромки с Артемом тоже моментально воцарилась тишина. А Нина Сергеевна и подавно видела десятый сон. Она любила рано вставать и рано ложиться, в отличие от ребят, которые всегда, будучи на отдыхе, засиживались далеко за полночь, а потом могли дрыхнуть, сколько им заблагорассудится.

Но крепкий Лешкин сон вскоре был прерван. Кто-то ужасно громко топтался на кухне. Лешка вздохнула и досадливо поморщилась. Вне всякого сомнения, это Ромке среди ночи опять вздумалось что-то слопать. Кто же еще мог нисколько не думать о том, что в доме есть и другие люди, и им, между прочим, нужен покой.

Подождав немного, Лешка встала, приоткрыла дверь и громким шепотом спросила:

– А потише нельзя?

Ромка не ответил. Похоже, ее брат что-то искал и продолжал топать, как слон. При этом он еще громко пыхтел, фыркал и чем-то непрерывно шуршал.

– Рома, что ты ищешь? – повысив голос, осведомилась Лешка.

Брат не ответил, а производимый им шум уже превосходил все допустимые нормы.

Пылая праведным гневом, девочка направилась на кухню и широко распахнула дверь. Вмиг стало тихо, но в кромешной тьме – луна скрылась за тучку – она никого не разглядела. Лешка нащупала выключатель и заморгала глазами от яркого света и удивления: Ромки на кухне не было. И вообще – никого, лишь слабый теплый ветерок медленно шевелил занавеску на окне. Куда же мог подеваться ее брат? Не удрал же он через окно? Странно.

Лешка вернулась в свою комнату, выглянула во двор. Дик неподвижно лежал под деревом, положив тяжелую мохнатую голову на вытянутые вперед лапы.

– Дик! – позвала она.

Пес приподнял голову, завилял хвостом, всем своим видом показывая: я на посту, во мне можешь не сомневаться.

И зачем Ромке от нее прятаться? Хотя он и не такое способен учинить. Скорее всего, испугался ее гнева и действительно выскочил в окно или умудрился потихоньку прошмыгнуть к себе наверх. А может, это и не Ромка вовсе, а Нина Сергеевна что-нибудь искала в темноте, лекарство, например, а потом незаметно ушла в свою комнату. Хотя нет, она бы делала это как можно тише. Артем тоже не стал бы так греметь. Нет, вести себя подобным образом способен только Ромка. Ну ничего, утром она ему все выскажет. Подумав так, Лешка сладко зевнула, улеглась в постели и снова уснула.

А спустя короткое время подскочила от нового грохота. На кухне упала то ли кастрюлька, то ли сковородка, а скорее всего – и то и другое вместе.

Тут уж Лешка разозлилась по-настоящему. Неужели Ромке мало тех пирожков, которые он умял у Маргариты Павловны? Ну, сейчас она ему покажет!

Вылетев за дверь с разъяренным лицом, она метнулась в кухню, дернула выключатель, ожидая увидеть брата, растерявшегося и ищущего слова в оправдание своего обжорства.

Но на кухне снова никого не оказалось. Ромка не успел бы за это время выскочить в окно, если только не сидел на подоконнике. Лешка забеспокоилась. Неужели то была крыса? Эти мерзкие твари, попав в дом, валят все, что попадается им на пути. Но крысы не топают. Она вернулась в комнату и посмотрела в окно. Ее верный страж преспокойненько лежал себе на том же самом месте под деревом.