— Не она, — тихо подтвердила я.
— А он не…
— Тоже не она. Вернее, не он и… Короче! Хватит нас путать! — Чувствуя, что ещё немного, и совсем распсихуюсь, стала расчищать от подушек злосчастную пентаграмму. — Лучше объясни, что здесь произошло, — ткнула пальцем в зловещий рисунок. — Я, конечно, всё еще надеюсь, что это просто бредовый сон, но если это всё-таки не он…
Казалось, она меня не слышала. Стояла, прижав к лицу руки, и смотрела перед собой, продолжая бессвязно бормотать:
— Всё-таки нашли способ исчезнуть… Сбежали, как и хотели… Вместе…
С каждой секундой происходящее нравилось мне всё меньше, и, судя по выражению лица Ульяны, она тоже не испытывала восторгов. Того и гляди начнёт тут всё крушить — благо новые габариты позволяли не оставить в карамельной спальне камня на камне.
Схватив служанку за руку, я хорошенько её встряхнула и подвела к пентаграмме.
— Рассказывай! Кто, зачем и куда исчез. А главное, почему мы здесь!
Девушка тяжело вздохнула, тяжелее некуда, и тихо произнесла:
— Всё началось несколько месяцев назад. Эвельера, моего брата, после победы в турнире удостоили чести состоять в личной охране её высочества. Я тому поспособствовала… — Она покаянно опустила голову, а после принялась с жаром оправдываться: — Но тогда я и подумать не могла, что они… они влюбятся друг в друга! Эвельер словно помешался на принцессе Дамии. Я пыталась его образумить, пыталась объяснить, что у них нет и не может быть будущего! Но он… А она…
— Кобель и шлюха, — подытожила хриплым голосом Уля, едва не сплюнув.
Спохватившись, что она не делала так никогда, и это, скорее всего, была скверная привычка Эвельера, выругалась сквозь зубы и снова вернулась к знакомству с новой внешностью.
А служанка, покраснев до кончиков ушей, сбивчиво продолжила:
— Какое-то время они тайно встречались, пока не стало известно о том, что правитель Тенебрии намерен жениться. Его величайшее величество, наш король, только узнав об этом, тут же отправил к его темнейшеству гонцов с предложением: он с радостью породнится со столь могущественным владыкой, отдаст ему свою единственную дочь и свою наследницу, Дамию Прелестную.
Бросив взгляд в зеркальную гладь и снова увидев в ней Сашку Романову, тоже прелестную, но никак не Дамию, решила, что над этой загадкой я поломаю голову позже. Уже после того, как разберусь в мутной любовной истории.
— Почему именно за господина Жестокого? У вас здесь что, больше родниться не с кем?
Девица снова завздыхала:
— Нашему краю нужна магия. Чудодейственная сила, которой в настоящее время обладают немногие королевства. Тенебрия — одно из сильнейших, как и её владыка. Другие представители правящих домов, несущие в себе искру силы, неважно света иль тьмы, либо слишком юны, либо уже женаты. Свадьба принцессы Дамии с владыкой Полуночного края очень важна для Бризантии.
— А это у нас кто?
— Так называется наше королевство.
— Задница у вас, а не королевство, — резюмировала Ульяна. — Полная для нас ж…
Служанка покраснела ещё большая, смущённая столь резким сравнением. Вообще Уля у меня не ругается. Это я могу что-нибудь ляпнуть, она — никогда. Но сегодня ей простительно, ей можно. Главное, чтобы не вошло в привычку, потому что Димка у неё интеллигент до мозга костей и вряд ли обрадуется таким метаморфозам.
Димка… Свадьба уже завтра, а его невеста, получается, в другом мире. Не исключено, что в мире шизофрении. Со мной на пару. Если же всё происходит на самом деле, то мы действительно в полной… Ага, той самой. А жениться Димке придётся…
На стражнике принцессы Дамии.
Эта мысль посетила нас с Ульяной одновременно, как случалось не раз.
— Хочешь сказать, твой брат сейчас во мне?! — истерично вскричала подруга. Схватив девицу за плечи, хорошенько её встряхнула. — В моём теле?!
— Я… я не знаю, где он. Честно! — попыталась вырваться она, но не тут-то было. Из таких ручищ вырваться вообще не вариант. Тем более субтильной девчонке. Тем более я стояла рядом, готовая в случае чего помочь Ульяне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что за ритуал они провели? Как нам всё исправить?! — Я вперилась в девчонку требовательным взглядом.
— Я… Я правда не знаю! — застонала она. Всхлипнула и… залилась слезами.
Такого поворота Уля не ожидала. Растерявшись, разжала пальцы, и служанка, скользнув на пол, горько заплакала.
— Мы с Эвельером поругались. Сильно, — давясь слезами, глухо прошептала она. — И Дамия от меня отдалилась. Знала, что я против их преступных чувств. Я понимала, что они что-то замышляют, но ничего не могла поделать. Никак не могла помешать. Что это за ритуал, — девушка оглянулась на пентаграмму, — хоть убейте, не знаю. Как уже сказала, в Бризантии почти не осталось магов. Каждый артефакт, в котором есть хотя бы малейшая искра, — бесценен. Найти такие непросто, правильно использовать — ещё сложнее. Могу лишь предположить, что они хотели сбежать, но что-то пошло не так. А может, так и планировали, чтобы исчезли только их души…
— Хочешь сказать, твой брат мечтал о девяносто-шестьдесят-девяносто? — ухмыльнулась Ульяна, а поймав вопросительный взгляд служанки, поправилась: — О том, чтобы стать девушкой. Что-то я очень сомневаюсь.
Я тоже сомневалась и не видела никакого выхода, кроме как просить о помощи высшие силы, ну то есть местного правителя.
— Надо поговорить с отцом Дамии, — сказала Ульяне. — Он заинтересованное лицо и наверняка захочет вернуть дочь. А нам это как раз и надо: чтобы нас поменяли местами.
Подруга кивнула, и я, продолжая мысленно проклинать пышные юбки, в которых чувствовала себя неповоротливым колоколом, ринулась к выходу.
— Не будем терять время. У тебя завтра свадьба и…
Но дойти до дверей не успела. Сестра Эвельера бросилась мне в ноги и, схватив за чёртовы юбки, взмолилась:
— Не надо… Пожалуйста! Пощадите! Помилуйте моего Эвельера!
— На костёр твоего Эвельера! — безжалостно припечатала убитая горем невеста. — Вместе с его шалав…
— Уля! Хватит смущать девчонку. Видишь же, не привыкла она к таким словесным вывертам. — Опустившись на корточки перед страдалицей, я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно мягче: — Мне жаль твоего брата. Правда жаль. Но это его ошибка, и не нам за неё расплачиваться. Моя подруга ничем не заслужила жизни в теле мужчины, а я не стану выходить замуж за местного садиста.
— Он не садист… И, может статься, тебя не выберет! — видимо, уже привыкнув к мысли, что я не её госпожа, перешла на «ты» девица.
— Не выберет, — уверенно кивнула я. — Потому что даже не увидит.
— Но если наш король узнает, что принцесса исчезла с Эвельером… — Девушка задохнулась от ужаса. — Он его точно на костёр отправит!
— Опять же, сожалею, понимаю, но это не наш косяк.
Если честно, я немного лукавила. Я не испытывала жалости к парню. Наверное, потому что до сих пор не смогла поверить в реальность происходящего. Казалось, стоит подождать немного, и я открою глаза. Снова окажусь в свой квартире-студии, маленькой, но такой стильной и уютной. Буду приходить в себя после весёлой гулянки, до позднего вечера смотреть сериалы, а завтра отдам лучшую подругу замуж.
Всё пройдёт идеально, как мы и планировали.
Вот только здесь и сейчас Ульяна была парнем, а я не знала, как отделаться от заливающейся слезами девицы. Юбку она мою так и не отпустила, вцепилась в нее будто клещ и всё твердила, что мы не можем так поступить с её Эвельером.
Видя, что успокоить её не получится, а тащить за собой рыдающим шлейфом… ну… такое, я кивнула подруге.
— Уль, зови «папу». Будем знакомиться заново.
Подруга решительно направилась к дверям, но остановилась на пороге, услышав хлёсткие слова:
— Иди-иди! Только лицо короля будет последним, которое ты увидишь! Вы, должно быть, меня не слышали… — Она поднялась и, судорожно сжимая в кулаках теперь уже свою юбку (аллилуйя!), выпалила: — У нас нет магии! Её почти не осталось! Дамию его величество вернёт — в этом я даже не сомневаюсь. Но никто не побеспокоится о том, чтобы поменять местами стражника и незнакомую девушку из другого мира. Мой Эвельер никому не нужен, кроме меня! Ну так и ты, Ульяна, не нужна! Убьют его, уничтожат тело, и ты тоже погибнешь. Отправится твоя душа к богам. А может, и вовсе к Пьющим!
