Из-за Габи тяжелый стояк тянул силой притяжения к полу целый день. Спасали только ночные бабочки, которые все чаще услужливо порхали на его члене, возвращая здравый рассудок из ширинки обратно в голову.
Сейчас же сучка снова решила поиздеваться над самим боссом. Вырядилась в черное шелковое платье на тонких бретелях. Даже лифчик не одела под струящуюся ткань. И теперь в лифте Орест случайно заметил, как ее соски собрались в острые камушки и нагло просились ему в рот.
Только за эту неприкрытую сексуальность захотелось уволить Габриэлу.
Но сначала трахнуть ее! Трахнуть так, чтобы запомнила на всю оставшуюся жизнь.
Габи впервые заметила во взгляде Некрасова голодный, возбуждающий интерес. Ртуть в зрачках потемнела, когда он медленно просканировал ее фигурку, задержавшись на долю секунды на груди. Нестерпимый жар прилил вниз живота, огненной саламандрой лизнув ее промежность.
В своих фантазиях Габи смело нажимает на кнопку «Стоп» и опускается на колени перед своим Зевсом. Под разрешающим взглядом мужчины тянется к его ширинке и выпускает на волю божественный член. А затем…
Ох, Габи. Такой шанс упускать подобно самоубийству. Единственный раз в жизни ей посчастливилось оказаться в лифте с Некрасовым. При этом она выглядит сногсшибательно. Не зря ведь всю неделю готовилась, посещала десятки процедур для кожи и тела, отсидела три часа в парикмахерской.
Лучшего случая не представится.
Габи словно случайно выронила бокал с последним глотком шампанского. Проследила как игристое вино заляпало дорогую обувь мужчины.
— Простите, я сейчас вытру, — кокетливо потянула она и плавно опустилась на колени перед своим Зевсом.
Мечта была так близко, что Габи только и успевала сглатывать обильно выделяющуюся слюну.
Девушка достала салфетку из косметички и начала стирать капли шампанского. Подумала о том, что если б Орест сейчас приказал, она бы их языком собрала с его обуви, застонав от возбуждения. Настолько безумное влечение укоренилось в ней.
Специально облокотившись рукой на панель лифта, она нажала кнопку «Стоп». Стоя на коленях перед ширинкой босса медленно подняла к нему молящие глаза.
Ну же, человек айсберг, растай! — читалось во взгляде рыжей красавицы.
Девушка воспользовалась последним козырем. Ловко повела плечиком, сбрасывая ненавистную бретельку и бесстыдно оголяя грудь.
Продолжая смотреть в помрачневшее лицо мужчины снизу, она пролепетала тихим эротичным голоском
— Простите, Орест Маркович. Я такая неуклюжая, случайно испачкала вас. Но могу всё немедленно исправить.
Некрасов на миг прикрыл глаза, понимая, что сбросить морок и жажду отыметь Габи у него уже не получится. Снова посмотрел на девчонку, распластанную у него в ногах.
Пухлые губы с точками рыжих веснушек напрашивались на член. Идеальная полная грудь с ажурным соском, призывно молила в сочетании с огненным взглядом сучки наплевать на выдержку.
Какая, на хер, выдержка, если в лифте полуголая рыжая нимфа стоит на коленях и выпрашивает трахнуть ее. К тому же их желания совпадают уже давно!
* * *
Звук мобильного звонка раздался в гнетущей тишине лифта.
Габи огорченно потупила взор, когда Орест достал из кармана мобильный.
Вот так, всего за секунду этот ненавистный звонок разрушил все очарование момента. У девушки собрались на ресничках непрошенные слезы.
Голос из трубки громко спросил:
— Орест Маркович, в первом лифте, где вы находитесь, заблокирована кабина. У вас все в порядке? Мы можем с централизованного пульта запустить лифт на ваш этаж.
Габи прикусила губу. У всех нормальных людей телефоны в лифтах не работают. Но только не у Некрасова. У него такой мобильный, что связь словит даже в бункере под землей. Какая неудача. Её розовая мечта разбивалась вдребезги об чудовищно отлаженную систему!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Орест прижал телефон к уху, продолжая смотреть на рыжую красавицу, которая заметно огорчилась, скорчив гримаску.
Габи потянулась пальчиками к бретели платья, чтоб поправить его.
— Не надо запускать лифт. И выключи камеру на полчаса, — глухо скомандовал Некрасов и перехватил руку Габи, не позволяя ей спрятать грудь. Пора наказать эту красотку за нарушение субординации. Наказать страстно и жёстко, по-некрасовски.
— Понял. Простите… Будет сделано.
Глава 3
Орест спрятал обратно в карман брюк телефон. Впутал пальцы в волосы Габи, отливающие золотом, шелковые. Пропустил бронзовые пряди сквозь пальцы, а затем намотал их на кулак выворачивая голову рыженькой нимфы кверху.
Габи от неожиданности вскрикнула, шире распахнула глаза, пытаясь осознать свое безумное счастье.
— Габриэла, вы ведь понимаете, к чему привел ваш продуманный перфоманс? — клокочущим от желания голосом, спросил босс.
Габи сглотнула и попыталась отдышаться. Девушке стало страшно от того, что теперь она ближе всего к своей мечте. В голове пульсировало желание угодить боссу так, чтоб он захотел снова порадовать ее своим вниманием. Неужели он трахнет её прямо здесь? Трахнет как собственную послушную сучку, возвысив до самого Олимпа страсти?
— Орест Маркович, я обещаю, что вы не пожалеете, — дрожащим шепотом ответила Габи.
— Я уже жалею. С того момента, как увидел тебя, как взял к себе на службу, — парировал мужчина и кивнул на выпирающую ширинку, — В твоих силах сделать так, чтоб я перестал сожалеть, что отступил от своего главного принципа — не трахать сотрудниц! Тем более таких умных и сообразительных!
Габи потянулась к ширинке, как к золоту в сокровищнице. Надежды кружились вокруг вымышленного образа члена Некрасова. Такой же он, как в ее влажных фантазиях?! Ммм… ну-ка…
Девушка расстегнула ремень и потянула молнию вниз. Пальцы Ореста медленно и властно гладили ее затылок, посылая в тело дополнительные импульсы удовольствия. Другой рукой мужчина уперся в зеркало на стене.
Нависал над хрупкой красавицей точно коршун над мышкой.
Габи не сдержала восторженного выдоха, когда высвободила из белья величественный орган ее Зевса. Да он оказался даже лучше, чем она себе представляла!
Длинный жилистый ствол, накрытый выпуклой головкой. Ей с трудом удалось обхватить божественный жезл пальчиками. Шелк кожи под ладошкой был словно натянут на металлическое основание. Титановый стержень ее Олимпийского бога.
Орест властно потянул голову рыжей нимфы к своему члену. С наслаждением наблюдал, как распахнулся сочный, блестящий от вожделения рот. Губы, усеянные по контуру веснушками, с причмокиванием и сладким стоном втянули его глубже. До самого горла. Некрасов сделал несколько медленных толчков, словно примеряясь и отвоевывая пространство. Проверяя степень распущенности и опыта своей желанной любовницы. Затем забился резче и дальше. Влажный бархатный язык девушки творил чудеса. Габи успевала облизывать по кругу его звенящий от возбуждения член.
Орест шумно задышал, когда красотка прихватила пальчиками основание и начала массировать в такт с толчками во рту.
— Хороша! — забыв об условностях и субординации прорычал сквозь зубы Некрасов.
Яйца звучали колокольным звоном, подтягиваясь от удовольствия. Головка упиралась уже в районе шеи. Девушка давилась и захлебывалась, но скорее от радости, что ее имеет в рот ее персональный Зевс. Пусть он затрахает её этим потрясающим членом, затрахает до безумия. Возьмёт как шлюху в прямо лифте. О-о-о, да-а!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Огненная саламандра в трусиках кружилась по промежности, вызывая невыносимое желание отдаться мужчине самым развратным образом.
— Габриэла, вы удивительно ценный сотрудник. Придется повысить вас, — с этими словами Орест поднял девушку с колен и одним движением развернул к себе спиной.
