Читаем без скачивания Бран Хэмбрик и проклятье Фарфилда - Калеб Нэйшн

И наконец, в четверг, в восемь вечера, Суви и Бран сидели на крыше: первый с револьвером, второй с портсигаром, где хранились пули. Промозглый воздух пробирал до костей. Бран с трудом балансировал на покатой крыше, вцепившись в трубу. Суви предусмотрительно прихватил с собой два бутерброда с мясом и горчицей — на случай, если проголодается, но уже слопал оба, даже не предложив Брану.

Прошел час, два, а воришка так и не появился.

— Будь начеку, — предупредил Суви около десяти тридцати. — В банковской школе я изучал Воришковую Методику и Тактику. Он появится ровно в десять сорок пять!

Перевалило за одиннадцать, затем прошло еще полчаса, а в полночь Суви надоело ждать, и он спустился вниз, вернувшись с полным документов портфелем. Пребывание на холодной крыше заметно ухудшило его настроение, да и пожаловаться было некому, кроме Брана.

— Как же холодно! Брр! Неужели только меня одного во всем городе волнует этот воришка? — стуча зубами, сказал Суви.

— Уже полночь, — зевнул Бран. — Он, возможно, там, где должны быть и мы — в кровати.

— Чушь несусветная! — заворчал Суви. — Бран, даже пугало огородное, изучив основы Воришкологии, поймет, что им мало оставлять царапины и грязные следы. Помяни мое слово, сегодня ночью он вернется! — Суви заерзал. — И не дергай фонарь, от твоей трясучки я пишу как курица лапой.

Бран в сотый раз вздохнул и поднял руку, которая время от времени словно засыпала сама по себе. Для него появление царапин и грязных следов еще не означало, что в доме побывал вор.

— Ага! — воскликнул Суви, прислоняясь спиной к трубе.

Суви улыбался очень редко, а когда это случалось, то улыбка скорее напоминала недовольную ухмылку. Он почти не смеялся, чаще хмурился — так сильно сдвигал брови, что они напоминали перевернутый банан. С темными редеющими волосами и усиками, не толстый, но с небольшим брюшком, появившимся с годами, и ворчливым характером — вот и весь Суви.

— Это в стопку «Выселение», — пробурчал он. — Пожилая вдовушка Тодилмэй не ускользнет от меня, банковского служащего!

Бран молча положил бумагу в папку с пометкой «Выселение». Он был невысокого роста, но в свои четырнадцать лет доходил Суви до плеча. Внешность мальчика казалась совсем непримечательной: темно-каштановые волосы, карие глаза. В толпе его можно и не увидеть, даже если намеренно искать взглядом. Вот такой он, обычный, незаметный Бран.

Мальчик принялся считать бумаги, отправленные в папку «Выселение», но на трех сотнях терпение лопнуло. Они сидели на трубе в окружении множества других стопок с пометками «Просрочка», «Огромная Просрочка», «Гигантская Просрочка». Суви пребывал в отвратительном настроении. Как-никак, но воришка запаздывал.

— Просроченный платеж у Болотвинглов… — пробормотал Суви, ярко-красными чернилами написав: «ОДИН ДЕНЬ ЗАДОЛЖЕННОСТИ». — Еще одна семейка на выселение, — сказал он, передавая бумагу Брану.

— Но ведь это всего один день! — возмутился Бран.

— Делай, как велено! — сердито сказал Суви.

Тяжело вздохнув, Бран сунул бумагу в папку и поправил фонарь, борясь с сонливостью. Когда ему становилось нестерпимо скучно, он обычно брал клочок бумаги и принимался рисовать у себя в комнате, пока не улучшалось настроение. Весь последний час он пытался нацарапать на верхнем кирпиче трубы зарисовку, но ничего путного не вышло, ведь теперь он делал это кусочком бетона. Умирая от скуки, Бран взглянул на крыши соседних домов с таким же энтузиазмом, как если бы смотрел на спящих поросят.

Внезапно до слуха мальчика донесся приглушенный шорох. Он тотчас же вскинул голову. Звук не был похож на другие, и Бран бы с радостью списал все на проделки воображения, но по его спине вдруг побежали мурашки. Он обернулся, вглядываясь во двор Виломасов, но там ничего не шевелилось. И все-таки он слышал еле различимый шум, будто тихо хрипела собака или кто-то прерывисто и сдавленно дышал.

— А знаешь, Бран, я просто отличный банковский служащий, — сказал Суви, потягиваясь. — Держу счета в порядке, уже не говоря, что я воспитал тебя после того самого «Несчастного Случая».

Бран отвлекся. Шум стих. Мальчик заверил себя, что, скорее всего, мимо проехал Ишабод, водитель рикши, в поиске пассажиров.

— Чтобы служить в банке, нужно иметь особое мастерство, — продолжал тем временем Суви, запихивая бумаги в портфель. — Но быть банковским служащим и вести домашнее хозяйство? Это настоящее чудо!

Он поставил штамп еще на одной бумаге, прислушиваясь к себе и гордясь собой, но совершенно не думая, что делает.

— Вот чушь! Я ошибся! — Суви провел пальцем по чернилам, но лишь размазал слова «ПОЗДНЯЯ ОПЛАТА», оставив след, словно от шин. — Ну и ладно, положи к остальным. Это же Свинигиксы. У них денег куры не клюют, — сказал Суви. Свинигиксы были соседями Виломасов, и Суви очень завидовал, что те зарабатывают больше — он прекрасно знал об их доходах по чекам и другим счетам.

Бран замешкался и вдруг снова услышал звук. Мальчик резко вздернул голову. Тихий шум напоминал оборванное слово: сказанное прерывисто и сдавленно, как будто кто-то одновременно шипел и фыркал.

— Бран, прекрати трястись! Ты опять дергаешь фонарь, — толкнул его локтем Суви.

— Минутку! Вы слышите? — проговорил Бран, вглядываясь в темноту на заднем дворе.

— Что слышу? — требовательно спросил Суви. — Хватит, Бран! Кажется, у тебя разыгралось воображение. Уже перевалило за полночь! Те, у кого есть хоть чуточку здравомыслия, давно в постели.

Бран по-прежнему сверлил взглядом темноту. Еле заметный шелест опять стих.

— Бран! — крикнул Суви. — Немедленно положи бумаги в «Выселение», пока я собственными руками не «выселил» тебя с крыши… кубарем вниз!

Бран наконец убрал документы в папку. Шум исчез. Мальчик повторял себе, что бояться нечего. Лучше вообще не думать ни о каких шорохах, ночью их полным-полно. Взъерошенные ветром бумаги залепили лицо, и он вовсе забыл о страхе, пытаясь привести их в порядок. Вдруг у Брана появилась отличная мысль, кстати, и время подходящее. Суви зевнул, видимо очень устав.

«Отлично», — подумал Бран.

— Взгляните сюда, — внезапно сказал Бран, доставая из папки уведомление о выселении. Но Суви проигнорировал его слова, погрузившись в работу.

— Вдовушку Грей выселят через три дня, — с ноткой грусти произнес Бран.

Суви слегка приподнял голову. Бран заметил это и понял, что находится на верном пути.

— Помните, как в прошлом году подхватили Башмачный грипп? — спросил Бран, слегка толкнув Суви ногой. — Вдовушка Грей прислала вам открытку и испекла пирог — он достался вам целиком, и только вам.

Суви недовольно скривился. Он знал, к чему ведут эти разговоры — Бран понял все по его лицу. «Но только не сегодня, — скорее всего, думал Суви. — Сейчас ничего не выйдет».

— А еще она принесла к дверям дома восемнадцать взятых напрокат фильмов! — не унимался Бран. — Не верю, что могут выселить столь милую старушку.

— Хм-м-м… — задумчиво протянул Суви. — Пирог я, кажется, припоминаю.

Бран подавил смешок. Суви по обыкновению мыслил в нужном направлении.

— Вы проболели три недели, и кто каждый вечер навещал вас? — Бран потряс бумажками. — Случайно не Вдовушка Грей?

Суви заерзал, но выхода не оставалось. Брану как всегда удалось расшевелить хоть и мизерное, но живое сердце Виломаса. Он умел задеть нужные струнки.

— Чушь! Давай ее сюда! — выпалил Суви, протягивая руку. Бран заранее приготовил нужную бумагу. Суви злобно схватил ее и перечеркнул, а затем скомкал и яростно швырнул на крышу.

— А посмотрите на это: мистер Брюлибоб, выселение на следующей неделе, — протянул еще одну бумажку Бран. — Помните, как мы поехали в Элленсбург на Банковский Банкет? Вы не там свернули, и мы на три недели застряли в пустыне.

Суви кашлянул, но Бран не сомневался, что тот все прекрасно слышит.

— Мистер Брюлибоб пересек весь Дуралей, чтобы подстричь наш газон, хотя его никто не просил, — сказал Бран.

Буркнув что-то себе под нос, Суви взял лист, перечеркнув и его.

— Что еще? — раздраженно спросил Суви.

— Всего одно… — Бран достал бумажку, которую приберег напоследок. — Вдовушка Тодилмэй. Помните, как нас едва не выселили, потому что вы потратили все деньги на день рождения Балдура? — Мальчик слегка придвинулся к Суви. — Сдается мне, именно миссис Тодилмэй одолжила нам денег — без процентов. Она, несомненно, понимала, что банк, где вы, кстати, работаете, нас выселит, если…

— Вот чушь-то! Давай сюда всю стопку! — рявкнул Суви, и Бран послушно передал бумаги. Суви взял их двумя руками и, поднатужившись, порвал все уведомления на две части, будто был вовсе не Виломасом, а Самсоном. Затем последовала стопка «Просрочек», «Огромных просрочек» и «Гигантских просрочек». Клочки рассыпались по всей крыше.