Костя посмотрел в зеркало и увидел едва заметную царапину.
— Ты сама вчера задела меня наглядным пособием, Творогова. Потом полчаса извинялась.
— Ой, а я уже и забыла, — отвечала Маша.
В другой раз Маша забыла, когда у Кости день рождения, хотя он несколько раз напоминал. Поэтому она пришла к нему в гости только на следующий день, когда праздничный торт уже съели. Но Маша не обиделась на отсутствие торта и спокойно села пить чай с вареньем.
— Ой, а где все? — спросила она. — Неужели у тебя нет друзей, кроме меня?
— Просто у остальных моих друзей все в порядке с памятью, — сказал Костя. — Тебе, может, витамины попить?
К совету Маша, конечно, не прислушалась и вскоре забыла, что Костя разбирается в биологии гораздо хуже нее, и на самостоятельной работе по семейству собачьих попросила у него списать.
Зато фигура Кости делалась в Машиных глазах все интереснее. Он стал даже загадочнее, чем Боря Брыкин из кружка юных биологов зоопарка. Временами Маше казалось, что Костя — инопланетный разведчик, замаскированный под школьника. Иногда она воображала его пришельцем из будущего, а то и вовсе — принцем Уэльским.
Но процесс потери памяти, которым она поначалу управляла, вскоре вырвался из-под контроля. Катастрофа случилась на лабораторной работе по химии. В этот день по болезни многие не явились, и в классе образовался избыток свободных мест. Чтобы не пачкать лишние пробирки, учительница велела среднему ряду пересесть на свободные места у окна.
— Творогова, садись рядом с Костей Кривошеиным, — сказала учительница.
Маша поднялась с места и растерянно оглянулась. Она посмотрела вправо, потом влево, потом назад, но не двинулась с места.
— Ирина Викторовна, — сказала она в растерянности, — я не помню у нас в классе ученика с такой фамилией.
Фотография на память
Чтобы не забывать Костю, Машенька Творогова решила завести на рабочем столе его фотографию. Но поскольку рабочий стол находился на компьютере и был у них с мамой один на двоих, мама убрала это изображение с экрана. На его место она поместила изображение неизвестного Маше смуглого актера, с которым мама познакомилась благодаря индийским кинофильмам. Маша не заметила подмены. В этот день задали столько уроков, что она успела только краем глаза пару раз взглянуть на монитор.
Увидев на другой день Костю, Маша сказала с беспокойством:
— Что-то ты, Костенька, побледнел.
— Здесь просто неудачное освещение, — отмахнулся Костя.
— И что-то ты, Костенька, похудел.
— Ладно тебе, Творогова. Это ты нарочно меня жалеешь, потому что мечтаешь со мной подружиться.
— Что за ерунду ты говоришь, — обиделась Маша и больше к нему не подходила. Только два раза.
Но назавтра, встретившись с Костей, Маша опять охнула и всплеснула руками:
— Слушай, Кривошеин, сегодня ты побледнел еще больше. Просто потерял все краски. Давай сходим к медсестре и померяем тебе температуру.
— Отстань, — сказал Костя, но на перемене специально подошел к зеркалу, чтобы проверить, правду ли говорит Маша.
Вечером Машенькина мама поменяла портрет Эдди Мерфи на кадр из фильма “Властелин колец”, и у Маши больше не было замечаний к цвету Костиного лица.
— Но что у тебя с ушами?! — воскликнула она.
— А что, грязные? — испугался Костя.
— Круглые, — выкрикнула Маша. — А были острые. И лук за спиной.
— Ты, Творогова, совсем на своих эльфах сдвинулась!
Машенька вначале хотела обидеться, но торопиться не стала и вечером внимательно изучила компьютерную заставку. На экране красовался пират Карибского моря.
— Мама, что это такое?! — спросила Маша.
— Джонни Дэпп, — ответила мама, застенчиво улыбаясь.
На следующий день папа по Машиной просьбе купил маме новый компьютер, и больше эльфы на Машином экране не появлялись.
Теперь Маша проходила мимо Кривошеина молча. Костя нарочно подкарауливал ее в раздевалке, но она лишь вежливо кивала ему. Наконец однажды Костя не выдержал и сам подошел к Твороговой:
— Ну, как? — робко спросил он. — Какой я сегодня, бледный или смуглый?
— Обыкновенный, Костя, — ласково сказала Маша. — Самый обыкновенный. Такой, как всегда.
Гармония и алгебра
Однажды Машенька Творогова почувствовала, что Костя Кривошеин ей очень дорог. Произошло это в самый неподходящий момент, на городской контрольной по алгебре, после того, как Маша решила три задачи из четырех.
Может быть, это случилось потому, что Машенька услышала голос Кривошеина, когда тот подсказывал своему соседу. А может, потому, что случайно посмотрела на его затылок. Так или иначе, но Машенька вдруг поняла ценность предложенной Костей дружбы.
“Как же это я раньше не понимала? — удивилась Творогова. — Ведь это так просто — взять и подружиться с мальчиком. На это даже двоечница Свиридова способна”.
Обрадованная открытием, Машенька еще немного подумала о Кривошеине. Наконец, взглянув на часы, она опомнилась и попыталась решить последнюю задачу. Но неожиданно обнаружила, что не знает решения. Хуже того — она вообще не понимает, что означают крестики, черточки и латинские буквы.
“Зачем нужен Костя, я понимаю, — подумала Маша. — С ним можно дружить, болтать и гулять. Но для чего нужна алгебра?” Так и не найдя ответа, Машенька подняла руку и попросила учительницу освободить ее от контрольной по состоянию здоровья.
— Конечно, милая, — ответила учительница. — Иди домой и отдохни, а завтра после уроков приходи переписывать.
Весь вечер Машенька просидела дома у окна, глядя в пространство. В полночь мама случайно обнаружила ее там и уложила в постель. Маша послушно легла, потом послушно встала и пошла в школу, не переставая думать о Кривошеине.
Напряженная работа мысли не прошла даром. Маша убедилась, что зря потратила лучшие годы. Вместо того чтобы заниматься в свободное время личной жизнью, она отдавала его урокам, кружкам и секциям. “Пора с этим кончать!” — решила она.
Сначала Маша отказалась от участия в школьном научном обществе. Потом перестала ездить в клуб юных биологов зоопарка. Отменила лекции в планетарии. Вместо этого она теперь целыми днями сидела в своей комнате и думала, как здорово дружить с Кривошеиным. Уроков она тоже не делала, потому что перестала разбираться в физике, геометрии и английском языке. А хуже всего обстояло дело с русским. Встречаясь с Кривошеиным, Маша не могла вымолвить ни слова и только блаженно улыбалась. Она мечтала позвать Кривошеина на прогулку, но язык отказывался ей повиноваться. Поэтому Маша страшно обрадовалась, когда получила от Кости записку с такими словами:
“Приходи вечером. Буду ждать”.
Домой Маша летела как на крыльях. К счастью, родители уехали в гости, и ничто не мешало Маше воспользоваться маминой косметикой, кроме собственного неумения. Осознав свое бессилие, Маша позвонила двоечнице Свиридовой.
Костя уже собирался ложиться спать, когда прозвенел звонок.
— Девушка, вам кого? — спросил Костя, распахнув дверь.
— Это же я, Творогова! — ответила Маша. — Не узнал, что ли?
— Ну ты даешь! — сказал Костя. — Что это с тобой?
— Ничего особенного, — сказала Маша, — немного навела марафет. А зачем ты меня позвал, Кривошеин? — спросила Маша.
— Понимаешь, задача никак не решается. Второй день над ней бьюсь без толку, а завтра дэ зэ сдавать.
— А я в этом ничего не понимаю, Костенька, — отвечала Маша.
— Чего ты не понимаешь? Обыкновенной функции?!
— Я теперь не то что функции, я даже, сколько будет два умножить на два, не знаю, — призналась Творогова. — Но зато я согласна с тобой дружить!
— Еще чего! — рассердился Костя. — Я мечтал дружить с умной девочкой, а не с какой-то крашеной идиоткой! Понятно?
— Ну что ж, — отвечала Маша, размазывая мамину тушь по лицу, — хоть ты меня и прогнал, твой образ всегда будет безраздельно владеть моим сердцем.
