— Ох, конечно! — воскликнула Кловер, с облегчением переводя дух. — Это будет здорово! Мне так хочется послушать о вашем новом доме. — Игривым тоном она добавила: — А приятных новостей у вас еще нет?
— Прошу прощения? — недоумевающе переспросил Даг.
Фаун, которая с легкостью расшифровала вопрос Кловер как «Ты еще не беременна?», ответила как подобает:
— Еще нет. А как насчет вас с Флетчем?
Кловер захихикала, положив руку на живот.
— Ну, определенно говорить еще рано. Но уж мы стараемся изо всех сил. Наша помолвка затянулась — то одно мешало, то другое, — так что мы решили не тянуть с пополнением семейства.
Флетч посмотрел на свою новобрачную с гордой улыбкой собственника, как любой крестьянин мог бы глянуть на свою породистую кобылу, и Кловер ответила ему самодовольным взглядом. Фаун раньше не всегда ладила с Кловер, но теперь не могла не признать, что та оказалась очень подходящей женой для недалекого Флетча, даже если не считать ее приданого — поля в сорок акров и большого участка леса совсем рядом с землями Блуфилдов.
— Мы надеемся, что к зиме новости появятся, — уточнил Флетч.
Фаун посмотрела на Дага. Несмотря на урон, причиненный Злым его Дару, на таком расстоянии он наверняка мог бы определить, беременна Кловер или нет. Даг криво улыбнулся и коротко помотал головой. Фаун коснулась отметин, оставленных Злым на ее горле, которые теперь приобрели карминный оттенок, и подумала:
«Не стоит больше об этом говорить».
Мама Блуфилд осторожно поинтересовалась:
— Так как у тебя пошли дела с твоими новыми соплеменниками в лагере Хикори, Фаун? С твоей новой семьей?
Семьей Дага… После паузы, которая, возможно, была слишком красноречивой, Фаун выдавила:
— По-разному.
Даг взглянул на нее и сглотнул — явно не только для того, чтобы доесть последнюю ложку, — но сказал достаточно откровенно:
— По правде говоря, не слишком хорошо, мэм. Но мы не поэтому оказались в дороге.
— Эта свадебная тесьма, которую мы сплели, — тревожно спросила Нетти, — она что, не сработала?
— Сработала прекрасно, тетушка Нетти, — заверил ее Даг. Он обвел взглядом сидевших за столом. — Мне следовало бы объяснить вам кое-что, о чем только Нетти знала, когда мы с Фаун поженились. Наша свадебная тесьма, — он коснулся темной полоски над левым локтем и кивнул на такую же тесьму, обвивавшую левое запястье Фаун, — это не просто украшение. Стражи Озера вплетают в тесьму свой Дар.
Эти слова были встречены пятью недоуменными взглядами, и Фаун стала гадать, как Даг собирается объяснить ее семейству, что такое Дар: ведь никто из них не видел того, что видела она. К тому же ему приходилось преодолевать привычку всей жизни — нет, необходимость — хранить секрет. Что ж, судя по тому, как глубоко он вздохнул, Даг все же собирался начать.
— Только вы, фермеры, употребляете слово «магия». Стражи Озера зовут это просто Даром. Мы считаем, что в нем не больше магии, чем в посадке семян тыквы, чтобы вырастить урожай, или в прядении шерсти, чтобы соткать материю. Дар есть… есть во всем, он все пронизывает, живое и неживое. В живом Дар ярче всего, он пульсирует и меняется. В неживом он постоянен и только мурлычет. Вы все имеете Дар, только не чувствуете этого, а дозорные воспринимают его напрямую. Можно думать о Даре как о втором зрении, хотя зрение не вполне… нет… — «Выражайся попроще, Даг», — буркнул он себе под нос, поднял глаза и продолжил: — Просто думайте о Даре, как о втором зрении, ладно?
Восприняв непривычное для этого семейства молчание как поощрение, Даг добавил:
— Так как мы можем видеть Дар в предметах, мы можем… по крайней мере, многие из нас… двигать вещи с помощью их Дара, менять их, помогать им…
Мама Блуфилд облизнула губы.
— Значит, ты таким образом починил чашу, которую разбили близнецы? Ты свистнул осколкам… это и есть работа Дара?
Лишив весь клан Блуфилдов дара речи, как живо вспомнила Фаун. Вот уж тут точно без магии не обошлось!
Даг с широкой улыбкой благодарно посмотрел на маму Блуфилд.
— Да, мэм. Вот именно. Ну, свист тут, правда, ни при чем… То была, пожалуй, лучшая моя работа с помощью Дара.
«Ну, все-таки самой лучшей была другая», — подумала Фаун, вспоминая Рейнтри. Однако события в Рейнтри произошли позже, да и обошлись дороже: едва не стоили Дагу жизни. Понимают ли ее родичи, что сделанное Дагом было не просто трюком?
— Стражи Озера предпочитают думать, будто только они ощущают Дар, — продолжал Даг, — да только я встречал и фермеров, у которых обнаруживались следы такого умения… а иногда и больше, чем следы. Вот Нетти — как раз из таких. — Даг кивнул на тетушку Нетти, которая улыбнулась в его сторону, хотя ее белые, как жемчужины, глаза его и не видели. Флетч, Кловер и Вит выглядели пораженными, а мама Блуфилд — не особенно. — Не знаю, обострила ли слепота ее умение, однако с помощью Нетти мы с Фаун сумели вплести наш Дар в свадебную тесьму не хуже, чем любые дозорные.
Даг не стал пугать собравшихся рассказом о крови, заметила Фаун. Он обходил разные стороны правды так же осторожно, как человек с завязанными глазами пробирается между торчащими из пола ножами.
— Так что когда мы добрались до лагеря, — продолжал Даг, — все Стражи Озера там могли видеть, что тесьма — самая настоящая. Это многих озадачило. Мои родичи полагались на то, что неспособность изготовить тесьму сделает браки между дозорными и крестьянами невозможными, понимаете ли. Чтобы сохранять чистоту крови, а Дар — сильным… Они все еще спорили, когда мы с Фаун покидали лагерь.
Папа Блуфилд таращился на Нетти, но последние слова Дага привлекли его внимание.
— Так твои родичи выгнали тебя за то, что ты женился на Фаун, дозорный?
— Нет, не совсем, сэр.
— Так в чем дело?
Даг заколебался.
— Не знаю, с чего и начать. — Последовала долгая пауза. — Что все вы в Олеане слышали о Злом, который появился в Рейнтри?
— Говорили, — ответил папа Блуфилд, — что где-то к северу от Крестьянской равнины появилось зловредное привидение, убившее или наславшее безумие на множество народа.
— Или что это была нервная лихорадка или мозговые черви, — вставил Вит, — из-за чего люди поубивали друг друга. Там местность болотистая, говорят, вот всякие странные болезни и приключаются.
— А в пивной Миллерсона, — добавил Флетч, — я слышал, как кто-то говорил, что это все отговорки: дозорные просто хотели прогнать фермеров из своих охотничьих угодий. Что никакого зловредного привидения и вовсе не было, и не было околдованных привидением крестьян, нападавших на дозорных, а совсем наоборот.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
