Читаем без скачивания Вне морали - Брайан Фриман

Не успел Страйд предотвратить их очередную перебранку, как вдруг его мобильный телефон отрывисто вывел полифонический вариант «Чаттахучи» Алана Джексона. Страйд выудил из кармана трубку, узнал номер Мэгги Бэй, отщелкнул крышку.

– Что стряслось, Мэг?

– Плохи дела, босс. Журналюги обо всем пронюхали. Ползают тут везде.

Страйд нахмурился:

– Вот черт. – Он отошел от подростков, заметив краем глаза, что, как только он оказался вне пределов слышимости, Салли зашипела что-то на ухо Кевину.

– И Берд вместе с этими шакалами? – спросил Страйд.

– Да, он у них за главного. Ведет расследование.

– Слушай, Мэг, ради всего святого не подпускайте их к Стоунерам.

– Не волнуйтесь, босс, пока мы успешно отбиваемся.

– Еще новости есть? Такие же хорошие?

– Они считают, что это второе дело одной серии, – ответила Мэгги. – Сначала Керри, теперь – Рейчел.

– Ну, на первый взгляд так оно и выходит. Правда, не нравится мне это дежа-вю. Хорошо, Мэгги, я минут через двадцать буду.

Страйд захлопнул крышку и заторопился. Дела принимали нежелательный для него оборот. Теперь, когда новость об исчезновении Рейчел попала в лапы журналистам, ход расследования придется менять. Ему, конечно, все равно пришлось бы показать лицо девушки и по телевидению, и в прессе, но Страйд предпочитал сам контролировать СМИ, а не действовать под их контролем. Теперь это становилось невозможным, Берд Финч своими каверзными вопросами не даст ему жить спокойно.

– Давай, давай, продолжай рассказывать! – подгонял он Кевина.

– А что рассказывать? Дальше ничего особенного и не было. Рейчел сказала, что устала и хочет вернуться домой. Я проводил ее до Кровавого жука.

– Куда? – удивился Страйд.

– Извините. Она так свою машину называла. У нее «фольксваген-жук». Она и звала его Кровавым жуком. Нормально, ничего особенного.

– А почему Кровавый?

Кевин побледнел.

– Наверное, потому что он красного цвета.

– Так, ладно. Ты видел, как она отъехала?

– Да.

– Она одна была?

– Конечно.

– Она точно тебе говорила, что направляется домой?

– Да.

– А не соврала? Не могло у нее в тот вечер еще быть свиданий?

Послышался циничный смех Салли.

– Конечно, могло.

Страйд в который раз метнул на девушку строгий взгляд. Та надвинула капюшон, опустила голову, уронив на лоб кудряшки, принялась рассматривать ботинки.

– Тебе что-нибудь об этом известно, Салли? – обратился к ней Страйд. – Например, ты встречалась в тот день с Рейчел и посоветовала ей держаться подальше от Кевина?

– Нет! – воскликнула Салли.

– Тогда, как ты думаешь, с кем Рейчел могла еще встретиться?

– Да с кем угодно! – выпалила Салли. – Потаскушка она, эта ваша Рейчел.

– Прекрати, Салли! – произнес Кевин.

– Хватит собачиться! – прикрикнул на них Страйд. – Во что она была одета в тот вечер?

– В обтягивающие черные джинсы, из которых человек вылезти сам не сумеет, разве что его ножиком из них нужно выковыривать, в темное пальто и белую водолазку.

– Кевин, ты у нее в машине ничего необычного не заметил? Каких-нибудь сумок. Багажа.

– Не, ничего подобного в салоне не было.

– Ты говорил мистеру Стоунеру, что она назначила тебе встречу.

– Она спросила меня, не хотел бы я встретиться с ней в субботу вечером, – ответил Кевин, покусывая губу. – Говорила, что если бы я зашел к ней в семь, то мы могли бы отправиться куда-нибудь погулять. Но ее не оказалось.

– Для нее это все игра, – усмехнулась Салли. – А она не просила тебя позвонить мне в субботу и соврать? Ведь ты это самое и сделал.

Страйд почувствовал, что устал от скандальной парочки.

– Слушайте, вы, ребятки. Выясните без меня, кто с кем и когда целовался. Пропала девушка. Ваша приятельница. Мне еще придется объясняться с ее родителями, которые непременно спросят меня – вернется ли к ним их дочь или нет. Ясно? Думайте. Если у вас есть еще чего сообщить по делу – я вас слушаю. Напрягитесь и вспомните все, что происходило в прошедшую пятницу. Все, что Рейчел говорила и делала. Любая мелочь поможет нам выяснить, куда она ходила или ездила, когда и с кем могла встретиться.

Салли угрюмо молчала. Страйд задавался вопросом, не скрывает ли она что-нибудь? Девушка явно не собиралась с ним откровенничать.

– Понятия не имею, куда она подевалась и что с ней стряслось, – пробормотала она.

– Ну хорошо, – кивнул Страйд. – Пока. До связи.

Он еще раз бросил взгляд на раскинувшееся позади канала озеро, черное и бесформенное в вечерней мгле, но ничего там не увидел. И что он там ожидал увидеть? Оно было таким же пустым и обманчивым, как и его ощущения, внутренний мир. Протолкнувшись между подростками, он двинулся к стоянке и вновь ощутил это состояние, дежа-вю. Оно вызывало в нем уродливые воспоминания.

Глава 2

Четырнадцать месяцев миновало с того сырого августовского вечера, когда исчезла Керри Макграт. Страйд так часто восстанавливал в памяти ее последний день, что мог просматривать его как фильм. Он закрывал глаза и отчетливо видел ее лицо, до последней веснушки у губ, три тонкие золотые сережки-колечки в мочке левого уха. Он слышал смех Керри, такой же веселый, как и на видеокассете, отснятой в день ее рождения, просмотренной им не менее сотни раз. Образ, который он носил в себе, был настолько живым, что казалось, будто и сама она жива.

Но Страйд знал, что ее давно нет. Веселая хохотушка Керри, столь реальная для него, превратилась в полуистлевший отвратительный труп, лежавший где-то в зарослях леса, так и не обнаруженный в ходе многочисленных поисков. Больше всего Страйду хотелось знать, кто и почему убил Керри.

И вот теперь еще одно исчезновение, и опять пропала несовершеннолетняя.

Ожидая зеленого света светофора, Страйд взглянул в боковое зеркальце «бронко» и поймал в нем отражение своих хмурых темно-карих глаз. Когда Синди хотела поддразнить его, она называла их пиратскими. Почти черные, горящие, настороженные. Но такими они были год назад. До того как сначала какой-то изувер убил Керри и остался безнаказанным, а вскоре после этого в лапы другого изувера попала Синди. Пережитая трагедия состарила его, потушила блеск в глазах. Рассматривая в зеркале свое лицо, Джонатан видел, как оно осунулось и помрачнело, лоб прорезали глубокие морщины. Короткие черные волосы, с тонкими прожилками седины, были нечесаны и свисали на лоб слипшимися прядями. Страйду было сорок пять, но он ощущал себя на пятьдесят.

Страйд лихо повернул свой заляпанный грязью «бронко» на небольшую старенькую улочку возле университета, на которой жили Грэм и Эмили. Он знал, чего ему следует ожидать. По воскресеньям в одиннадцать часов вечера здесь, как правило, тихо и пустынно. Но только не сегодня. От включенных автомобильных фар и телевизионных софитов было светло как днем. Жители высыпали на улицу и толпились во двориках у своих домов, с удивлением и страхом взирая на происходящее и перешептываясь. В ушах звенело от писка и треска работающих полицейских раций.

Дом Стоунеров окружали полицейские в форме, оттесняя от него репортеров и зевак. Страйд остановился рядом с машиной, и его сразу облепили репортеры. Он с трудом открыл дверь и вышел из машины.

– Привет, привет. Не так быстро, ребята, давайте немного подождем, – пробормотал он, кивая репортерам и закрывая глаза от слепящего света.

Он стал медленно проталкиваться сквозь толпу журналистов, но один из корреспондентов, высокий, атлетического сложения негр, преградил ему путь, поднес к губам микрофон и махнул рукой оператору. Тот поправил на плече камеру и начал съемку.

– Вам не кажется, мистер Страйд, что у нас появился маньяк-убийца? – пророкотал Птичка Финч глубоким чистым голосом, похожим на звук валторны. Его настоящее имя было Джей, но в Миннесоте его звали Птичкой. В недавнем прошлом звезда баскетбола, ключевой игрок команды «Гофер», теперь он работал ведущим одного из самых популярных телевизионных ток-шоу, «Шокирующие факты».

Страйду пришлось выпрямиться во весь рост, чтобы смотреть ему в лицо. Финч был в идеально сшитом двубортном костюме темно-синего цвета, из-под рукавов пиджака выглядывали полтора сантиметра белоснежных манжет. На указательном пальце правой лапищи Финча, в которой тот держал микрофон, Страйд заметил университетский перстень.

– А неплохой у тебя костюм сегодня, Птичка, – съязвил Страйд. – Ты сюда что, прямо из оперы?

Послышались смешки репортеров. Финч стоял, невозмутимо глядя на Страйда своими черными как уголь глазами. По его обритой голове бегали огоньки прожекторов.

– Так вы признаете, лейтенант, что девушек убивает какой-то извращенец? А вы помните, как в прошлом году вы обещали нам законность и порядок? И когда же вы начнете его выполнять? Родители ждут от вас вразумительного ответа.