Читаем без скачивания Четверги мистера Дройда - Борисов Николай Андреевич

— Хозе! — крикнула Аннабель.

Он на мгновение остановился, но сейчас же, не оборачиваясь, выбежал из зала.

Аннабель выскочила из-за стола, но ей, низко кланяясь, почтительно преградил дорогу лакей.

— Пропустите меня.

— Мадам, ваш муж просит вас на минутку к нему.

— Мой муж?

— Он ждет вас в этой ложе.

Аннабель повернулась и увидела улыбавшееся ей из ложи лицо мистера Флаугольда. Офицеры взглянули на ложу, сейчас же вскочили и, щелкая шпорами, вежливо поклонились Аннабель,

Ошеломленная Аннабель, как во сне, шла за лакеем, как во сне, переступила порог ложи и совершенно отчетливо, но как будто издалека услышала:

— Разрешите, миссис Флаугольд, представить вам баронессу Остен-Сакен.

Машинально коснулась протянутой руки баронессы и прошептала:

— Очень рада.

Обескураженная и недоумевающая баронесса с трудом заставила себя сказать несколько любезных слов и поспешила покинуть ложу.

Аннабель постепенно собиралась с мыслями и, наконец, посмотрев на Флаугольда и встретив его смеющийся взгляд, окончательно пришла в себя.

— Что это значит? — спросила она, не зная, смеяться ли ей или сердиться.

— Простите, мадам, вы моя жена.

— С каких пор? — засмеялась она, решив поддержать шутку.

— С сегодняшнего вечера, — с улыбкой ответил Флаугольд.

— У-д-и-в-и-т-ель-н-о, — протянула Аннабель, продолжая смеяться, — а я и не знала. Почему вы не предупредили меня о таком важном событии в моей жизни?

— Разве вы не хотите быть женой Флаугольда?

— Флаугольд! Тот самый? Миллионер?

— Именно тот самый, — засмеялся Флаугольд. — Разрешите узнать ваше имя.

— Аннабель.

— Значит, Аннабель, решено: я ваш муж, — сказал Флаугольд, протягивая ей руку.

«Ах, не все ли равно, — мелькнула у Аннабель мысль, — уж лучше этот, чем корнет».

— Решено, — сказала она упавшим голосом и положила свою маленькую ручку на квадратную ладонь Флаугольда.

Он наклонился и почтительно поцеловал ей руку.

Глава III

БЕГСТВО ТЗЕНЬ-ФУ-СИНЯ

Шум подъезжавшего мотора всколыхнул тишину концлагеря, где томились сотни рабочих.

К плавно подъехавшему мотору подскочил стоявший у ворот начальник караула, а часовой вытянулся и взял винтовку на караул.

— Все благополучно? — спросил, выходя из мотора, полковник Ферльбот.

— Так точно, — ответил начальник караула.

За полковником из автомобиля вышел мистер Дройд и торопливо догнал входившего в ворота полковника.

Мистер Дройд приехал в лагерь набрать материал для своих очередных фельетонов. «Дэйли мэйл» не скупилась на оплату его фельетонов и статей, в особенности тогда, когда Дройд громил Советы.

Полковник Ферльбот взял мистера Дройда за руку и повел его к ближайшему бараку.

— Здесь помещаются «большевики», — сказал полковник.

— Необычайно интересно, — оживленно подхватил Дройд. — Я когда-то встречался с русскими…

— Ну, положим, разницу вы найдете.

На минуту остановились перед длинным дощатым бараком, начинавшим бесконечную шеренгу зданий, чтобы закурить сигары.

Наскоро построенные бараки, построенные частью для прикрытия строительных материалов от дождя, частью когда-то служившие для общежития рабочих, были зыбкими постройками, дрожавшими при первом порыве ветра. Они плохо были приспособлены к жилью, совсем не защищали от холода и плохо защищали от дождя; но высокий забор, окружавший площадь концлагеря, был из кирпича, а на вершине колючая проволока, присоединенная к электропроводам, являла собой чрезвычайно надежное препятствие бегству заключенных.

— Гм, однако… Бежать немыслимо, но и жить в этих фанерках невозможно, — пробормотал Дройд, бегло осмотрев концлагерь.

— Вы очень гуманны, мистер Дройд, — они этого не заслуживают. — И полковник Ферльбот пропустил Дройда вперед.

В бараке не было мебели, если не считать столика и стула для дежурного. Дежурный вскочил и отрапортовал о состоянии барака полковнику.

Дройд, прищуриваясь, рассматривал заключенных, стоявших группами; от его глаз не укрылась поспешность одного молодого рабочего, спрятавшего за спину газету.

«Даже и сюда проникают “их” газеты, — пронеслась мысль у Дройда. — Любопытно бы выяснить пути».

Тзень-Фу-Синь, стоявший в группе товарищей в противоположном от входа конце барака, посмотрев своими зоркими глазами на вошедших, сразу узнал Дройда.

Он невольно вздрогнул, но сдержался и незаметно попытался скрыться за спины стоявших впереди товарищей.

Выслушав рапорт, полковник Ферльбот, похлопывая стеком по ботфорту, подошел к Дройду.

— Каковы экземплярчики? А?

— А скажите, полковник, как к ним попадают газеты?

— Газеты! Какие газеты?.. Вы видели?

— Нет, я только спросил.

— Уф! А вы, батенька, даже напугали меня. Никакие газеты сюда попасть не могут. Это либерализм.

— Ну, конечно, раз вы не пропускаете, то какие же газеты могут здесь очутиться? — двусмысленно улыбнулся Дройд.

Медленно рассматривая арестованных, шли по бараку, перебрасываясь незначительными фразами.

Мистер Дройд обходил группы, пытливо всматриваясь в лица, и, делая заметки в записной книжке, мысленно набрасывал уже свой первый фельетон. Полковник, помахивая стеком, шел рядом с Дройдом, а дежурный сопровождал их, почтительно держась в двух шагах позади.

— Ну, вот вам один. Хорош? — спросил полковник, хватая за плечо рослого парня и выталкивая его вперед.

Но Дройд не отвечал. Широко открытыми глазами глядел на стоявшего перед ним Тзень-Фу-Синя, неожиданно появившегося из-за спины выхваченного из группы парня.

— Что, вам понравился этот? — засмеялся полковник, видя впечатление, произведенное Тзень-Фу-Синем на Дройда, и довольный, как укротитель, показавший посетителю интересного зверя.

— Кто это? — спросил, наконец, Дройд, переводя взгляд с Тзень-Фу-Синя на полковника Ферльбота.

Тзень-Фу-Синь, едва полковник и Дройд приблизились к нему, давно усвоенной гримасой придал своему лицу выражение полного идиотизма и, скосив глаза, бессмысленно смотрел на Дройда.

— Как тебя зовут? — спросил полковник.

— Дао-Ши-Чен, — сюсюкая и глупо улыбаясь, ответил Тзень-Фу-Синь.

— Нет, это не он, — сказал Дройд, — но сходство поразительное.

— А на кого же он похож? — спросил полковник, направляясь вместе с Дройдом обратно к выходу.

— Знаете, ведь я был на Украине во время гражданской войны. Так вот, он напоминает мне китайца-шпиона, который предал штаб белой армии.

— Вот как. Этим стоит заняться, — сразу насторожился Ферльбот. — Я сейчас вызову Арчибальда Клукса.

— Да, вы правы, — пробормотал Дройд, — это необходимо расследовать.

— А вы помните имя того человека, мистер Дройд?

— Да. Его звали Тзень-Фу-Синь.

У столика дежурного полковник взял телефонную трубку.

— Алло! Семь-семьдесят пять-восемьдесят четыре. Вы, Арчибальд? Есть дело. Приезжайте немедленно. Не можете? Через час? Хорошо, жду.

И полковник повесил трубку.

Как только полковник и Дройд отошли, с лица Тзень-Фу-Синя сошла глупая гримаса. Несмотря на все старания, он ничего не услышал, но почти безошибочно угадал содержание разговора Ферльбота и Дройда и понял, что разговор полковника по телефону также касался его.

«Плохо, совсем плохо», — решил он, тревожными глазами провожая выходивших из барака Дройда и полковника.

Протрубил сигнал на ужин, и выстроившихся заключенных повели к походной кухне.

Походная кухня стояла на заднем дворе концлагеря, где помещался автомобильный гараж.

Пища не шла в горло Тзень-Фу-Синя; он быстрыми глазами осматривал двор и гараж, но выхода не мог найти.

Он ясно сознавал, что в его распоряжении ограниченное время, что нужно бежать, во что бы то ни стало бежать, иначе — мучения и смерть, но не за что было ухватиться. Не броситься же, в самом деле, на глазах у стражи на высокие стены, окружающие концлагерь, или на запертые железные ворота с часовыми по обеим сторонам?