Безумцы и богоотступники не сдаются. В Пскове начат судебный процесс, где «уязвленный» журналист Дементьев подал иск на Владыку, требуя снять с него анафему. Мирской суд берется рядить «дела небесные», как если бы он вдруг задумал замуровать ворота в рай, или обязать газету «Псковский Рубеж», опубликовавшую клевету Дементьева, напечатать у себя путеводитель по аду.
Этот процесс важен тем, что продлевает бой, начатый митрополитом Евсевием за русское будущее, за русскую веру, за русское возрождение. Пусть к зданию суда придут русские люди, миряне и духовенство, казаки и воины псковской дивизии, историки и члены юношеских патриотических клубов. Пусть принесут свои иконы и хоругви, свои боевые знамена и воинские доспехи.
Владыко, ты уже победил. Россия вместе с тобой верящими устами возглашает: «Ида воскреснет Бог, и да расточатся враги Его!»
БЛАЖЕННЫ МИРОТВОРЦЫ
Известный западный богослов сказал: «Бойся бить в человеке по дьяволу. Как бы не задеть в нем Бога». Владыка Иларион, окормляющий Волоколамскую епархию, возглавляющий Отдел внешних церковных связей, отучившись в Оксфорде и явившись в Россию с Венской кафедры, похоже, пренебрегает этим пастырским правилом. В дни Сталинской годовщины, когда на Вождя обрушился шквал либеральной хулы, когда отъявленные русофобы и враги империи кидали в Сталина комья грязи, владыка Иларион влился в оркестр хулителей, играл в нем первую скрипку, благо по образованию он музыкант. «Я считаю, что Сталин был чудовищем, духовным уродом, который создал жуткую античеловеческую систему управления страной, построенную на лжи, насилии и терроре». Далее в том же роде. К нему присоединилась целая когорта священнослужителей, которые сатанизируют Сталина. И это в год, когда Сталин признан самым популярным в России лидером, когда половина населения России называет его Героем и Избавителем. Не изменяет ли упомянутым деятелям церкви чуткость к народному мнению? Не противопоставляют ли они себя народу в момент, когда народ обращается к церкви и ищет у нее защиты от чудовищных сатанинских стихий, ворвавшихся в русскую жизнь? Не раскалывают ли такие высказывания русское общество, неся в него смуту и раздор, наряду с теми, для кого насаждение раздора и смуты – есть платная миссия, и у кого из-под юбки, модного фрака или церковной рясы торчит скользкий, в крысиных волосках хвост?
Если владыка Иларион не чурается диалога с православной паствой из газеты «Завтра», к числу которых причисляет себя и главный редактор, пусть соблаговолит ответить на ряд вопросов, дабы сердце и ум наши не поддавались прельщению.
Почему, если Сталин «духовный урод», церковь шестьдесят лет молилась за Советскую власть, называла Сталина «Богоданным Вождем», прославляла советские праздники, принимала из рук Сталина приходы, выполняла самые деликатные сталинские поручения, а когда Вождь умер, отпевала его по православному обряду? Является ли этот «воинствующий советизм» ошибкой, ужасным заблуждением, впадением в сатанинскую греховность, а нынешний взгляд церкви на Сталина – истинным, духовным, православным взглядом? Или же нынешний взгляд – есть заблуждение, род помрачения, которое нисходит на гордецов в момент их случайной славы?
Что заставляло священников сталинских лет молиться за власть, которая отправляла на крестные муки исповедников православия, громила приходы, сеяла атеизм? Один ли страх или трусливое отречение от Христа? Или, быть может, понимание того, что Сталин шел путем императора Константина, вначале гонителя и мучителя христиан, а затем святого, создателя христианской империи, чье существование благодаря христианству продлилось на тысячу лет и через Византию восторжествовало в «Третьем Риме» – Москве?
Неужели иерархи церкви не ставят в заслугу Сталину прекращение чудовищной смуты, в которой «силы ада» правили бал, не оставляя шанса на возрождение русской государственности? Неужели не видят, что Сталин запечатал «врата ада», хотя печати, которые он накладывал, хлюпали кровью? Неужели забыли, что именно Сталин вернул народу русскую классику, русскую оперу и романс? Что песни Победы были построены на музыкальной традиции русских народных песен? Что «сталинская культура» – будь то сталинский ампир, или издания Пушкина, или спектакли Островского, и были возвращением в школу «основ православной культуры», которое с таким трудом, преодолевая либеральный афронт, осуществляет сегодня церковь?
Неужели иерархи равнодушны к имперской роли Вождя, который воссоздал великие русские пространства, растерзанные революцией? Им дороже бутафорские эмблемы царской империи, под которыми уже нет былых территорий, нет белорусов и украинцев, нет исконных русских земель в Прибалтике и Казахстане, и для них «имперский проект» – это целлулоидный монарх, заседающий на бутафорском троне в бутафорском зале Кремля? Где хоть одно, произнесенное с амвона слово в защиту Русской Империи, которую растерзали либералы, отбросив русских на триста лет назад, выжигающих каленым железом из русского сознания слово «империя»?
Почему, поливая смолой Сталина, иерархи боготворят Ельцина, разрушителя великой России? Почему церковные ордена сияют на груди олигархов, палачей народа? Почему, ударяя в Сталина копьем и поднося к его устам уксус, они не заступаются за исчезающий на глазах народ, бедный, поруганный, с топором в спине? Почему не пригрозят анафемой власти, которая в ответе за русское горе?
Неужели иерархам нравится походить на миллиардеров своими бриллиантовыми часами, своим золотом и роскошью, своими благоухающими «мерседесами», на которых, так и кажется, они мчатся распинать Христа?
Почему они ополчились на икону с изображением Сталина и молчат, как рыбы, когда иконой России делают Ксению Собчак, растленных певцов, гомосексуальных модельеров? Неужели не видят, что по России шествует в драгоценностях, в бриллиантовой короне, с убитым русским младенцем в руке, сама дьяволородица?
Победа сорок пятого года, одержанная советским народом во главе с Иосифом Сталиным, выпрямила «стези Господа», предотвратила падение мира в геенну. Она в своей мистической сути созвучна с явлением Христа, который своей крестной жертвой спас род людской. Россия Сталина принесла тридцать миллионов своих сыновей на алтарь Победы, что явилось ценой за спасение человечества. Ведь никто не говорит, что Христос заплатил слишком большую цену за спасение человечества? Почему же христианский пастырь, владыка Иларион так похож в своих поношениях Сталина на лютых атеистов, от которых нет-нет, да и пахнет серой?
Нельзя ли мне, рабу Божьему, в моем недомыслии получить ответы от архипастыря?
«ДОМОВОГО ЛИ ХОРОНЯТ…»
Смерть Гайдара выглядела совершенно иначе, чем смерть Ельцина. Иначе оплакивали, иначе погребали, иначе произносились поминальные речи, и тянулась траурная процессия. Ельцин по отношению к либералам был чем-то внешним, скрепляющим, сберегающим. Был скорлупой яйца, окружавшей студенистое вещество. Гайдар был его внутренним содержанием. Был зародышем. Был его сущностью, которая таилась в глубине таинственного желтка, в клейких недрах белка, среди тончайших перепонок и жилок. Истошные плачи, разрывание одежд, посыпание голов пеплом, небывалое, по всем каналам, прославление и оплакивание выглядело, как мистерия. Как магический ритуал, с которым провожают верховного жреца или саму божественную сущность, получившую человеческое обличие. Было ощущение, что погибла священная личинка, царственная матка, окормлявшая огромный рой, выделявшая сладкое молочко, плодоносящая яичками и червячками. Пышное, рассчитанное на простаков, «всенародное» отпевание Ельцина, и закрытые, исполненные изотерической тайны, проводы Гайдара.
Гайдар, с его ролью в русской истории, не являлся в полной мере человеком. Это чувствовали те, кто наблюдал его зыбкий, округлый облик, слышал исходящие от него звуки, похожие на всхлипы болотных пузырьков, видел странные, как у медузы, колыхания тела. Он являлся метафизической сущностью, мощно повлиявшей на глубинные коды России. Он согнул ось русской истории. Серией мощных ударов отколол нынешнюю Россию от ее материка, от ее сокровенных основ, от ее творящего Космоса. В этом смысле Гайдар не умер, а исполнил предназначение и вновь превратился в бесплотный сгусток энергии. Удалился в те сферы, откуда был послан на землю. Существует там в невоплощенном состоянии, ожидая нового задания, новой метафизической роли.
Он был действительно отцом «российского рынка», истинным «творцом реформ», смелым воином и безупречным рыцарем тайного ордена. «Ордена Русской Смерти». Он появился в русской истории в момент, когда огромная, исполненная несметных богатств и возможностей «красная страна» выбирала свой путь. Томилась остановкой в движении. Тяжко топталась на месте, ожидая Гения, способного снять с мели «красный ковчег». Такой Гений явился в Китае, и теперь Китай, стократ умножив свои «красные силы», становится лидером мира. Тем лидером, которым должен был стать СССР.
