Читаем без скачивания Вроде бы четверг - Роза Лагеркранц

О!

Дальше ей хотелось написать что-нибудь такое, что делает людей счастливыми и веселыми. Но сколько она ни думала, ей вспомнилось только одно: Малин Монссон, когда она танцует. Все люди страшно радуются, когда Малин танцует, готовы смотреть на нее сколько угодно. Это так чудесно! Музыка в кафе гремит, волосы Малин развеваются в воздухе, руки качаются в разные стороны, и вся она тоже качается. И все, кто есть в кафе, смотрят только на Малин, потому что она им кажется красавицей.

Но Лотта не сказала бы, что Малин такая уж красавица. Правда, волосы у нее красивые — рыжие-рыжие, почти красные. От красного цвета у человека всегда весело на душе.

О!

КРАСНЫЙ! —

написала Лотта в счастливом билетике. Больше ничего счастливого ей в то время не пришло в голову, а потому она сложила бумажку несколько раз и побежала к своему дому, чтобы не забыть положить билетик в почтовый ящик ХАНСОЯ. Настроение у Лотты было отличное, она даже пела всю дорогу. Бежит и поет свое любимое «Прыг и скок, ха-ха-ха!», размахивая мусорным мешком.

Но в ту самую минуту, когда она вошла в подъезд, дверь ХАНСОЯ отворилась! Медленно-медленно отворилась, совсем как в первый раз. Это было так странно… Лотте снова пришлось покрепче ухватиться за мусорный мешок, чтобы не упасть в обморок. Потом она отчетливо рассмотрела в темноте внутри самого ХАНСОЯ, она узнала его по глазам, которые неподвижно глядели на нее. Красные глаза! Сжимая в руках мусорный мешок, Лотта шагнула вперед раз, другой… третий… ХАНСОЙ не двигался. Она сделала еще один шаг…

После чего круто повернулась и опрометью выскочила из подъезда. Правда, на крыльце она остановилась и заставила себя вернуться в подъезд, чтобы проверить, правда ли в дверях по соседству с мусоропроводом стоял ХАНСОЙ или это ей померещилось.

Вернулась и увидела, что в подъезде никого нет и дверь ХАНСОЯ закрыта. Вот и пойми — то ли он ушел к себе, то ли ей все почудилось. На всякий случай, она все-таки сунула в почтовый ящик счастливый билетик. А затем бросилась со всех ног в школу, чтобы новая учительница не подумала, что Лотта из тех людей, которые вечно всюду опаздывают.

Подбегая к школе, Лотта догадалась, что перемена кончилась и уже был звонок на урок. Потому что на школьном дворе не было ни души. И вообще никого не видно, если не считать двух человек, которые в эту минуту выбежали из леса. Она сразу узнала Сундика и Торда. Кроме Лотты, в этот раз только они оказались в числе опоздавших. Лотта первой проскользнула в школьную дверь и быстро-быстро ринулась вверх по лестнице! Сундик и Торд догнали ее уже у вешалки, промчались мимо и ворвались в класс, не дожидаясь, когда она повесит куртку. При этом дверь в класс осталась открытой, так что Лотта все равно услышала, как новая учительница спросила их:

— В чем дело, почему вы опоздали?

В ответ на это Сундик закричал, что они опоздали из-за таинственной штуки, которую нашли в лесу. Лотта тихонько подошла поближе к двери и прислушалась.

— Какую еще таинственную штуку? — спросила новая учительница.

— Таинственную пуговицу! — крикнул Сундик.

— Пуговицу? — повторила новая учительница.

— Ну да! — крикнул Сундик.

— Она, может быть, опасная! — подхватил Торд. — Оттого мы не могли просто взять да уйти!

— Вот-вот! — крикнул Сундик.

— Опасная? — сказала новая учительница.

— Ну да! — крикнул Сундик. — Жутко таинственная штука!

— Так что теперь никому нельзя ходить в лес! — подхватил Торд. — Вдруг это бомба!

Тут весь класс начал возиться и прыгать на стульях, и поднялся страшный шум.

— Так что вы берегитесь! — закричал Сундик.

Однако новая учительница сказала им, чтобы перестали кричать и садились на место, потом велела всем приготовить тетради по арифметике. Только Сундик и Торд уселись, как вошла Лотта, не торчать же ей все время у дверей. Она вошла тихонечко, на цыпочках, чтобы не мешать остальным, раз уж в классе наконец установилась тишина. И Лотта вовсе не виновата, что ребята опять затеяли возню. Это новая учительница виновата! Потому что когда Лотта, проходя мимо Торда, легонечко пощекотала ему шею, он подпрыгнул так, что снова прищемил себе крышкой палец и устроил рев. И новая учительница закричала:

— Лотта Монссон! Ты тоже опаздываешь? И опять приволокла сюда этот мусорный мешок!

Лотта посмотрела вниз, чтобы проверить, правда ли она опять приволокла этот мусорный мешок. Увидела, что это правда, и немножко смутилась, а новая учительница продолжала кричать:

— Выйди из класса с этим мусором, и чтобы я тебя больше не видела с ним! Ступай! Живо! В классе должен быть полный порядок, и попрошу всех сидеть тихо!

Пришлось Лотте опять выходить. Потому что новая учительница больше не желала ее видеть. Нет так нет. Лотта вышла в коридор и надела куртку, которую только что перед тем сняла. И уже приготовилась застегнуть «молнию», когда вспомнила, о чем говорили Торд с Сундиком. Будто бы в лесу лежит бомба! Вдруг это так и есть? Вдруг это правда? Вдруг они ни капельки не выдумали?

И Лотте сразу стало не до мусора, все мысли ее были только о бомбе. О том, что бывает, когда такая бомба взрывается. Что чувствует человек, когда его разрывает на куски. Страшные мысли одолевали Лотту. Очень уж эти бомбы опасные! Если в вашем лесу появилась бомба, от нее надо держаться подальше. И нужно всех предупредить, чтобы держались от нее подальше. Нужно развесить объявления!

Правда стоя в коридоре и возясь с «молнией», Лотта попробовала убедить себя, что Сундику нельзя верить, он постоянно сочиняет. Но бомбы — это так страшно! Стоя в коридоре, Лотта пыталась вспомнить кого-нибудь, кто мог бы сходить в лес и проверить, а потом вернуться и сказать, что никаких бомб там нет. Сообразила: новая учительница! И, бросив воевать с «молнией», Лотта вбежала обратно в класс.

— Ты уже вернулась? — спросила новая учительница.

— Вы не могли бы пойти и проверить, что там лежит в нашем лесу? — крикнула Лотта.

Однако новая учительница только молча смотрела на то, что Лотта держала в руке. Пришлось и Лотте тоже посмотреть. Оказалось, ничего особенного, всего-навсего мусорный мешок. Тогда Лотта повернулась к ребятам, которые возились, как обычно, сидя за своими партами.

— Никто не должен ходить в лес! — сказала она. — Эти бомбы очень опасные!

И Сундик крикнул:

— А я что говорил!

Но тут новая учительница окончательно вышла из себя. Она так рассердилась, что стукнула указкой по своему столу, и указка разломилась на две части. И сразу в классе стало тихо-тихо. Старая толстуха никогда бы так не сделала, потому что она вообще не допустила бы такого беспорядка.

— Я скоро! — прозвучал в тишине голос Лотты. — Только вынесу мусор!

И она юркнула за дверь.

Лотта вихрем промчалась по коридору и положила мусорный мешок в директорском кабинете, потому что там в это время никого не было. Потом она промчалась обратно в класс и плюхнулась на свой стул. Весь остаток урока арифметики Лотта писала объявления. В каждом объявлении были одни и те же слова:

Сундик поглядел, что она пишет, и тоже принялся за дело. Скоро весь класс сидел и писал объявления.

«…а потом появился ТАИНСТВЕННЫЙ НЕКТО!» — говорит Лотта Монссон своей маме…

На следующей перемене на каждой сосне вдоль лесной опушки можно было прочесть:

ОСТОРОЖНО! ОСТОРОЖНО!

ОПАСНО! ОПАСНО!

И сразу было видно, какое из объявлений писал Торд, потому что он нарисовал череп с такими же добрыми глазами, как у него самого. Так же легко было узнать объявление Сундика, потому что он нарисовал огнедышащий вулкан. Сундик обожает рисовать вулканы. А еще он изобразил внизу человечка, а под человечком написал: «ВОЗМОЖНО ЭТО ДЕЛО РУК Т. Н. БЕРЕГИТЕСЬ!!!»

Когда Сундика спросили, что такое «Т. Н.», он объяснил, что это значит «ТАИНСТВЕННЫЙ НЕКТО», ясное дело! Зато другое объявление, которое повесил Димитрий, всех озадачило. На нем был изображен широкий круг и множество черточек. Сундик решил, что это и есть таинственная бомба, но Горд считал, что это больше похоже на паука — огромного паука, из тех, которые слышат, как трясется земля, когда мимо пробегает муравей. А сам Димитрий наклонил голову набок и сказал, что это может быть и то, и другое, и вообще что угодно.

Так или иначе никто больше не решался заходить в лес. Все страшно боялись этой самой бомбы. Никто не хотел говорить о ней, только стояли и представляли себе, что будет, если она взорвется. Лотта представляла себе так: сперва — трах!!! Потом — бум!!! Потом гул и на мгновение страшный мрак. А потом… потом ничего, потому что всему придет конец. Все ребята стояли и думали, как это будет, если всему придет конец. На земле будет полная тишина. Жуткая тишина. Но никто этого не заметит, ведь некому будет замечать. Страшное дело эти бомбы, потому что никто не знает наперед, сколько от них будет жертв. Может быть, один человек, а может быть, все люди на свете.