Читаем без скачивания Скайгард - Дмитрий Воронин

- Всем системам - отключение. Она устало вытерла тыльной стороной ладони пот. Посадила. Надо же…

Грузовой пандус откинулся, броневая плита легла на еше горячее бетонное покрытие. Вот сейчас Катя была олицетворением всего восторженного, что можно услышать о космосе и космонавтах. Идеально отглаженный бежевый мундир, эмблема гражданского мастер-пилота, нашивки боевых вылетов. Невысокие полусапожки с подмагниченными подошвами. Волосы распушены, золотой волной спускаясь до середины спины. Наверняка Макс, несомненно наблюдавший за ней через видеокамеры посадочной площадки, в этот момент затаил дыхание. Бетон ещё не остыл, над ним струилось марево раскалённого воздуха. Девушка усмехнулась: да, отменная посадка. Ни одного повреждения - если не считать перегоревшее оборудование. Но с импеллерами всё ясно - планетарные давно выработали все мыслимые сроки эксплуатации. Быстро перебежав через наиболее горячий участок, Катя подошла к краю площадки и, опершись об ограждение, с наслаждением вдохнула прохладный воздух. После теоретически стерильной, многократно прогнанной через фильтры (всё равно никакая фильтрация не способна устранить осточертевший запах масла, горелой проводки и пота) атмосферы корабля настоящий воздух казался восхитительным. Седьмая Посадочная находилась на краю космодрома, и совсем рядом, всего в полутысяче шагов, начинался лес даже сюда доносился аромат зелёной листвы, пусть и слегка смешиваясь с запахами гари и раскалённого металла. Катя зажмурилась, представляя свою маленькую, но такую уютную квартирку… и кровать с чистой-чистой простынёю.

Послышался мягкий рокот, и к выходу с площадки подкатил небольшой робот-кар. Катя забралась на сиденье, коснулась сенсора - и ярко-жёлтая машинка неторопливо двинулась к далёкому зданию астропорта. Перемещаться в посадочной зоне самостоятельно категорически запрещалось - в бортовой компьютер кара непрерывно поступала информация о безопасном маршруте. Впрочем, сейчас на космодроме было тихо. Представитель «Галакта» уже ожидала пилота. Довольно интересная сухощавая женщина лет шестидесяти встала с кресла, как только Катя появилась в дверях.

- Капитан Шелест? - вопрос был в высшей степени формальным - они обе давно знали друг друга.

- Во плоти, инспектор.

- Блестящая посадка. Я наблюдала за вами.

- Спасибо, - чуть заметно усмехнулась Катя. Похвала была приятна, тем более от этой женщины. В молодости Анна Ремезова была отличным пилотом, это знали все. И сейчас на её сером мундире поблёскивали три крошечные звёздочки - эмблемы дальних экспедиций. Предмет тихой зависти мастер-пилота Екатерины Шелест. Прошли те времена…

Уже много лет дальние экспедиции осуществлялись исключительно силами Флота. Всё началось с колонии Келли, Альтаир-3. С дикой и бессмысленной бойни, в результате которой оказался стёрт с лица земли единственный городок в полторы тысячи жителей. Флот прочесал все ближайшие сектора, но не нашёл никаких следов врага. В своё время средства массовой информации подняли по этому поводу невероятный шум, обвиняя военных во всех смертных грехах, начиная от халатности и заканчивая прямым небрежением интересами Федерации. Заговорили и об амстад, но Ассамблея выложила груду документальных свидетельств того, что ни один корабль Роя не приближался к Альтаиру ближе чем на пять парсек. Разумеется, никто амстад не верил, но для официальных обвинений нужен хоть какой-нибудь повод. Затем исчезла экспедиция к Фомальгауту - простой, давно опробованный маршрут, жалких двадцать два световых года от Солнца. И снова недели бесплодных поисков. В течение следующих трёх лет пропали ещё четыре экспедиции, после чего Армия, ссылаясь на интересы Федерации и заботу о безопасности граждан, сосредоточила в своих руках все исследования, проводимые вне сферы диаметром около сорока световых лет.

- Мастер-пилот Шелест, вынуждена официально известить вас… - инспектор сделала паузу. Затем, вздохнув, продолжила: - Что компания «Галакт» прекращает действие вашего контракта в связи с ликвидацией закреплённого за вами трампа К-12. Мне жаль.

- Мне тоже. Катя понимала, что этот разговор - такая же формальность, как и приветствие. Инспектор выполняла свою работу. Может быть, позже им удастся поговорить наедине, и тогда Ремезова найдёт другие слова. Из всех «жаб» она была самой человечной. И единственной, кого не называли «жабой» в глаза.

- Ваша карточка, мастер-пилот. Инспектор протянула небольшую пластиковую карточку, на которую была внесена плата за последний рейс обречённого трампа. Катя прикоснулась пальцем к сенсору, сканер считал её биокод и выдал на небольшой экран сумму. Девушка чуть вздёрнула бровь - удивление было приятным. И всё же… и всё же она обязана уточнить.

- Сумма больше оговорённой в контракте.

- Совершенно верно, мастер-пилот. Небольшая премия от компании… за мягкую посадку.

- А если бы я разбила трамп вдребезги? Ремезова улыбнулась уголками губ:

- Тогда это была бы премия за риск. Катя, «Галакт» действительно сожалеет о случившемся. Увы, транспортные рейсы не оправдывают себя. «Стационар-1» убыточен, и это не секрет даже для обывателей. Компания сворачивает свою деятельность, оставшиеся трампы будут проданы…

Хотя кому нужен этот металлолом! Вероятно, права на разработку астероидного пояса перекупит «Звёздный Мост» или какая-нибудь другая из мегакорпораций. Как водится в подобных ситуациях, за гроши. Сюда доставят мобильные заводы… но я думаю, что роль «челнока»[8] тебя не устроит. От одной мысли о таком применении её пилотского мастерства у Кати мороз пошёл по коже.

- Удачи, мастер-пилот Шелест. Инспектор чуть склонила голову, резко повернулась и с явной торопливостью двинулась к выходу из астропорта. Катя вдруг подумала, что и для Ремезовой это - прощание. Не с Катей - с космосом.

Пусть Анна давно уже не покидает планету, но она всё равно ощущает некую сопричастность, некую связь с той жизнью, которой отдала столько лет. А если «Галакт» исчезнет… найдётся ли у нового хозяина место для шестидесятилетнего портового инспектора? Вряд ли. Настроение было испорчено безнадёжно. Девушка даже не поднялась в диспетчерскую, хотя Макс наверняка ждал её. Ничего. Переживёт. Катя вышла из здания. Ремезова уже уехала. Навалилась усталость, очень захотелось спать. Нет, сначала принять настоящий душ - долгий, на целый час. Или больше. Стоять под тугими тёплыми струями и не думать о том, что рециклер трампа дышит на ладан и не успевает очищать воду, а потому на душ отводится не больше пяти минут. Потом поужинать… что-нибудь экзотическое, с премии вполне можно позволить себе маленькую роскошь. А уже потом - спать… долго-долго. Она села в такси, сунула карточку в прорезь на приборной панели. Послышалось тихое гудение. Затем из динамика раздался приятный мужской голос:

- Приветствую вас, госпожа Шелест. Маршрут?

- Домой.

- Время в пути - два часа семь минут. Желаете музыку?

- Нет. Я, пожалуй, вздремну.

- Как пожелаете, госпожа. Катя откинулась в кресле и закрыла глаза. Терминал выдал десяток строк, и Катя закусила губу. Так мало вакансий…

Да уж, Сибириада действительно приходит в упадок. Ещё лет двадцать назад на космодроме каждые пять минут садился или взлетал корабль. Тогда именно здесь проходила граница освоенного людьми пространства. Хотя «освоенного» - сильно сказано. Так или иначе, но тогда жизнь на Сибириаде била ключом. По заказу Флота отгрохали великолепный космодром, оборудованный по последнему слову техники. Научный корпус развернул несколько баз на планете (зачем - так и осталось тайной за семью печатями, ибо ничего стоящего научники не нашли). Спустя год прибыли транспорты с колонистами. А когда геологи оценили богатства астероидного пояса, колония и вовсе получила статус «А», то есть режим наибольшего благоприятствования.

Вскоре «Галакт» - тогда ещё фирма молодая и преисполненная амбиций - вложил немалые деньги в монтаж орбитального завода «Стационар-1» и доставил в астероидный пояс два десятка автоматических обогатительных фабрик. Начались регулярные рейсы трампов - выгодные рейсы, астероидный пояс находился невероятно близко к планете, всего лишь чуть более полутора миллионов километров. Около тридцати часов крейсерского хода для обычного малотоннажника, трое суток - для трампа без нагрузки. Катя застала самый разгар этой эйфории - Земле требовались ресурсы, и каждый сибирианин в мечтах видел себя богачом. Каждый в колонии стремился работать на «Галакт». К чему мучиться с сельским хозяйством, если проще и дешевле закупить необходимое продовольствие. Да и всё остальное тоже. А потом всё неожиданно изменилось. В 2358-м, одна за другой, с интервалом всего лишь в три месяца, были исследованы две планетные системы в одной обнаружили три астероидных пояса, в другой - два. И все оказались чрезвычайно богатыми. Но самое главное, обе системы располагались много ближе к Солнцу. И о Сибириаде забыли.