Читаем без скачивания Уголок рая - Эмма Дарси

Джина внезапно показалась себе толстой. Глупости, конечно, ведь это неправда. Просто у нее другое телосложение. Но здравые аргументы не помогали. Перед ней сидела женщина, на которой собирается жениться Алекс Кинг.

– Джина Терлицци и Марко, ее сын, – завершила церемонию представлений Изабелла.

– Очень рад с вами познакомиться. И с Марко, – тепло приветствовал гостью внук хозяйки поместья, и его бархатный голос как будто накатил на Джину волной удовольствия. – Терлицци – достойная фамилия. По-прежнему занимаетесь рыболовным промыслом?

– Да, почти все мужчины, – ответила Джина, удивившись, что Алексу известна фамилия ее мужа.

Много лет назад Роберт Кинг, отец Алекса, финансировал открытие рыболовецкого предприятия семейства Терлицци. А еще раньше прадед Алекса, Фредерико Стефано Валери, положил начало традиции финансовой поддержки коммерческих проектов итальянских иммигрантов, которым банки отказывали в кредитах. Кинги судили о перспективности тех или иных сделок скорее по интуиции, чем по размерам стартовых капиталовложений. И, насколько Джине было известно, до сих пор все должники Кингов оправдывали их доверие.

– А вы – вдова Анджело? – продолжал Алекс Кинг, и в его голосе послышалось несомненное сочувствие.

Джина кивнула. То, что Алексу известно имя ее мужа, удивило ее еще больше.

– Помню эту печальную историю. Я читал о том, как он пришел на помощь рыбаку, лодка которого разбилась на рифах.

– Да, оба утонули во время шторма, – чуть слышно подтвердила она.

– Смелый был человек. Тяжелая утрата для вас и для вашего сына. – (Сердце Джины сжалось от того, с какой симпатией говорил об ее муже Алекс.) – Я полагаю, ваши родные заботятся о вас?

– Они очень много для меня сделали.

– Прекрасно. Бабушка предупредила меня, что вы приедете на прослушивание. – Он указал на пустые стулья, стоявшие у противоположной стороны стола. – Что вам предложить? Вина, фруктового сока, воды?

– Да, спасибо. Если можно, воды.

– А тебе, Марко?

– Сока, позалуйста.

– Только полстакана, – поспешно вставила Джина, усаживая сына за стол. – Из полного стакана он всегда проливает.

– Понял.

– Так вы – профессиональная певица? – проговорила Мишель Бэнкс, удостаивая наконец Джину своим вниманием.

– Да нет, что вы! Так иногда выступаю по просьбе на свадьбах, помолвках, на других мероприятиях. Но я бы не назвала пение источником средств к существованию.

Джина решила, что будет лучше ответить честно. К чему выдавать себя за кого-то другого? В конце концов, чаще всего она выступала по просьбе родных или друзей, не получая за это никакой платы.

– Но вы, надо полагать, учились? – уточнила красотка чуть пренебрежительным тоном, что несколько задело Джину.

– Если вы имеете в виду уроки вокала, то да. И я неоднократно принимала участие в певческих фестивалях.

– Так почему же тогда вы не стали заниматься этим профессионально?

– Не для каждой женщины профессиональная карьера стоит на первом месте, – сухо заметила Изабелла.

Мишель пожала плечами.

– Если у вас действительно хороший голос, а вы его не используете, то просто жаль.

Джина начинала сердиться. Зачем невесте Алекса Кинга подобным образом указывать ей на ее место? Ведь у Мишель есть все, чему могла бы позавидовать любая женщина, в том числе и этот фантастический мужчина, уже надевший ей на палец кольцо!

– Меня не привлекает образ жизни певицы, – бесхитростно ответила Джина и повернулась к Изабелле: – А хорош ли мой голос, судить миссис Кинг.

– С нетерпением жду возможности его услышать. – Старая дама ободряюще улыбнулась. – Если он такой, каким получился в записи… – Она взглянула на внука. – Тогда ты, Алессандро, наверняка захочешь, чтобы Джина выступила на твоей свадьбе.

Воцарилось молчание. Впервые Джина почувствовала напряжение, царившее на террасе и явно не имевшее к ней никакого отношения.

Мишель Бэнкс посмотрела на Алекса, откровенно ища у него поддержки. Тот подчеркнуто миролюбиво обратился к бабушке:

– Мы это уже обсудили. Мишель хочет пригласить арфистку, а не певицу.

– Алессандро, мне известно, чего хочет Мишель, – с холодным достоинством произнесла Изабелла. – Но мне до сих пор неизвестно, чего хочешь ты.

– Этот день принято посвящать невесте, – возразил Алекс с некоторым недовольством.

Изабелла теперь разглядывала невесту внука, и Джина ощутила за ее лукавым взглядом немалую толику яда.

– Мишель, вы тоже полагаете, что свадьба – это праздник невесты, а жених должен лишь беспрекословно исполнять все ее желания?

Мишель холодно усмехнулась.

– Алексу будет приятно, если я смогу послушать арфу.

– Лично мне никогда не казалось, что арфа, да что там, вообще какой бы то ни было музыкальный инструмент способен передать столько же чувств, сколько живой голос человека.

– Что ж, это вопрос вкуса, – возразила Мишель. – Арфа – тонкий, изысканный инструмент.

– Бесспорно. И все-таки, на мой взгляд, даже на смотре изысканности должно оставаться место для выражения любви. – Она улыбнулась Джине. – Если вы готовы, то, может быть, уже можно приступить к прослушиванию?

– Да. Благодарю вас. – Джина отставила стакан и потянулась к сумочке. – Я привезла с собой кассету. В бальном зале есть аппаратура? Или…

– Конечно. – Изабелла сделала знак внуку. – Алессандро сейчас даст вам пульт дистанционного управления.

Сердце Джины затрепетало. Значит, он тоже будет слушать? Она заметила недовольную складку над переносицей Мишель Бэнкс и поспешила поблагодарить Алекса Кинга.

– Да что вы, какие благодарности!

Он говорил любезно, но Джина не могла не задаться вопросом, не злит ли и его столь неприкрытая враждебность бабушки. Если слушатели настроены таким образом, ее задача весьма усложняется. А невеста Алекса, во всяком случае, будет изначально настроена критически.

Изабелла поднялась, и это означало, что всем надлежало последовать ее примеру. Джина торопливо забрала у Марко стакан.

– Мама, а мы увидим зелкала на потолке? – спросил мальчик.

– Да, да.

– Идем, Марко. Дай мне руку, – распорядилась Изабелла. – Я сама все тебе покажу, пока твоя madre будет готовиться к выступлению.

Марко повиновался без всяких колебаний; его глаза сияли от предвкушения удовольствия. Почему он так охотно подчиняется этой старухе, тогда как обычно проявляет строптивость, когда к нему обращаются незнакомые люди? Едва ли, подумала Джина, он с такой готовностью взял бы за руку ту же Мишель Бэнкс. Что до Изабеллы Кинг… Наверняка на него оказала магическое влияние исходящая от нее спокойная и доброжелательная сила. Сила, которую она выпестовала в себе за долгие годы, когда была главой семейного клана.

Исключительность положения Изабеллы не стала бы оспаривать даже Мишель Бэнкс. Интересно: а кем сама Джина представляется Изабелле Кинг? Может быть, пешкой в игре, которую старуха затеяла против своей будущей родственницы?

Остается надеяться, что это не так.

В любом случае она должна постараться хорошо спеть.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– И мы обязаны все это терпеть? – громко прошипела Мишель на ухо Алексу.

Алекс нахмурился.

– Да.

Закатив глаза, Мишель с видом мученицы двинулась к бальному залу следом за хозяйкой дома и ее протеже.

Алекс вдруг ощутил, что не на шутку раздражен нелюбезностью Мишель и ее неприкрытым снобизмом по отношению к Джине Терлицци. Ему-то с первых же секунд понравились молодая вдова и ее сын. Неужели Мишель не могла просто пожелать Джине успеха? Ведь вполне понятно, почему одинокая мать, пережившая трагедию, не хочет таскать сына по всевозможным светским тусовкам, что было бы неизбежно, избери она профессиональную артистическую карьеру.

Мишель должна понимать, какие мотивы движут другими людьми. Нужно принимать различия в системах ценностей и в жизненных обстоятельствах. И кстати, Мишель могла бы пойти на небольшой компромисс в том, что касается программы свадебного торжества. Не стоило бы полностью отстранять его бабушку от принятия решений. По мнению Изабеллы, свадьба – это общесемейное дело. Так всегда было и будет в итальянских кланах.

После того как бабушка достаточно безапелляционно высказалась насчет арфы, Алекс решил, что ему следует более решительно участвовать в предсвадебных приготовлениях. И считаться не только с невестой, но и с другими. Ему вспомнился недавний приезд Элизабет Кинг, ее рассказы о том, как активно она руководила подготовкой к бракосочетаниям сыновей. А бабушка, несомненно, переживает, что ее выводят из игры. Это неправильно.

Когда они вошли в зал, Мишель сразу же заняла место поближе к выходу. Ее нежелание хотя бы изобразить интерес к прослушиванию слишком очевидно!

Алекс, с трудом сдержав раздражение, подошел к столику, который облюбовала его бабушка, помог ей и Марко устроиться, потом повел Джину к эстраде, чтобы показать ей аппаратуру.