кричит, что мы нашли его жену.
— Вот как? Ну проводи его в комнату для заседаний. Я сейчас подойду.
Перед тем как выйти из кабинета, я сажусь перед компьютером и проглядываю сайты двух или трёх лондонских выпусков. Тексты примерно одинаковые, скупые на подробности, но достаточно отредактированные, чтобы вызвать интерес, сочувствие и злорадство одновременно:
«Сегодня известный российский инвестор господин Игорь Синегаров обратился за помощью в полицию Великобритании. Он сообщил, что ему не удалось установить местонахождение супруги, когда он вернулся из короткой поездки в Москву. Он уверяет, что её похитили ради выкупа, так как получил анонимное требование приготовить определённую сумму…»
Дальше идут осторожные предположения следователей и публичное обращение обеспокоенного мужа с мольбой, не вредить здоровью жены.
Я увеличиваю фотографию на одном из сайтов. Ого! На снимке, рядом с лощёным мужчиной в таксидо стоит такая же высокая блондинка с внешностью кинозвезды. Бесподобная улыбка. Она мне чем-то напоминает… Ну, конечно! Мое поколение восхищалась красоткой Джулией Робертс. Она и сейчас хороша. Только кроме улыбки у этой красавицы всё прочее не отличается от любой другой модели. Моя дочь, Кейли говорит, что в наше время можно слепить… Она так и сказала «слепить»… любое лицо. Даже Джулию Робертс, если денег куры не клюют. А у этого парня явно нет проблем с деньгами.
Я направляюсь в комнату, где наш гость изо всех сил отказывается от казённого кофе. Я могу его понять, и посылаю Хабиба за бутылкой минеральной воды. Сидящий передо мной человек сильно отличается от красавца на фотографии, но это он. На нём дорогой спортивный костюм. Он уже пару дней не брился, не спал, и даже не ел. Но пил. Это я по запаху чую. Он уверяет меня, что как только узнал о погибшей в нашем графстве женщине, как решил сам приехать. Он беспокоится, что это может быть его жена, и тогда… жизнь для него кончена. На вопрос, откуда он узнал (ведь эта новость ещё не выходила за пределы местных газет и их сайтов)? Он отмахивается, мол кто-то из знакомых прислал ссылку. А почему он так рвётся доказать, что найденная нами женщина — его супруга? Он отвечает:
— Сэр, меньше всего на свете я бы хотел, чтобы моя Светочка погибла такой ужасной смертью. Но если это не она, я буду продолжать надеяться… А если её больше нет, то пройдёт и неопределенность. Вместе с беспомощностью, она просто убивает меня.
От самодовольной улыбки на фотографии не осталось и следа. Передо мной ссутулился на стуле мужчина чуть моложе меня. Он глубоко несчастен, сильно волнуется и с трудом сдерживается. Если бы с моей Лорой что-то случилось, я бы тоже не особо заботился о внешности.
— Мистер Синегаров, у вашей жены была своя машина?
— У нас их четыре, все так и стоят в гараже, кроме той, на которой я приехал из аэропорта.
— И ни у неё, ни у её знакомых не было «Ниссана Премьеры»?
— Ну, что вы… В такое старье она бы не села. Да и наши знакомые — тоже.
— Я действительно расследую смерть, но именно в такой машине погибла наша неизвестная — «Джейн Доу».
— Это могла быть машина похитителя.
— Могла… — начинаю я, но тут открывается дверь, и входит Ронни с бутылкой воды в руках.
— Босс, Хабиб сказал, что вы здесь. Вот… просил захватить.
Он без выражения смотрит на посетителя, а я рад, что Рон пришёл так вовремя.
— Знакомьтесь. Это глава моей экспертной группы — Ронни Янг. Он лучше меня вам ответит, может ли наша потерпевшая быть вашей супругой. А это Игорь Синегаров. Ты наверняка слышал это имя.
— Здравствуйте, — Ронни ставит перед ним воду.
— Ронни? Роналд, стало быть?
— Нет. Мирон.
Наш гость делает глоток, разглядывая альбиноса, и вдруг обращается к нему на иностранном языке — на русском, скорее всего. Без того румяный парень еще больше краснеет, и отвечает по-английски. Он, оказывается, лучше воспитан.
— Да, из Сибири. Мне было четырнадцать лет.
Снова вопрос по-русски. А Рон, не моргнув, отвечает:
— Я, конечно, могу попробовать, но мне нужны её личные вещи и разрешение начальства.
Синегаров, наконец, вспоминает обо мне:
— Простите, мы оказались земляками. Полиция уже была у нас дома, но я очень прошу вас, помогите мне.
Я решаю воспользоваться таким случаем и вызываю Хабиба, чтобы тот проводил посетителя к выходу. Ронни стоит с кислой физиономией.
— Олигарх… — произносит он с презрением, когда мы остаемся одни.
— Что поделаешь? А ты зачем меня искал?
— Берч принес мне видеозапись. Они нашли старый «Ниссан» M204IWR на заправке всего в нескольких милях от места убийства. Водителя не разглядеть, он остался сидеть в машине. Жертва сама залила бак и расплатилась. Там же и прикупила снедь. Мне отправить туда кого-нибудь отпечатков пальцев собрать, или не надо? Работы много, а толку может быть ноль. Сравнить-то не с чем.
— Конечно, отправь. Тем более, что теперь будет с чем сравнить. А она как выглядела?
— Ничего примечательного. Высокая, стройная, волосы под шарфом, темные очки. Там качество записи не очень…
— Светлана Синегарова тоже высокая и стройная. Я велю Майклу для тебя её фотографии распечатать. Поехали к Синегарову вместе.
* * *
Но в особняке Синегарова на западе Лондона уже потрудились горничные.
— Беда в том, что мы сюда только что переехали из Бристоля. Только сутки здесь вместе прожили. А убирают его каждый день. Вот её отдельная спальня с гардеробной и душевой. Она тут спит, когда я храплю.
Я оглядываюсь в пышной гардеробной, а перед самой дверью в огромную ванную Ронни ставит на пол рабочий саквояж и надевает на ботинки бахилы. На его груди приколот яркий фонарик, несмотря на солнечный день. Он оглядывается с пинцетом в руке.
— Это её расческа?
— Да.
— Спасибо.
Ронни заклеивает в прозрачный конверт пару жёлтых волосин. Хозяин задумчиво наблюдает за ним, затем горестно вздыхает и оставляет нас. Ронни ждёт, пока тот отойдёт подальше и опускается на колени перед душевой кабиной.
— Так-то лучше, — бормочет он, и тянет из сливного отверстия другой длинный волос, — У-у! Хелло, а это что?
Оказывается его внимание привлек лежавший тут же крохотный белый осколок, формой, размером и даже блеском похожий на кунжутное зернышко.
— Всякую дрянь подбираешь? — любопытствую я, — кусок пластмассы, обмылок или сломанный ноготь?
Он подхватывает осколок пинцетом.
— Это нечто гораздо лучше… — Ронни встает на ноги, и я поражаюсь тому, как изменилось его лицо, — Босс, я как-то запомнил один старый урок — придавать мелочам больше значения, чем крупным
