— Мистер Флэммер, вы ведь когда-то издавали еженедельную газету?
Флэммер рассмеялся.
— В дни моей наивной молодости, Поттер, я был идеалистом: я печатал объявления, собирал сплетни, готовил набор и писал передовицы, которые должны были спасти мир — ни больше ни меньше, черт побери!
Дэвид понимающе улыбнулся.
Задребезжал телефон.
— Да? — спросил Флэммер чарующе мягким голосом. — Да. Вы шутите? Где? В самом деле — это не утка? Ну хорошо, хорошо. Боже мой! И в самый неподходящий момент. У меня здесь никого нет, а я не могу отлучиться из-за этих чертовых бойскаутов. — Он положил трубку. — Поттер — вот ваше первое задание. По территории бродит олень!
— Олень?!
— Не знаю, как он сюда забрался, но он на территории. Сейчас его окружили около металлургической лаборатории. — Он встал и забарабанил пальцами по столу. — Убийство! Эта история облетит всю страну, Поттер. Учтите фактор человеческого интереса! Первые полосы! И как на грех именно сегодня Элу Тэппину приспичило ехать на Аштамбульские заводы — снимать новый вискозиметр, который там собрали. Ну ладно, я вызову фотографа из города, и он найдет вас у металлургической лаборатории. Вы собираете факты и следите, чтобы он сделал соответствующие снимки — о'кэй?
Он вывел Дэвида в холл.
— Возвращайтесь тем же путем, что пришли, только у цеха фрикционных двигателей свернете не направо, а налево, пройдете через корпус гидротехники, затем сядете на одиннадцатый автобус, и он доставит вас прямо на место. Когда соберете факты и снимки, мы представим их на одобрение юридическому отделу, службе безопасности компании, директору по рекламе и информации — и в типографию. Берите ноги в руки. Олень не на складе — он не станет вас дожидаться.
Еще не до конца опомнившись, Дэвид прошмыгнул через холл, выскочил наружу и двинулся в путь, с трудом продираясь в густом встречном потоке. Он шел и шел, а в его голове сталкивалось, отскакивало, клубилось: Флэммер, корпус 31; олень, металлургическая лаборатория; фотограф Эл Тэппин. Нет. Эл Тэппин в Аштамбуле. Городской фотограф Флэнни. Нет. Мак-Кэммер. Нет, Мак-Кэммер — новый начальник. Пятьдесят шесть процентов скаутов. Олень у лаборатории вискозиметров. Нет. Вискозиметр в Аштамбуле. Позвонить новому начальнику Дэннеру и получить точные указания. Трехнедельный отпуск после пятнадцати лет работы. Новый начальник не Дэннер. Как бы то ни было, новый начальник в корпусе 319. Нет. Фэннер в корпусе 39981893319.
С трудом выбравшись из тупика, он остановил какого-то прохожего и спросил, не слышал ли тот об олене, пробравшемся на территорию заводов. Человек покачал головой и странно посмотрел на Дэвида.
— Мне сказали, что он рядом с лабораторией, — пояснил Дэвид более спокойным тоном.
— Рядом с какой лабораторией? — спросил человек.
— Вот этого я точно не знаю, — ответил Дэвид. — Их здесь несколько?
— Лаборатория испытания материалов? Красителей? Изоляции? Химическая? — подсказывал человек.
— Нет, ни с одной из тех, что вы назвали, — сказал Дэвид.
— Ну я мог бы весь день перечислять лаборатории и не назвать ту, что вы ищете. Извините, мне надо бежать. Вы случайно не знаете, в каком корпусе помещается дифференциальный анализатор?
— Простите, не знаю, — сказал Дэвид.
Он остановил еще нескольких прохожих, и никто из них никогда не слышал об олене. Мощный поток идущих увлекал Дэвида то вправо, то влево, относил назад, выбрасывал, втягивал обратно, цель его лихорадочного движения все больше и больше затуманивалась в его мозгу, замещаясь механическим рефлексом самосохранения.
Наугад выбрав какое-то здание, он зашел внутрь на мгновенье передохнуть от изнуряющего летнего зноя и был тотчас же оглушен лязгом и скрежетом железных пластин, принимавших самые невероятные очертания под ударами гигантских молотов, таинственно опускавшихся откуда-то сверху, из дыма, пыли и копоти. У двери на деревянной скамье сидел волосатый, атлетического сложения человек, наблюдая за тем, как подъемный кран переворачивает в воздухе тяжелую стальную решетку.
Подойдя к нему вплотную, Дэвид постучал по плечу:
— Тут где-нибудь есть телефон?
Рабочий кивнул. Приложив сложенные ладони к уху Дэвида, он прокричал:
— Вверх по… и сквозь… — Громыхнул опустившийся молот. — Затем налево и идите до… — Кран над головой сбросил груду стальных пластин. — …будет прямо перед вами. Упретесь в нее.
Со звоном в ушах Дэвид вышел на улицу и попытал счастья у другой двери. За ней царили тишина и кондиционированный воздух. Он стоял в коридоре возле демонстрационного зала, где несколько человек рассматривали какой-то ящик со множеством дисков и переключателей, ярко освещенный и водруженный на вращающейся платформе.
— Извините, мисс, — обратился он к секретарше, — откуда я могу позвонить?
— Телефон за углом, сэр, — ответила она.
Закрывшись в телефонной будке, Дэвид открыл справочник.
— Кабинет мистера Флэммера, — отозвался женский голос.
— Пожалуйста, соедините меня с ним. Это говорит Дэвид Поттер.
— А, мистер Поттер. Мистера Флэммера сейчас нет, он где-то на территории, но он просил вам передать, что в истории с оленем появилась еще одна деталь. Когда его изловят, оленина будет подана на пикник в Клубе Четверти Века.
— В Клубе Четверти Века? — машинально переспросил Дэвид.
— О, это великолепный клуб, мистер Поттер! Он учрежден для людей, проработавших в компании не меньше двадцати пяти лет. Бесплатные напитки, сигары, и притом самого лучшего качества. Там превосходно проводят время.
…На другой стороне улицы виднелось зеленое поле, окаймленное невысоким кустарником. С трудом продравшись сквозь колючие кусты, Дэвид обнаружил, что стоит на площадке для бейсбола. Он перешел ее напрямик, к трибунам, отбрасывавшим прямоугольник прохладной тени, и уселся на траву спиной к проволочной ограде, отделявшей территорию заводов от густого соснового леса. В нескольких метрах от него ограду прерывали наглухо закрытые ворота.
Дэвиду хотелось посидеть хоть несколько минут, отдышаться, собраться с мыслями. Пожалуй, он позвонит еще раз и попросят передать Флэммеру, что неожиданно заболел что в общем-то похоже на правду.
— Вот он! — послышался возбужденный крик с другой стороны поля. Затем донеслись ободряющие возгласы, отдаваемые кем-то приказы, приближающийся топот десятков ног.
Олень с изогнутыми рогами вынырнул из-под трибун, завидел сидящего Дэвида и побежал вдоль проволочной ограды к открытому месту. На бегу он прихрамывал, на его красновато-бурой шкуре темнели полосы сажи и смазочного масла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
