– Здорово, Клифф, – приветствовал его Билл.
– Привет.
Билл принялся за свои сандвичи, любопытствуя, что представляет из себя этот Армстронг, почему он такой замкнутый? Билл впервые увидел его в прошлом году в тот вечер, когда кельвинцы победили их со счетом 2:3 в финальном матче. После этой неудачи, хотя они отдали все силы, которых, однако, оказалось недостаточно, они с Питом вышли в фойе, где неподалеку от кофейного бара их ждала Сара с родителями.
Тут они встретили Алека Митчелла, левого крайнего их команды из второй тройки. Вместе с Митчем, так его звали ребята, был Клифф Армстронг и еще двое мужчин. Митч познакомил их. Это оказались братья Армстронга, Айк и Кэм. Оба значительно старше Клиффа. Билл и Пит хотели было отойти, когда Айк сказал:
– Вам не хватало сегодня игрока, который умеет забивать голы. Но в будущем году вы такого получите.
Сперва Билл подумал, что он шутит. И хотя Айк и улыбался при этом, но был далек от шуток.
– Конечно, – подхватил Кэм. – Жаль, что Клифф не играл сегодня за вас. Все сложилось бы по-иному.
Митч объяснил товарищам, что Айк его сосед, а Клифф живет у старшего брата и играет в команде Брэндон-колледжа, с которой кельвинцы могли встретиться в финале первенства провинции.
– В будущем году Клифф переедет ко мне и тогда переведется в Северо-Западную школу, – сообщил Айк.
Отойдя, Пит и Билл удивленно переглянулись.
– Вот парень, который соответствует своей фамилии (Армстронг – по-английски означает сильная рука), – сказал Пит. – Что ж, прекрасно, если он окажется так хорош, как они говорят.
Армстронг оказался именно таким, каким его представили братья. И хотя команда Брэндон-колледжа проиграла кельвинцам со счетом 2:4, обе шайбы забил Клифф. В этом году он переехал к Айку и поступил в 11-й класс Северо-Западной школы. Но уже с первого дня он повел себя высокомерно, и это раздражало ребят. Он слишком много воображал из себя, нагрубил Толстяку, потребовав себе свитер с номером 9, в котором играл Пинчер Мартин, однако вынужден был довольствоваться номером 14-м, который прежде носил Генри Белл из звена Пита, закончивший школу. На первых тренировках Армстронг играл на месте правого нападающего вместе с Питом и Бьюханеном. И хотя прошло уже немало времени, холодок отчужденности вокруг него не таял. Билл пытался не поддаваться чувству неприязни, которое владело его товарищами по команде в отношении Армстронга, но это ему не всегда удавалось. На льду Армстронг был молодцом, но в остальное время постоянно язвил и позволял себе зло насмехаться над ребятами. Единственной надеждой на то, что он переменится, была его дружба с Митчем. Возможно, он повлияет на него в лучшую сторону.
За столом не было Стретча Бьюханена, хотя он всегда завтракал в школе, и Билл спросил:
– А где Стретч?
– Гриппует,- буркнул Ворчун.
Пит встревожился.
Бенни Вонг с улыбкой до ушей на круглом лице успокоил его:
– Ничего, Пит, сегодня утром я видел Реда и он сказал, что переставит Рози из защиты в твою тройку.
Пит охнул. Все рассмеялись, кроме Рози, который запротестовал.
– Не пугайся, Пит. Я отлично справлюсь на новом месте, вот увидишь!
– Попробуй только не справиться, – нарушил молчание Ворчун.
– Таким образом, Джемисон и Уоррен будут играть в защите, – продолжал Бенни Вонг.
– Ту дырку, что мы теряем в нападении, мы приобретаем в защите, – воскликнул Пинчер Мартин.
Рози схватил молочную бутылку и сделал вид, будто хочет швырнуть ее в Пинчера. Тот мгновенно вскинул вверх руки. Армстронг словно не замечал этой дружеской перепалки.
К тому времени, как они заканчивали завтрак, было уже около часа дня. Билл сбегал за своей курткой и вместе с остальными вышел подышать свежим воздухом.
– Что делаешь после школы? – спросил Пит. – Пойдем ко мне, послушаем новые диски.
– Не сегодня, Пит, – отозвался Билл. – Сегодня я занят.
В последние годы газеты были полны материалов о том, как трудно устроиться на работу молодым людям и что ищущий должен быть готов к тому, чтобы потратить на поиски не одну неделю. Но все вышло совсем не так…
Когда прозвучал звонок, возвещая об окончании занятий, Билл сбежал по лестнице, остановился на мгновение возле доски объявлений, чтобы прочитать о перетасовках в команде, затем, стараясь ни с кем не задерживаться, помчался к киоску и купил газету «Телеграмма». Пролистав страницы, посвященные спорту, он принялся за объявления о найме на работу.
Требуется юноша 16-18 лет, желающий изучить литографию. Работа постоянная.
… Молодой человек для упаковки фарфора; пятидневная неделя.
… Посыльный с велосипедом…
… Юноша для легкой работы в меблированных комнатах.
… Курьер…
… Младший клерк…
Все это годилось для тех, кто искал работу на целый день. И тут он увидел то, что ему нужно:
… Сильный юноша для работы по вечерам и в субботу. Обращаться на склад Джона Десмонда, Виадук-стрит, 55.
Билл заспешил по указанному адресу, сжимая в руках газету, то и дело переходя на бег. Именно это он искал и торопился, боясь, как бы кто-нибудь не опередил его. Он одолел пять кварталов и увидел в большом окне здания из бетонных блоков на Виадук-стрит, 55 золотые буквы: «Джон Десмонд. Мелкооптовая торговля».
Билл вошел. Позади деревянного барьера за конторскими столами друг против друга сидели у телефонов две женщины. Там же склонился над счетной машинкой молодой человек в очках. Билл остановился у барьера, и молодой человек поднял голову.
– Чем могу быть полезен?
– Я ищу работу.
Молодой человек обернулся к раскрытой двери маленького застекленного бокса, где за столом работал полный пожилой мужчина с небольшими усиками, и крикнул:
– Мистер Мак-Клелланд, к вам.
Мужчина поднял голову и жестом пригласил Билла войти.
– Присаживайся, – сказал он, раскуривая сигару и разглядывая юного посетителя. Затем, выпустив изо рта облако дыма, спросил: – А ты справишься с тяжелой работой? К нам уже нанимались несколько юношей, но быстро уходили. Работа у нас на складе нелегкая. Надо помогать кладовщикам готовить заказы к отправке, таскать тяжелые ящики.
– Я уверен, что справлюсь, сэр.
– Сколько ты хочешь получать за работу?
– Столько, сколько вы будете платить, сэр, – растерянно ответил Билл.
– Что ж, это что-то новое. И тебя не интересует, сколько должно пройти времени, пока ты сможешь заменить меня? – улыбнулся мистер Мак-Клелланд. – И какая тебя ждет пенсия? – И уже серьезно продолжал: – Плата за работу пять долларов в час, два часа в день, пять дней в неделю и восемь часов по субботам. Итого: восемнадцать часов, девяносто долларов. Приступить можешь хоть завтра. Ну, что скажешь?
– Замечательно, сэр! – воскликнул Билл. И тут он вспомнил… Он хотел найти такую работу, из-за которой ему не пришлось бы жертвовать хоккеем.
– Одно только, сэр… – запинаясь, проговорил Билл, надеясь, что это не повлияет на так удачно начавшийся разговор.
– Что именно?
– Я играю в хоккей за Северо-Западную школу, и мы тренируемся раз в неделю, по средам с четырех часов. Я очень хочу наняться к вам, но если можно… по средам…
Мужчина на мгновение задумался.
– Завтра суббота. Давай отложим этот вопрос до завтрашнего вечера. Посмотрим, подходишь ли ты нам или мы тебе. Если да, я думаю, что мы пойдем тебе навстречу. Конечно, если ты готов потерять десять долларов. Восемьдесят вместо девяноста, согласен?
– Еще бы! – воскликнул Билл.
Окрыленный, он со всех ног помчался домой. Такое везение!
Мама вышла из кухни навстречу Биллу. Она обняла и поцеловала сына, и он чуть было не выпалил ей о своей удаче, но сдержался. Нет, он подождет прихода отца.
Отец вернулся домой утомленный и, поздоровавшись с женой и сыном, направился прямо к дивану.
Билл, не переставая думать о работе (80 долларов в неделю!), беспокойно шагал из комнаты в комнату, обставленные подержанной мебелью. Проходя мимо гостиной, он остановился в дверях, посмотрел на исхудавшее лицо дремлющего отца, его седеющие виски, хотя мистеру Спунскому еще не было сорока лет, и чувство жалости сдавило юноше грудь. Билл поднялся в свою комнату, но вскоре сошел вниз, не находя себе места и пытаясь успокоиться. Как-то отец отнесется к тому, что он поступил на работу?… Но ему придется согласиться! Не может же он в одиночку содержать всю семью.
– Мужчины, обедать! – раздался голос из кухни.
К удивлению Билла, отец мгновенно вскочил с дивана и первым оказался за столом.
– Ты же спал! – рассмеялся Билл.
– Удивительная штука, сынок, – отозвался мистер Спунский, – но даже если я крепко сплю в Варшаве, а кто-нибудь в Кракове шепчет «обедать», я мгновенно просыпаюсь. Даже теперь приглашение обедать или ужинать – для меня все равно, что удар электрическим током.
