Не питая особых надежд на получение места, Инди все-таки подал заявление – главным образом, чтобы продемонстрировать Броуди признательность за помощь. Хотя преподавать следовало всего лишь вводный курс, особый акцент в нем ставился на британские мегалитические памятники, а Инди ознакомился с ними лишь мимоходом. Но через неделю его пригласили в Лондон для собеседования, а несколько дней спустя прибыло письмо, извещавшее, что Генри Джонс принят на должность. Собеседование прошло хорошо, но Инди все-таки заключил, что мнение Броуди ценится среди профессоров куда больше, чем он полагал.
Войдя в аудиторию, Инди подошел к доске и большими буквами выписал два слова: «ОСМОТР МЕСТНОСТИ», затем взошел на кафедру и раскрыл блокнот. Вдоль стен комнаты выстроились деревянные стеллажи, на которых были аккуратно разложены для обозрения глиняные черепки, обломки костей и пяток черепов. На столе у кафедры громоздились стопки справочной литературы и наставлений по изыскательским работам; позади, по обе стороны от классной доски, было развешано множество фотографий, запечатлевших открытия, методику и этапы проведения раскопок.
Поздоровавшись со студентами, Инди взглядом обежал аудиторию. Вот блондинка, вечно чавкающая жевательной резинкой, вот серьезный юноша в шерстяном костюме и галстуке, вот стайка чем-то схожих между собой барышень в свитерках – даже волосы у них одинаково собраны в «хвостики» и украшены яркими лентами. На мгновение взгляд его задержался на рыжеволосой девушке, сидевшей посередине первого ряда. Она привлекала Инди больше всех, но она же и держала его на взводе. Она часто, даже чересчур, заговаривала во время лекций, перебивая его вопросом или комментарием, а то и отвечая на вопрос, заданный всей аудитории, будто кроме нее ответить некому. Но Инди опасался ее не только из-за этого. Звали ее Дейрдрой Кемпбелл, и она приходилась дочерью доктору Джоанне Кемпбелл, главе факультета и начальнику Джонса.
Инди раскрыл блокнот, отыскав подготовленный позавчера конспект.
– Археология, – начал он, – это единственная профессия, объединяющая увеселительные прогулки по сельской местности и работу. У нас даже имеется название для таких прогулок. Их называют осмотром местности.
Инди обвел взглядом ряды склонившихся к конспектам голов. Одно лишь Дейрдра сидела, откинувшись на спинку сиденья и пристально за ним наблюдая. Инди рассказывал, что осмотр местности подразумевает поиски ненормальностей естественного ландшафта. Небольшое углубление может говорить об остатках древнего рва или местонахождении средневековой деревушки. Другим признаком служит изменение цвета почвы или плотности растительного покрова. Если межа пашни изгибается без всякой видимой причины или берег водоема идет строго по прямой, это может означать наличие древней стены.
Подняв голову, он увидел поднятую руку. Быстро же она начала!
– Да, мисс Кемпбелл?
– А как насчет Стоунхенджа?
Говорила она с легкой шотландской напевностью, и название у нее прозвучало как «Стоонхеэндж». Инди с недоумением уставился на нее.
– А что насчет него?
– Ну, осмотр местности, – она сказала: «осмоутр меэстности», – там как-то не пошел. Люди прогуливались по Стоунхенджу и вокруг него, и не видели никаких изменений в ландшафте, потому что были слишком близко от них.
Слава Богу, он знал, о чем она говорит. В учебном плане ни слова не говорилось об использовании аэрофотосъемки, но Инди готовился к грядущей лекции по Стоунхенджу и прочел о фотографиях руин.
– Хорошее замечание, – кивнул он и быстро объяснил, что она имела в виду. Ближе к концу войны невдалеке от руин построили военный аэродром, и на фотографиях окрестностей, сделанных эскадрильей Королевских Военно-воздушных Сил летом 1921 года, проявились кое-какие любопытные подробности. Было обнаружено, что песок в прилегающем к сооружению районе темнее, чем везде, но с земли эту разницу увидеть было невозможно. – Кто-нибудь знает, чем вызвана эта разница?
Ну, конечно же, Дейрдра!
– Она показывает, что в более темных районах землю копали, а корни растений не смогли пробиться сквозь залегающие под поверхностью плотные слои мела.
– Верно, – кивнул Инди. – В сентябре двадцать третьего года Кроуфорд и Пассамор начали изучать темные участки, руководствуясь в работе лишь снимками. Они нашли точный вход в сооружение и прямую дорогу, доходившую почти до расположенного в восьми милях севернее Солсбери. Должно быть, Стоунхендж – первый в мире археологический объект, продемонстрировавший преимущества аэрофотосъемки. Я уверен, что в грядущем мы станем свидетелями более активного ее применения. Но уже сейчас можно поблагодарить Королевские Военно-воздушные Силы за углубление наших познаний о Стоунхендже.
Дейрдра опять тянула руку. Инди не сомневался, что большинство преподавателей только порадовались бы, если бы их лекции посещало с дюжину светлых голов вроде Дейрдры, но она действовала ему на нервы.
– А как насчет перепалки с военными чинами? – спросила она.
Даже задавая вопрос, Дейрдра неизменно подавала его так, будто подчеркивала, что заранее знает ответ. Какого черта, она что, устраивает ему проверку от имени матери? На сей раз сказать Инди было просто нечего. Хоть он и тратил на подготовку к лекциям почти все свое время, в знаниях его хватало пробелов, и это – один из них.
– Извините, но боюсь, не представляю, о чем это вы.
– Это вполне понятно, – тоном всезнайки констатировала Дейрдра. – Вы давно не бывали в Англии, а как я слыхала, ваши газеты не очень-то углублялись в британские дела. У нас тут поднялась порядочная буча. Под конец войны военные хотели развалить Стоунхендж, потому что подозревали, что камни представляют угрозу для низколетящих аэропланов.
– Вы шутите!
– Ничуточки. Вонь стояла изрядная.
Инди заметил, что несколько человек кивнули в знак согласия.
– Что ж, надо мне будет поглядеть материалы.
Он снова прочистил горло, чувствуя и смущение, и досаду на Дейрдру одновременно. Ведет себя так, будто лектор тут она! Надо поставить ее на место, и побыстрее.
Должно быть, Дейрдра ощутила его беспокойство, потому что угомонилась и подавала реплики лишь дважды. Под конец Инди заявил, что следующее занятие посвятит Стоунхенджу.
– Мы уже говорили о менгирах [4] и дольменах [5], а сейчас можете добавить к своему словарю и трилиты [6]. Дома вы должны прочесть все статьи полковника Уильяма Хаулея, озаглавленные «Раскопки в Стоунхендже» и публиковавшиеся в «Археологическом вестнике», начиная с двадцатого года. Хаулей, как вам известно, является археологом, стоящим во главе нынешних работ в Стоунхендже. Мы поговорим о его находках и их значении. Кстати, кто-нибудь знает, что он отыскал под так называемым алтарным камнем?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
