Читаем без скачивания Пока бьют часы - Софья Прокофьева

И вдруг Татти почувствовала, что её ноги оторвались от земли и её сжимают чьи-то грубые невидимые руки.

— Наконец-то нашли! — услышала Татти злорадный голос. — Вот ты-то как раз нам и нужна! Эй, сюда!

— Уж очень неказиста! — с сомнением протянул другой голос. — Да и худа! Кожа да кости.

— Ничего, сойдёт и такая, — рявкнул третий.

— Ай! — закричала Татти и попробовала вырваться. Но безжалостные руки потащили её в переулок.

— Ой! — закричала Татти.

Ноги её болтались в воздухе. Деревянные башмаки соскочили с ног и остались валяться на площади. Издали они были похожи на двух грустных утят.

— Мои башмаки! — закричала Татти. — Что вы делаете? У меня нет других…

Злые руки сунули её в открытые дверцы кареты. Вслед за ней в карету по воздуху сами собой влетели башмаки.

Кто-то тяжело плюхнулся рядом с Татти на сиденье.

— Поехали! — приказал грубый голос. — Да держи девчонку покрепче.

Дверцы захлопнулись, и карета тронулась.

Глава 3

Чёрный шкаф

Было ранее утро. Встало солнце, и все дома в городе с одного бока стали тёплыми и розовыми. Острый шпиль над башней с часами вспыхнул и засветился, и маленькое круглое облако опустилось на него, как золотое кольцо.

Случайный луч невесть как пробрался в мрачную тёмную комнату королевского дворца. Он растерянно пробежал по стене и замер, осветив громадный чёрный шкаф. Шкаф был тяжёлый, высокий — до потолка, и к тому же на всякий случай был ещё прикован к стене двумя длинными железными цепями.

Возле чёрного шкафа стоял высокий сутулый человек со страшными глазами и большим мягким носом, чем-то похожим на башмак.

Глаза у него были цвета мёртвого серого пепла, но под этим пеплом светилось что-то жгучее, как глубоко спрятанные раскалённые угли. Рядом с ним на стуле сидел противный носатый мальчишка и болтал кривыми ногами. Сразу можно было догадаться, что это отец и сын. Да, это были Главный Хранитель Королевских Запахов Цеблион и его сын Цеблионок.

Хранитель Запахов наклонился к чёрному шкафу и вставил большой узорный ключ в замочную скважину. Дверцы шкафа длинно заскрипели и отворились. Все полки шкафа были уставлены разными флаконами. Здесь были флаконы, украшенные стеклянным кружевом, с золотыми пробками и флаконы из грубого стекла, заткнутые просто куском скомканной бумаги.

Хранитель Запахов взял с полки один из флаконов и поднёс его к носу Цеблионка.

— Ну, ладно, ладно, сыночек, не болтай ногами, не отвлекайся, — сказал он. — Моя радость, скажи, какой это запах?

Цеблионок неохотно обнюхал флакон.

— Порох, — сказал он скучным голосом, — министр Войны!

— Мое сокровище! Умница! — с восторгом воскликнул Хранитель Запахов.

— А это что? — спросил он, поднося к носу Цеблионка другой флакон.

— Похоже, цветочное мыло. Наверное, это министр Чистого Белья, — сморщив нос, проворчал Цеблионок.

— Прекрасно! Восхитительно! — Хранитель Запахов в восторге потёр руки. — Ах ты мое сокровище! Ну а это что?

— Не то фиалки, не то рыбьи потроха…

— Понюхай ещё разок! — с беспокойством проговорил Хранитель Запахов. — Цеблионок, миленький, ну сосредоточься. Умоляю тебя, понюхай хорошенько! Ты же у меня такой умный, способный!

Цеблионок со свистом втянул носом воздух и ничего не ответил.

— Ну что же ты! — с огорчением воскликнул Цеблион. — Это же… Это же запах нашего короля. Самый великий запах в нашем королевстве. Сколько сил я потратил, чтоб создать этот необыкновенный запах! Я учил тебя, помнишь? Чувствуешь, пахнет чем-то загадочным и непонятным — значит, это король! Мой обожаемый, ну давай повторим все сначала…

Тебя, мой маленький друг, конечно, очень удивляет, зачем невидимкам нужны были все эти духи? Зачем понадобилось их запирать в чёрном шкафу? И вообще, к чему все эти секреты и тайны, замки и запоры? Минутку терпения, сейчас я тебе всё объясню.

Как ты уже понимаешь, невидимки не могли видеть друг друга. И вот, чтобы не спутать короля с министром, а королеву с какой-нибудь придворной дамой, у каждого невидимки были свои особые духи.

Знатные невидимки, едва открыв глаза, выливали на себя полфлакона духов. Те, кто победнее, обязаны были натереть пуговицы лимонной коркой, или съесть натощак сырую луковицу, или набить карман еловыми шишками.

Цеблион в задумчивости прошёлся по залу. Благодаря своему удивительному носу, похожему на башмак, он лучше всех различал запахи и за сто шагов мог узнать любого невидимку. Все невидимки ненавидели его и строили ему исподтишка всяческие пакости. Да, забот было много, неприятностей еще больше, а жалованье при этом он получал совсем мизерное.

Но не ради денег терпел всё это Цеблион. Дело в том, что король обещал дать ему два колпака: один для него, другой для его сына. Получить колпаки было самой большой мечтой его жизни.

Часто в сумерках, закончив дневные труды, он опускался в глубокое кресло и мечтал о колпаках-невидимках.

О, колпаки, колпаки!

В мечтах они летали перед ним, как две волшебные птицы, и нашёптывали ему что-то заманчивое. Он протягивал к ним дрожащие жадные руки, но колпаки исчезали. Колпаки — это власть! Колпаки — это богатство!

А пока что он каждое утро открывал шкаф и учил сына различать запахи…

Цеблион протянул руку и достал с верхней полки хорошенький флакон. Круглую пробку украшал стеклянный бант. Цеблионок жадно обнюхал флакон с розовым бантом.

— Пахнет ландышами, — сказал он и облизнулся. — Принцесса!

— Моя радость! — дрогнувшим голосом сказал Хранитель Запахов. — Вот увидишь, когда ты чуть-чуть подрастёшь, ты непременно женишься на принцессе.

— Да-а-а! — захныкал Цеблионок. — Как бы не так! Принцесса — самая красивая девчонка на свете, а у меня, видишь, какой нос!

— Мое сокровище, как только ты наденешь колпак-невидимку, все это потеряет всякое значение. Нет, ты женишься на принцессе, я это тебе обещаю.

— Обещаю, обещаю, — проворчал Цеблионок. — Надоело…

В этот момент в дверь кто-то негромко постучал. Главный Хранитель наклонился к замочной скважине и принюхался.

— Запах ваксы, — прошептал он. — Это Начищенный Сапог. Любопытно, какие он принёс известия.

Начищенный Сапог был один из невидимых стражников.

— Ну? — нетерпеливо спросил Главный Хранитель, приоткрыв дверь.

— Расцвёл! Цветок-невидимка расцвёл! У-у, какой красивый! — шепнул Начищенный Сапог.

— А Великий Садовник?

— Спит. Он не спал целую неделю, каждый час поливал цветок-невидимку. Бедный старик, он так устал. А теперь спит.

— Ну хорошо, хорошо, ступай.

Хранитель Запахов захлопнул дверь.

— Наконец-то… — хрипло сказал Цеблион, с нежностью глядя на сына. — Я уже почти потерял надежду увидеть тебя когда-нибудь невидимым.

Хранитель Запахов достал из кармана большие ножницы.

— Я должен спешить, — сказал он. — Умоляю тебя, поставь на место все флаконы и пузырёчки. Сам знаешь, если хоть один флакон потеряется, в королевстве всё пойдет кувырком.

— Вот ещё, и не подумаю, — недовольно проворчал Цеблионок.

Хранитель Запахов беспомощно развёл руками.

— У меня нет ни минуты времени, — с мольбой сказал он. — Мне надо пробраться в Белую башню, пока Великий Садовник не проснулся. Главное — не забудь хорошенько запереть шкаф с духами. Слышишь?

«Надо же, какой ленивый мальчишка, — покачал головой Лесной Гном, выглядывая из-под шкафа. — Ах, как я любил запирать мой домик на холме маргариток, когда я отправлялся погулять. Ключ говорил: «Цвинь!» — и поворачивался в замочной скважине».

Маленький Гном достал из кармана гребёнку и принялся аккуратно расчёсывать свою бороду. Ведь его ждала к завтраку сама госпожа Круглое Ушко!..

Цеблион бросил большой узорный ключ прямо в руки сына и торопливо вышел из зала.

Он сделал несколько шагов по тёмной галерее и вдруг чуть не налетел на маленького худого негритёнка, на беду выглянувшего из-под лестницы.

— Ах, это ты, Щётка! — прошипел он. — Вечно ты путаешься под ногами.

Цеблион сильно ударил его ногой, но мальчик даже не застонал. Видимо, он боялся, что за это его ударят ещё сильнее.

Цеблион подошел к низким дубовым дверям, окованным медью. Это была дверь, ведущая в подземный ход. Невидимые стражники молча пропустили его.

Цеблион бегом пробежал через подземный ход и стал подниматься по стёртым ступеням из белого мрамора. В щели между камней проникали лучи солнца. В трещинах неподвижно лежали зелёные ящерицы. Открывали изумрудные глаза и снова погружались в тёплый сон.

Цеблион поднялся на самый верх Белой башни. Там, подстелив под себя ветхий плащ, лежал старик. Он крепко спал, иногда слабо улыбаясь во сне. Это был Великий Садовник.