Еще как хочется.
Но с этим торопиться не будем!
Я хочу, чтобы эта ночь запомнилась нам двоим навсегда и стала особенной.
Марика выполняет мои инструкции, я поправляю ее в моменты, когда она еще не уверена в своих действиях, но уже через несколько минут стараний она делает потрясающие успехи.
Я готов находиться в горячем раю ее ротика целую вечность…
— Теперь расслабься. Максимально. Я буду двигаться сам!
Марика бросает на меня вопросительный взгляд из-под густых ресниц.
— Стой так, я буду сам трахать твой ротик.
Крепче обхватив ее голову руками, начинаю двигаться бедрами резко и часто.
Нет сил терпеть, ее ласковые прикосновения языком к напряженной плоти еще сильнее подстегивают, возбуждают. Лишившись дара речи, могу лишь утробно стонать, всаживая на всю длину.
Из уголков глаз Марики стекают крошечные слезинки, сияющие, как жемчужинки. От вида ее губок, предельно сильно натянутых вокруг члена, давление становится невыносимым и острая судорога заставляет меня испытать оргазм. Катастрофической силы экстаз плавит мысли, как горячая лава. Мгновения кайфа растягиваются в потрясающую бесконечность.
— Умница, — хвалю хрипло.
Хочется поднять Марику с колен и целовать-целовать, пока она не кончит только от одних поцелуев, а потом нежно и долго, горячо любить в постели. До самого рассвета!
Но еще слишком рано выходить из образа плохого парня, поэтому я глажу красавицу по щеке.
— Ты хорошо постаралась… Приведи мою одежду в порядок и встань.
Подаю ей ладонь, чтобы помочь, удерживаю жену.
— Ты еще не сменила туфли?
— Не успела. Стоит сменить, господин Савицкий? — добавляет в свой голос ноток непокорности.
Мне так нравятся наши острые пикировки, они не дают заскучать и всегда добавляют перчинки в наш быт.
— Стоит, — киваю.
Помню о ее комфорте, но преподношу это как нечто иное.
— Ты слишком высокая на этих каблуках.
— Нравится, когда я пониже тебя?
— Очень. Вот здесь, — показываю на уровень ширинки. — Было вообще идеально.
— Ах так!
Ее красивые глаза загораются огоньками.
— Да. Знай свое место, жена! — пока она не сказала еще что-то, сверяюсь с часами. — Скоро подъедет лимузин. Ты должна успеть сменить туфли до его прибытия. Я так хочу.
— Алекс! — возмущенно перебивает меня. — Ты хорошенько кончил!
— Да, для первого раза твой ротик отработал на твердую четверочку.
— А как же я? — спрашивает с вызовом. — Ты оставишь меня неудовлетворенной? Ты хоть знаешь, что нельзя отказывать беременной девушке?
— Твой коварный подкат не пройдет, Марика. К тому же я еще не наказал тебя за то, что ты скрывала от меня беременность до тех пор, пока мы не подали заявление в загс. Лишь потом призналась, негодяйка!
— Но ты же знал, — хмурится она.
— Знал. Однако факт сокрытия никуда не исчез. Именно поэтому ты, госпожа Савицкая, будешь отрабатывать повинность. Всю ночь напролет…
— Какой же ты подлец, Алекс! — хватает ртом воздух. — Не стоит думать, что ты оставил меня ни с чем! Я ведь и без тебя могу справиться с желанием. Я так возбуждена, мне хватит и двух секунд.
Черт. Едва не бросаюсь на нее, чтобы запустить руку глубоко в трусики и проверить, так ли это.
Плотно сжимаю челюсти, делаю несколько глубоких вдохов и выдохов. Собираю силы, чтобы произнести скучающе-вальяжным тоном, полным превосходства:
— Запрещаю. Будь хорошей девочкой и я тебя порадую. А теперь сними свои трусики.
— Зачем?!
— Ты поедешь без них.
— Ага. Снова… Знай свое место, жена? — передразнивает меня.
— Умница, — посылаю поцелуй губами.
Хочется поцеловать ее по-настоящему, каждый уголок тела заласкать. Я обязательно это сделаю, но чуть позднее.
Пока все идет по моему сценарию…
— Ну? — подгоняю. — Чего стоишь? Сними трусики немедленно и передай их мне!
Глава 3.1
Марика
Командирский тон Алекса заводит меня. Не могу не реагировать на стальные, приказные нотки в его голосе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я же полюбила его таким — хладнокровным, расчетливым, готовым пойти на все, чтобы получить желаемое. В нем всегда это было и есть. То, что Алекс показывает в наших отношениях именно эту, темную сторону, не отталкивает, но еще больше пленяет меня.
Если любить, то только так, принимая целиком. Иначе какой в этом смысл?
Я просто знаю, что он меня не обидит. И если я это глубинно знаю, если эта уверенность разносится по моему кровотоку вместе с возбуждением, то можно отбросить в сторону скромность и насладиться близостью с любимым.
Мысленно решиться и произнести это втайне очень легко, но сделать гораздо сложнее!
Мои пальцы справляются с ворохом юбок не так проворно и изящно, как в моих фантазиях. Решив снять трусики, я предполагала что-то такое: подцепила пальцами резинку, спустила их с попки, а потом они скользнули вниз по моим ногам и осели лужицей дорогого кружева на полу.
Однако в реальности юбки мешают мне предстать перед Алексом во всей красе. Основательно вспотев, поддерживаю их и руками, и едва ли не подбородком, я с трудом добираюсь до желаемого. Начинаю спускать трусики и едва не матерюсь вслух.
Что за ерунда!
Трусики не желают сползать кокетливо! Влажные насквозь, они просто скатываются, когда я спускаю их по бедрам, и повисают совсем неэстетично, падая к ногам скрученной тряпкой.
Боюсь взглянуть в сторону Алекса. Он хладнокровен, уверен в себе, смотрится до безумия сексуально в темно-синем костюме. Муж терпеливо ждет.
Вдруг в его глазах будет разочарование?
Во мне. В том, какая я неуклюжая и неумелая… Он явно привык развлекаться с опытными девушками.
Но осторожно посмотрев на его лицо, я едва не задыхаюсь. Александр смотрит на меня так, словно обладает целиком, видит насквозь и не желает упускать.
Я читаю это в его синих глазах, которые становятся глубже и глубже с каждой секундой, утягивая меня в водоворот.
— Ты послушная девочка. Мне это нравится. Теперь подними эти трусики и дай их мне…
Расправляю платье обратно. Ощущения свежести между ног и отсутствие трусиков будоражит. Никогда раньше я не совершала подобного безумства. Даже представить не могла!
Однако сейчас исполняю приказ Алекса и чувствую себя необыкновенно хорошо, чуточку дерзко и так откровенно, как никогда не смогла бы сама. Без него.
Складываю красивое кружево треугольником и передаю его Алексу. Наши пальцы соприкасаются, порождая искру, легкий болезненный укол на месте столкновения.
По телу пробегает дрожь, которая выдает меня с головой!
— Ты хочешь того же, что и я.
Александр перехватывает пальцами мое запястье, притягивает к себе на грудь и позволяет постоять так, обнявшись, несколько секунд, чтобы перевести дыхание и набраться сил для продолжения.
Не знаю, что он задумал, но чувствую, нас ждет необыкновенная ночь. Через несколько мгновений Алекс отстраняет меня от себя и хозяйским жестом задирает юбки платья. Удивлена, как ему удается так быстро справиться с ворохом пышной ткани. Пальцы миллиардера мгновенно ложатся между моих ножек и скользят по напряженной плоти, жаждущей его ласки.
— Девочка потекла, — хмыкает самодовольно.
Мое сердце ухает вниз на предельной скорости, и вслед этому падению от гордости не остается ни следа. Цепляюсь за плечи мужа, чтобы не упасть, сама обвиваю ногой его бедро.
Раскрываюсь полностью. Предоставляю ему право и возможность ласкать, играть, делать со мной все, что вздумается. Это нравится нам обоим…
Его влажные пальцы умело и ритмично ласкают клитор, доводя до пика слишком быстро. Внутри все сжимается требовательно от накрывающих волн, одна за другой, безжалостно сжигают волю в пепел…
— Еще, — шепчу пересохшим голосом, в жалком шаге от пика оргазма.
— Вот так легко и просто?
