Совершив миллион оборотов, помнишь все отрезки этого пути. Мысли, образы, эмоции и умозаключения, что посещали меня прежде, появляются снова и снова. Ревность, зависть, поиск удовлетворения (вначале чувственного и интеллектуального, а затем и духовного) – все это возвращало меня к исходной точке. К моей персональной версии недовольства собой и окружающим миром.
Убедившись, что моя «история» не уникальна (менялась лишь степень ее схожести и различия с «историями» других людей), я продолжала верить, что страдаю как-то по-особому. И естественно, продолжала страдать. Я сознавала трагический романтизм, пронизывающий большинство событий моей внутренней и внешней жизни, но и мысли не допускала, что сама моя «история» не настоящая.
Я не знала, что́ мне делать. Можно ли быть счастливой и удовлетворенной и в то же время невыразимо тосковать по чему-то непонятному, чего я даже назвать не могла? Силясь развязать психологический узел страдания, я перепробовала все, что знала.
И наконец я поняла: мне нужна помощь. Нужен учитель. Я стала молиться, чтобы на моем пути встретился настоящий, истинный учитель. Окончательный. Тогда я не понимала, каким должен быть истинный учитель и его учение. И не задумывалась о результатах такой встречи. Просто хотела освободиться от нескончаемой внутренней борьбы, понять, в чем смысл моего существования, но не знала, как это сделать. Мне казалось, я перепробовала все мыслимые и немыслимые способы и в конце концов сдалась.
Через полгода молитв об истинном учителе, в результате чудесного стечения обстоятельств я оказалась в Индии, лицом к лицу с Х. В. Л. Пунджей (Пападжи)[3]. Со мной еще никто и никогда не здоровался столь необычным образом. Сверкнув глазами, он пригласил меня войти и взять все, что он способен мне дать. Он не спрашивал, кто направил меня к нему, не проверял мою карму, не оценивал моих заслуг. Взглянул мне в глаза и, поняв мое состояние, произнес:
– Скажи, чего ты хочешь?
– Свободы, – ответила я. – Хочу выбраться из тупиков и заблуждений. Хочу знать, действительно ли существует окончательная, абсолютная истина. Скажите, что́ мне делать?
– Ты оказалась в нужном месте! – Это было первое, что я услышала.
Затем он сказал:
– Не надо ничего делать. Ты не можешь остановить процесс делания, и в этом твоя главная сложность. Откажись от действий. Отбрось все свои представления, прекрати все свои поиски, забудь все оправдания и постарайся сама увидеть то, что есть и всегда было. Прекрати свои движения. Ни к чему не приближайся и ни от чего не отдаляйся. Замри.
Я не понимала его, поскольку и так сидела не шевелясь. Потом сообразила: Пападжи говорил не о физическом движении. Он велел мне прекратить умственную деятельность.
Разум тут же забросал меня сомнениями и страхами. Если я перестану думать, я не смогу заботиться о своем теле. Не выберусь из кровати. Не смогу вести машину. Не доберусь до работы. Такая перспектива меня ужасала. А если я прекращу поиски, то поле, которое возделывала все эти годы, снова зарастет сорняками. Все достижения пойдут насмарку.
Но человек, перед которым я оказалась… одно его присутствие остановило мою «мыслемешалку». Стоило взглянуть в его глаза, и я почувствовала такую силу, ясность и беспредельность, что застыла на месте. Я ведь просила о встрече с учителем. К счастью для меня, просьба исполнилась. Теперь я должна внимательно прислушиваться к его словам. В тот момент мне захотелось прекратить все поиски и исследования и поверить мыслям, лежавшим глубже сомнений и страхов. Казалось, я падаю в пропасть безнадежного отчаяния. Но странное дело: эта «пропасть» оказалась местом удивительных откровений. Я вдруг поняла: удовлетворенность и покой, которые я повсюду искала, всегда были рядом и не собирались никуда от меня ускользать. И самое шокирующее открытие: оказывается, я всегда это знала! Все, чего я могла бы пожелать, уже было со мной, слагая основу чистого вечного бытия. Все страдания, которые я называла «моими» и относящимися ко «мне», на самом деле обитали в сверкающей, чистой бытийности! И что еще важнее: я увидела свою истинную суть. Я и являлась этой бытийностью. Такая же бытийность присутствует везде и во всем, видимом и невидимом.
Одновременно с этим открытием произошло знаменательное смещение точки моего внимания. Если раньше оно было сосредоточено на «истории моего бытия», то теперь обратилось к бесконечной глубине бытия, всегда залегавшей под «историей». Какой покой! Какое отдохновение! Я и раньше испытывала мгновения единства с Космосом и высшего блаженства, но рядом с Пападжи пережила состояние иного порядка. Это был трезвый, спокойный экстаз; момент осознания, что я ни в малейшей мере не ограничена «своей» историей.
Простота открытия, сделанного мною, была невероятной. Я и подумать не могла, что все окажется настолько просто. Меня всегда учили: пока не освободишься от греха, жадности, агрессии, ненависти и кармы, тебе не достичь этого состояния. Я верила. И наконец поняла: все мои мысли, чего бы они ни касались, всегда были только мыслями. Опереться на них невозможно по причине их обусловленности и непостоянства. Когда тебе открывается истина, уже нельзя доверять мыслям и мышлению. Мышление перестает главенствовать. Прежний страх незнания трансформируется в радость незнания. Состояние незнания открывало мой разум тому, что невозможно постичь мышлением. Какое облегчение! Какое потрясающее освобождение!
Пападжи задал несколько вопросов, потом проверил меня и увидел, что поток моих мыслей действительно остановился. Поняв это, он предложил мне идти «от двери к двери» и рассказывать другим о своем опыте.
– Пападжи, честное слово, я не знаю, как это делается.
– Хорошо, – ответил он. – Через какое-то время ты расскажешь о своем опыте.
Он дал мне духовное имя Гангаджи, в честь священной реки Ганг. На берегу этой реки мы с ним встретились. А еще – я явилась ему во сне в облике богини Ганга.
Постепенно мой опыт заинтересовал других. Собрания быстро переросли рамки нашей гостиной. И тогда, как и предлагал Пападжи, я стала путешествовать «от двери к двери», организовывать встречи в разных странах мира и встречаться с людьми из всех социальных слоев.
После смерти Пападжи один журналист спросил меня, что́ этот человек значил в моей жизни. Я ответила так:
– До встречи с Пападжи у меня не было жизни. Была история страданий с вкраплениями радости и даже мгновениями блаженства. Но страдания преобладали. Встретив Пападжи, я распрощалась со своей историей и начала жить.
С тех пор как я оставила попытки удовлетворить свой разум и перестала искать удовлетворения во внешних обстоятельствах, моя жизнь протекает в радости. Конечно, на меня и сейчас обрушиваются несчастья. Бывает, я рассержусь на что-то или впаду в отчаяние. Но в основе моей нынешней жизни все равно лежит радость. Не надо бояться смены настроений. Не надо их избегать. В конечном итоге все настроения, все состояния ума, все чувства – словом, всё, что поддается исследованию, указывает на один и тот же источник: чистое небо удовлетворенного сознания. Это моя истинная суть, равно как и суть каждого из вас.
Меня спрашивали, являюсь ли я гуру, главой церкви или основательницей новой религии. Я никогда не считала себя гуру и, уж конечно, не собиралась возглавлять церковь и создавать религию. Некоторые называют меня учителем, хотя на самом деле я ничем не отличаюсь от других людей. Все мы аспекты, или «контрольные точки», единого сознания. Я могу играть роль учителя лишь потому, что знаю: все роли не настоящие. Истинный учитель живет в каждом из нас и рано или поздно проявляется либо внутри нас, либо в окружающем мире.
То, о чем я говорю, не имеет ничего общего с религией. Хотя Шри Рамана Махарши – учитель моего учителя – был индуистом и сам Пападжи воспитывался в индуистской семье, его учение не является ни восточным, ни западным. Оно не проводит различий между индуизмом, христианством, иудаизмом, мусульманством, буддизмом и язычеством. Не делает различий между мужским и женским, между вами и мной. Это учение направлено на признание вездесущности бытия во всем: в вас, во мне, в океане, горах, небесах. Оно приемлет все блаженство и весь ужас. Это поле чистого присутствия – живое, разумное и обладающее потенциалом осознанного проявления в каждом из вас.
Кто вы на самом деле? Сознание. Не имя, не тело, не эмоции и не мысли. Это лишь «переменные величины», которые появляются и исчезают. Они рождаются, существуют какое-то время, а затем умирают. Сознание не знает появлений и исчезновений. Оно пребывает в «здесь и сейчас». У него есть только одно время – настоящее.
Сознание свободно. Оно не связано именем или понятием. Не ограничено представлениями о пространстве и времени. Не подвержено эмоциям, не знает болезней. Вы – это чистое сознание. Вы всегда были свободны, ибо всегда были сознанием. Ощущали себя точкой в сознании и вследствие этого воображали себя ограниченными телом.
