отвечает кому-то, то кажется, будто он тем самым делает одолжение. Но при всей своей напускной важности, он умеет шутить, и улыбается с этой милой ямочкой на левой щеке, и мне хочется верить, что это все его высокомерие напускное.
На последнем уроке литературы нам дали задание прочитать отрывок пьесы Максима Горького “На дне”, чтобы после обсудить основную философскую мысль, нужна ли ложь во спасение и как научиться управлять своей судьбой. Вопросы актуальные во все времена.
Когда, мне казалось, должны были все уткнуться в свои книги, в меня полетели записки.
Разворачиваю и читаю первую.
“Вали откуда приперлась!”
Остальные, не читая закидывала в рюкзак, чтобы после уроков выкинуть все сразу в урну.
Чувствую, как начинает гореть правая сторона лица, как будто кто смотрит на меня. Поднимаю глаза и снова натыкаюсь на его взгляд. Он смотрит на меня так же, как на физике. Колюче и холодно.
Набираюсь смелости и нагло приподнимаю бровь, мол, что уставился, на что Ярослав прищуривается и резко отворачивается.
Какой ты настоящий, Королёв? Неужели сейчас?
В при первой нашей встрече, он просил его называть Ярик.
Может у него есть брат близнец с таким же именем, что маловероятно, или у него короткая память, как у рыбки, раз он забыл о нашем общении до того, как я зашла в этот выпускной класс.
Мы познакомились на прошлой неделе. Ярослав – сын маминого нового начальника. Меня оформили в школу с понедельника, поэтому в обеденный перерыв прошлой пятницы я приехала к маме в офис, чтобы передать флешку, забытую ей дома, без которой она не могла обойтись оставшийся рабочий день.
По стечению обстоятельств, в офис заехал и Ярослав к своему отцу. Мамин босс, Владимир Сергеевич Королёв, предложил своему сыну провести мне небольшую экскурсию по Измайловскому району. Я конечно же отказалась, на что наши родители лишь отмахнулись.
– У Ярослава, наверняка есть дела поважнее, чем тратить время на меня, – мне было неловко смотреть на красивого высокого юношу.
– Нет проблем, па. Дина, я с удовольствием покажу тебе классные места, – парень улыбнулся и его озорной блеск, и ямочка на левой щеке меня убедили.
Ярослав яркой славянской внешности, светловолосый, со стильной прической, и светлыми глазами. А еще эта ямочка, что придавала его лицу мальчишеского задора. Он был стильно одет в черные брюки, темное пальто и коричневый шарф, обмотанный поверх воротника. Модник. Рядом с ним я в своем спортивном дутом желтом демисезонном пуховике смотрелась комично. Но парень был так мил со мной, что я откинула эту мысль.
Казань никогда не казалась мне маленьким городом, но она, конечно, ни в какие сравнения не идет со столицей. Тут совсем другая жизнь. Кипящая. Наполненная яркими красками. Это пугает и будоражит.
Ярик предложил прогуляться по парку, что занимал большую часть района, много шутил, рассказывал про своих друзей и школу. Оказалось, мы будем учиться в одной школе, но в одном ли классе, было еще не ясно. Я очень надеялась, что в одном. Мне хотелось, чтобы в первый учебный день в новой школе у меня был друг.
А когда неожиданно Ярик меня поцеловал, и тут же признался, что просто не удержался, так я ему понравилась, мое девичье сердечко готово было выпрыгнуть из груди. Так сильно оно билось.
Это был мой не первый поцелуй, но по эмоциям перечеркнул все предыдущие. Мне казалось, что меня впереди ждет что-то невероятное.
А что же сейчас?
Сейчас, Ярик делает вид, что я ему неинтересна. Что мы даже не знакомы! И у него есть девушка!
Симпатичная блондинка с длинными прямыми волосами, что собраны в два хвоста, сидит с ним за одной партой. Катя Волкова. Так ее окликнул кто-то. Она все время ластиться к Ярославу, заигрывает, а он обнимает ее на переменах и целует в губы при всех.
Ну как так-то?
Зачем он флиртовал тогда со мной? И целовал? Играл?
Почему он не попросил прекратить этот ужасный стеб? Ведь и дураку ясно, что одно его слово, и все прекратится, но он и слова не сказал.
Сколько так будет продолжаться?
После звонка собираю рюкзак и иду в кабинет физики, спиной ощущаю, как горит мой затылок. Я знаю, что Ярослав идет за мной на достаточном расстоянии, но я чувствую его прожигающий взгляд. Держусь из последних сил, чтобы не обернуться и не спросить, почему он так себя ведет.
Так и не решившись, захожу в кабинет, где нас ждет Артемий Александрович.
– Динара, Ярослав. Вот вам несколько вариантов тестов, хочу выявить ваши пробелы, – протягивает нам несколько листов. – До конца недели прошу выполнить. В пятницу после уроков факультатив.
– Я не могу, у меня тренировка, – подает голос Королев.
– Тогда придется успеть к четвергу.
Ярослав кивает, и мне приходится согласиться на четверг.
– Можете идти, – отпускает нас Артемий Александрович взмахом руки.
– До свидания, – произношу и первая покидаю класс, но успеваю сделать всего несколько шагов по коридору, как Королев дергает меня за локоть и тащит в сторону лестницы.
За поворотом никого нет, парень толкает меня к стене, и нависает надо мной, опираясь правой рукой возле моего лица.
Не могу и слова вымолвить. Он подавляет своей энергетикой.
– Слушай сюда, новенькая, – и меня передергивает от его интонации. Что успело случиться за выходные, что он ведет себя как мудак? – Между нами ничего не было.
– Почему? – из последних сил пытаясь остановить подступающие слезы.
Его слова как последний гвоздь в мой закрытый гроб. Целый день терпела сперва нападки сверстников. Это забрало немало усилий. Сил держать лицо почти не осталось. И Ярослав только добивает меня своими словами. Только бы не расплакаться! Он не должен видеть мои слёзы!
– Что почему? – с ленцой переспрашивает, а после ухмыляется и смотрит на меня сверху вниз, словно увидел букашку. – Забудь, что было в пятницу.
– Но…
– Никаких “но”, чернявая! Не смотри даже в мою сторону! – перебрасывает рюкзак через плечо и спешит покинуть уединенный закуток коридора.
– Но поцелуй? – тихо договариваю не озвученный мной вопрос в уходящую спину. – Ну и иди, к черту!
Глава 3
До возвращения мамы с работы ещё несколько часов, и я уже знаю о чем будет её первый вопрос: как прошёл мой первый учебный день в новой школе.
И я не знаю, что ей ответить.
Знаю, врать не хорошо, но и расстраивать маму тоже не хочу. Лучший вариант просто немного недоговорить. Может, завтра все будет иначе?
Сомневаюсь, конечно, но
