В жестокую эпоху родился Нинко. Три столетия не высыхали слезы болгарской земли — растоптанной, задыхающейся, гибнущей под глумливым бременем турецкого рабства. Кровь была повсюду, и казалось уже, что камни напитались кровью; и виноградная лоза, упившись ею, давала горький плод.
И он не выдал муки и, закусив губу, подавил яростное рыдание, когда крича прибежал деревенский мальчик: солдаты взяли заложников, загнали в церковь и по приказу кехайи[4] сожгут, если село не выдаст гайдуков…
Примчался тогда чорбаджия к дому кехайи, сунул чиновнику в руки золото и уговорил кормить и поить заложников до его возвращения. Много дней скакал он, безжалостно погоняя любимого коня, пока не ступил на землю у резиденции турецкого султана. И, преклонив колено, просил чорбаджия милости для односельчан:
— Стонет земля болгарская, владыка, и страдают невинные за чужие грехи. Ты взял плоды этой земли, зачем тебе нужна ее кровь?
— Я могу уничтожить тебя, болгарин! Что останется от всей вашей любви к грязному ближнему и от твоего ума, который помог тебе войти в этот дворец?
— Останется сама любовь, чистота сердец и людская память о добром деле. Я не боюсь смерти, владыка.
— Ты дорого заплатишь мне за каждую христианскую душу, отдашь все свое имущество… Согласен?
— И кровь свою отдам.
И изумился султан такой великой вере и любви к Человеку, вызвал писца и продиктовал приказ о помиловании.
И сидел нищий богач в саду, прощаясь со всем, что когда-то радовало его глаз, и слушал доносившуюся издалека песню сборщиков винограда:
…Тогда оба глаза выжгли ему,
пытать да спрашивать больше не стали -
взяли они красавицу Яну и на коня ее посадили,
чтоб увезти к далеким низинам,
в ровное поле к турецким селам.
Яна Йовану тихо сказала:
— Брат мой, Йован, Бог тебе в помощь!
— Будь же здорова, милая Яна!
Нет моих глаз, чтоб тебя увидеть,
нет моих рук — обнять на прощанье,
нет моих ног — проводить в дорогу!
И все светлело лицо Мудреца: «Ничего нет дороже Человека. Я — самый богатый!»
Ничего нет дороже Человека! Вот духовный девиз древнего искусства Священной Терапевтики — Великого Искусства (ARS MAGNA) спасения Человека. Тот, кто сознательно пришел к этой мысли и служит ей в человеческом обществе, облегчая боли других, уже есть адепт Священной Терапевтики.
Учась любить людей и проникаясь чужим страданием, Человек учится любить Бога, природу, гармонию; иными словами — любящий Человек становится Человеком совершенным.
Как сделать так, чтобы любовь к Человеку нашла свою опору в этой жизни, нашла свою точку материализации, не оставаясь в конце концов абстрактным и умозрительным понятием, — вот одна из главных задач духовного Человека. Чтобы эта труднодостижимая цель стала доступнее, чтобы объяснить потерянному и отчаявшемуся Человеку сам метод правильного служения людям, еще в глубокой древности, по египетским свидетельствам, был заложен фундамент целого комплекса специальных наук о Человеке.
Эзотерические науки оставались незыблемыми в своих основах на протяжении тысячелетий, от них родились и пошли так называемые «официальные науки»: химия — от алхимии, физика — от метафизики, астрономия — от астрологии, математика — от Священной математики; их адептами были созданы все крупнейшие мировые религии. И часть этого знания, проникнув в умы талантливых людей различных эпох, послужила фундаментом, на котором вырос метод философского рассуждения. Так что эзотерическое знание нельзя считать отдельно ни наукой — хотя это и высшая из всех наук, ни религией — хотя это самый древний метод Богопознания, ни философией — хотя это и есть сама мудрость.
Великое Искусство — вот название, которым во все века Посвященные именовали то, что так тщательно скрывалось ими от посторонних; то, во имя чего в любую минуту они были готовы принять мученическую участь; и, наконец, то, во имя чего жили и чему служили лучшие из людей.
Священная Терапевтика — искусство исцеления Человека — есть одна из крупнейших систем эзотерического знания, синтезирующая в себе большинство практических методов Высшей Магии, Теургии[5], каббалы и алхимии. Поэтому — для того чтобы практиковать в области Священной Терапевтики, необходимо быть знатоком этих наук и всего оккультизма вообще. Однако только знаний здесь недостаточно. Скажем так: адепт Священной Терапевтики должен быть мудрецом — поскольку, будучи только умным и сведущим, он может претендовать лишь на опыты в области физического тела Человека и по существу не будет отличаться от обыкновенного врача.
Разница между умом и мудростью одновременно и проста и огромна: умный Человек может быть злодеем, а мудрец — нет. Ум может разрушать, Мудрость — только созидает. Соответственно, если мы желаем созидать не только в области физической материи, но и в Духовном Плане вести Человека к новой жизни — нам необходима мудрость. Это значит, что тайны искусства Священной терапевтики навсегда останутся надежно сокрытыми от злодеев и глупцов, так как для постижения таких тайн нужна колоссальная созидательная работа над самим собой, полное перевоспитание своей воли и — что самое главное — духовная чистота или умение жертвовать собой во имя Человека.
Поэтому можно сделать следующее общее определение: Священная Терапевтика есть наука Воли, Любви и Жертвы.
Воля, Любовь, Жертва — это один из самых таинственных и глубоких магических Тернеров[6], на которых построена наука о служении Богу и Человеку. Не обладая Волей, адепт не может воздействовать на пациента; без Любви такое воздействие не будет созидательным; не принося себя в Жертву, невозможно выполнить два предыдущих условия.
В древние времена, когда Священная Терапевтика как наука, искусство и духовный метод сохраняла свою приоритетность и неделимость в плане оздоровления Человека, маги и жрецы, по сути, являлись единственными носителями врачебной науки. Египетские, халдейские и индийские храмы тогда служили сразу нескольким целям: воспитанию детей, духовному оздоровлению Человека вообще и человеческого тела в частности.
В последнее время появилось новое название «нетрадиционная медицина», подразумевающее лечение так называемыми экстрасенсорными возможностями, травами и прочими народными методами. Создаются всевозможные центры, где, объединившись, «нетрадиционные личности» — от экстрасенсов до деревенских знахарей и колдунов — пытаются вылечить всех и все. Кто-то из них предпринимает попытки (чаще — не очень удачные) «поставить на место биологическую матрицу Земли», кто-то «заделывает озоновые дыры»; другие напряженно борются с «концом света»… Человек, совершенно сбитый с толку этими «пара…» и «экстра…», уже не знает, к чему относиться серьезно, а чему улыбаться.
В этом исследовании мы полностью избегнем всего «нетрадиционного» и «паранормального», так как Священная Терапевтика, мать современной официальной медицины, есть самое древнее и традиционное искусство лечения.
Может возникнуть вопрос о неких особых «способностях», которые требуются адепту для занятий Священной Терапевтикой. Отметим сразу: в искусстве Священной Терапевтики все способности вторичны. Это означает, что адепту, вполне вероятно, может быть немного дано «от природы», но сила, без которой невозможно лечение, нисходит на него свыше — вследствие его углубленной работы над своим сознанием, волей, личностью — после полного духовного перевоспитания и победы над самим собой: этим путем шли все мудрецы, праведники и святые.
Серьезное, целенаправленное изучение классического оккультизма и стремление к духовному совершенству — вот путь, по которому должен идти ученик Священной Терапевтики. Не обладая духовной силой и самый ученый исследователь уподобит свой интеллект всего лишь энциклопедии; не обладая знанием, и добрейший из людей способен вступить на путь постыдных заблуждений и невежества, а это, в свою очередь, приведет его к медленной потере всех нравственных качеств, если не превратит в фанатичного маньяка…
Однажды ко мне на улице подошел незнакомый молодой Человек…
— Это вы тот самый… колдун Зор Алеф? — Его простоватое, добродушное лицо слегка сморщилось, на губах появилась кислая улыбка.
— Меня зовут именно так, но колдуном я никогда не был, — ответил я, привыкший к самым фантастическим предположениям, касающимся моей личности и дела.
— Это не существенно, — сказал он, важно подняв палец, — я хочу привести вас к Богу!
— Очень обязан. Ведите.
— Я имею в виду — вы должны принять истинную веру.
— Простите, а какую веру вы считаете истинной?
