Хотя, похоже, завоевать дружбу Джонни было не так-то легко. Во всяком случае, труднее, чем она рассчитывала.
— Что же тут удивительного? Целых десять лет я был лишен бабского… о, прошу прощения… дамского общества. Немудрено, что я такой сексуально озабоченный.
— Что? — Вопрос потонул во вздохе изумления, который вырвался у нее при последних словах Джонни. Рейчел ошарашенно уставилась на него.
— Черт побери, женщина, смотри за дорогой!
Неожиданный рев Джонни вывел ее из оцепенения, и она встрепенулась, в то время как его рука уже резко вращала руль. Тяжело груженный углем грузовик с диким грохотом пронесся мимо, и малышка «максима» задрожала.
— Господи Иисусе! Да вы нас чуть не угробили!
От духоты и напряжения Рейчел затошнило. Она нажала на кнопки и закрыла окна. Из кондиционера теперь поступала блаженная прохлада. Рейчел с наслаждением подставила холодной струе разгоряченное лицо.
— Какой идиот учил вас водить машину? Да вы за рулем просто опасны!
Она не ответила, и Джонни вновь откинулся на спинку сиденья. Только сжатые в кулаки руки, лежавшие на коленях, выдавали его внутреннее волнение. Да еще, пожалуй, чересчур напряженно он смотрел на дорогу.
По крайней мере теперь она нашла способ избавиться от его похотливых взглядов. Впрочем, спускать Джонни его грубость было бы ошибкой. Рейчел пришла к выводу, что, имея дело с Харрисом, нужно научиться противостоять ему. Джонни был из тех, кто легко переступал через слабого.
— Не смей разговаривать со мной в таком тоне, — прервала она напряженное молчание. — Я этого не потерплю.
Руки ее крепко сжимали руль, а взгляд был прикован к дороге. «Будь хладнокровной, спокойной, выдержанной», — мысленно твердила себе Рейчел. Только в таком состоянии можно было совладать с Джонни. К несчастью, путь от автобусной станции до места назначения был не близок. К тому же приходилось двигаться в плотном потоке городского транспорта. Рейчел же привыкла мечтать за рулем, строить воздушные замки, как любила повторять ее мать, вместо того чтобы полностью сосредоточиваться на дороге. Подобная беспечность выходила в прямом смысле боком, подтверждением чему служили бесчисленные вмятины на крыльях автомобиля.
Сегодня мечтать за рулем было особенно небезопасно.
— В каком еще тоне? О, это вы насчет моей сексуальной озабоченности? Да я просто пытался приободрить вас. Чтобы вы не опасались покушений на ваше тело. По крайней мере с моей стороны.
Это невинно прозвучавшее заявление сопровождалось очередным оценивающим взглядом, от которого, кажется, не ускользнула ни одна клеточка ее тела. У Рейчел создалось впечатление, что Харрис намеренно пытается смутить ее, хотя она совершенно не представляла, зачем ему это было нужно. Ведь, если разобраться, она была его единственным союзником в этом городе, а может, и в целом мире.
— Ты решительно настроен и дальше усложнять себе жизнь, Джонни? — тихо спросила она. Он прищурился.
— Оставьте свои нравоучения, мисс Грант. Я ведь давно уже не школьник.
— В школе у тебя были манеры получше, чем сейчас.
— Да и перспективы тоже. Но и те, и другие сгинули, и знаете, что я вам скажу? Мне на это в высшей степени наплевать.
Рейчел прикусила язык. Впрочем, слова Джонни именно на это и были рассчитаны.
В молчании они проследовали по Вал-Март, миновали закусочную «Кинг-бургер», супермаркет «Кроджерс», ряды антикварных лавок на пересечении улиц Вайн и Мейн. Они уже почти добрались до места, и Рейчел немного расслабилась. Еще несколько минут — и ей светило избавление от назойливого пассажира. Рейчел сосредоточилась на парковке автомобиля, чтобы не промахнуться при въезде на стоянку во внутреннем дворике хозяйственного магазина «У Гранта», который основал ее дед в самом начале века.
— Там, над магазином, находится квартира. Она твоя. Зайдешь в дом с бокового входа и поднимешься по лестнице, — объяснила Рейчел, въезжая в зону парковки и останавливая автомобиль. Потом она пошарила в кармашке дверцы и протянула Джонни ключ, одиноко висевший на металлическом кольце. — Вот ключ. Арендная плата будет вычитаться из твоего еженедельного жалованья. Как я уже писала, твои рабочие часы с восьми утра до шести вечера, из них один час на ленч. Неделя шестидневная. Я надеюсь, завтра в восемь утра ты будешь на работе?
— Буду обязательно.
— Вот и хорошо.
Он сидел, не двигаясь, с ключом, болтавшимся на пальце, и как-то странно смотрел на нее.
— И все-таки скажите, почему вы предложили мне работу? Неужели нисколько не боитесь человека, который изнасиловал и убил девочку-подростка?
— Мы оба знаем, что ты невиновен в изнасиловании Мэрибет Эдвардс, — твердым голосом произнесла Рейчел, хотя внешнее спокойствие стоило ей больших усилий. — Мне, например, очень хочется верить, что вы с Мэрибет занимались сексом по обоюдному желанию, как ты и говорил на суде. И что девушка была жива, когда вы расставались. А теперь, будь добр, выбирайся из машины. У меня еще куча дел.
Рейчел испытала тайное облегчение, когда он открыл дверцу и молча вылез из автомобиля. Что бы она делала, прояви он неуступчивость, Рейчел даже вообразить не могла. Включив передачу, она уже приготовилась тронуться с места. И вдруг, подняв взгляд, увидела Джонни, который стоял совсем рядом, опершись о бампер автомобиля, и водил пальцем по стеклу.
Сжав губы, Рейчел нажала кнопку и опустила стекло. В салон вновь ворвался жаркий воздух.
— Я должен вам кое-что сказать, — доверительным тоном произнес он, просунув голову в окошко. Лицо его было так близко, слишком близко. Рейчел вновь почувствовала смущение — чего, собственно, он и добивался.
Это было уже слишком.
— Что еще? — выпалила она, не придумав ничего лучшего.
— Еще в школе я на вас глаз положил и ужасно хотел трахнуть. Хочу до сих пор.
У Рейчел отвисла челюсть. Джонни игриво улыбнулся и выпрямился.
Только спустя некоторое время, наблюдая за тем, как он медленно удаляется, Рейчел осознала, что сидит с разинутым ртом.
2
Пристальный взгляд человека за рулем неопределенного оттенка автомобиля, притормозившего у обочины напротив хозяйственного магазина, был устремлен на пассажиров голубой «максимы». Бесцветные глаза наблюдателя жадно впились в знакомую фигуру человека, который медленно вылез из машины и с гордо поднятой головой прошествовал за угол дома. «Максима», взвизгнув тормозами, выкатила со стоянки и рванула по улице, вскоре скрывшись из виду. Но наблюдателя это явно не волновало.
Итак, он вернулся. Джонни Харрис снова был в родном городе. Человек в автомобиле ждал этого момента. Ожидание длилось, казалось, целую вечность. Выходит, слухи, бродившие по городу, подтвердились, хотя наблюдавший и сомневался до последнего момента, пока Джонни не сошел с автобуса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
