Некоторые придерживаются мнения, что ватерлиния не составляет жизненной части, другие что батарея может быть оставлена без прикрытия, но все согласны, что механизм должен быть прикрыт броней. Капитан Шерард Осборн по видимому принадлежит к числу тех, которые желали бы закрыть броней батарею, а ватерлинию оставить на произвол случая. Но более и более укрепляющийся взгляд состоит в том, что без полной защиты борта обойтись возможно.
Другой пункт, с которым все согласны заключается в невозможности соединения в одном судне всех желаемых элементов безопасности и быстроты хода; и так как судно определенных размеров может носить на себе только известный груз, то, поэтому, значительная толщина железа может быть употреблена для постройки только части его, другие же части могут не обладать той же прочностью.
Единогласные мнения рекомендовали также возможно толстую броню везде где она должна употребляться, и совершенный отказ от нее там, где она не может быть сделана толстой. Господствующее мнение высказалось за футовую броню по ватерлинии, и для прикрытия жизненных частей судна и, за оставление батареи без прикрытия предпочтительнее чем 8 дюймов по ватерлинии и 6 дюймов для батареи. Число адвокатов мачтовых башенных судов уменьшается, но один известный адмирал настаивает и теперь еще на постройке 12 усовершенствованных “Monarch’’-ов за раз, не смотря на полумиллионную стоимость каждого. Невыгода башенных судов с рангоутом заключается в невозможности стрельбы по направлению киля, хотя такого рода действие артиллерией считается многими весьма существенным и положительно могущим решать дело в будущих сражениях.
Обращаясь к судам типа “Devastation” отмечалось, что они возбуждают собою три рода сомнений, а именно: говорят, что они недостаточно остойчивы, способны черпнуть носом или же, став поперек волнения, способны подвергнуться залитию с борта. Первоначальный угол остойчивости “Devastation”, должен был равняться 43°, но в действительности он оказался 55° при углублении в 26 ф.
Так как “Devastation” судно не мачтовое то каждый имеющий какое-либо понятие о деле, не будет сравнивать его с “Captain”. Кроме того, наибольший выпрямляющий момент остойчивости у “Devastation” проявляется при 28°, а у “Captain” только при 21°. Из этого видно на сколько первый безопаснее второго.
Теперь, относительно “залития сверху”, это именно есть та опасность, которая постоянно предсказывалась американским мониторам. Один из них пошел ко дну именно потому, что вода вошла в него через верх. Но разница между американскими мониторами и “Devastation” заключается, как в величине надводной части судна, так и в высоте тех устройств через которые вода может войти внутрь сверху. У “Devastation” не будет ни одного отверстия, сообщающегося с внутренностью судна, которое было бы менее чем на 24 фута над водой.
Относительно его плавучести следует принять во внимание отношение надводной части судна к подводной. У американских мониторов, при водоизмещении в 1620 тонн, надводная часть судна равнялась 150 тоннам, пли 1/12 части всего водоизмещения (плавучесть русских мониторов составляет 303 тонн, водоизмещение 1567 тонн), у “Devastation”a же водоизмещение надводной части равняется 1/3 от полного.
Высота надводного борта “Devastation”, средним числом, равняется 9 ф 6 дм. т.е. следовательно, слишком на 1 ф 6 дм более чем по правилам требуется от обыкновенных океанских пассажирских судов. Только небольшая часть “Devastation” имеет борт в 4 ф 6 дм вышиной, тогда как борт монитора “Петр Великий” вышиною только 3 ф 7 дм. Низкий борт “Devastation” протягивается только на 17% всего обмера планширя. Касательно остойчивости судна задавали судостроителям вопрос такого рода: “желали ли бы вы пожертвовать каким-либо из боевых качеств судна в видах обеспечения большей остойчивости?” Ответ был: “нет, достигнутая остойчивость на 5° превосходит ту, которая рекомендовалась для судна комитетом чертежей, и жертвовать чем-либо для обеспечения большей остойчивости не представляется надобности”.
Это обстоятельство рассматривалось со всевозможной тщательностью не только адмиралтейством но и комитетом чертежей, состоявшим, как известно, из моряков и ученых. С помощью самых тщательных вычислений пришли к известным заключениям, которые конечно, возбудили некоторую тревогу.
Для всеобщего успокоения следует сказать, что на “Devastation” и в адмиралтействе смотрят как на судно испытывающееся, и потому с ним будут обращаться с величайшей осторожностью, ощупывая путь для него, постепенно. Желания доказать сразу, что это судно вполне удачно, не существует и никакому риску, в этом отношении, подвергаться не будет; но надеются, однако же, и верят, что оно выполнит все, от него ожидаемое, т.е. что оно будет громадным успехом и как боевое судно для канала и как мореходное.
Хотя при проектировании “Devastation” и признается за боевое судно будущего, но комитет (парламентская комиссия, обсуждающая бюджет в подробностях) тем не менее припомнила, что в прошлом году предполагалось строить два бортовых броненосца. Невозможно предлагать идеал судна, которое было бы лучшим и самым могущественным. Весьма многое зависит от службы, выполнять которую ему придется. Это не составляет вопроса науки, это становиться скорее делом здравого смысла.
Встает закономерный вопрос какого рода службу броненосцы, принадлежащие Англии, должны выполнять? За тем представляется еще и другой вопрос: какие суда им предстоит встретить? Было бы ложным направлением строить идеальные суда громадной силы и стоимости в то время, когда другие страны строят настолько слабейшие, что Англия могла бы им противопоставить суда весьма далекие от идеала. По мнению адмиралтейства было бы опасным путем спрашивать какое судно есть наилучшее, и за тем заявить, что этим судном оно и намерено ограничиться. Один род службы заключается в сражении с соединенными неприятельскими эскадрами у берегов Англии, в европейских водах и в других подобных местах где подобные суда могут встретится, другого рода служба — отдаленное крейсерство.
“Нельзя допустить, что бы число наших мачтовых броненосцев уменьшалось. Обращаясь к тому, что совершается в иностранных землях видно, что в то время, когда Россия строит только безмачтовые суда, Пруссия и Франция по-видимому, пришли к противному заключению. В то же время в адмиралтействе считают, что, относительно одного нового судна, заложенного во Франции еще и теперь не решено будет ли оно иметь рангоут или нет и убеждены, однако, что Англия не была бы в безопасности, если бы обладала одними башенными судами без рангоута, или же не имела достаточных сил в виде мачтовых броненосцев, пока другие страны имеют суда последнего рода. Обстоятельства могут представиться, при которых безмачтовые броненосцы окажутся менее способными нести службу, чем мачтовые.
Вследствие этого, тщательно обдумав дело, адмиралтейство пришло к заключению, что Англия должна стараться достигать превосходства относительно всех типов броненосцев, строящихся иностранными державами. “Мы должны иметь суда типа “Devastation” — писала “Times” — для участия в больших сражениях всюду, где они могли бы случиться, и мы должны иметь также суда и типа “Superb” и “Temeraire” с возможно толстой броней. Кроме того, в предстоящем году предлагаются два новые броненосные судна. Одно из них будет судно типа “Devastation” и им число судов этого типа увеличится до четырех.
Каковы бы ни были результаты относительно способности “Devastation”a ходить против ветра и волнения, каждый должен согласиться, что четыре судна такого типа, при всяких обстоятельствах, составят неоценимую и почти необходимою прибавку к морским силам Англии. В случае успеха “Devastation” число это предполагается довести до шести. Пятый броненосец предполагается заложить в Портсмуте”.
По мнению судостроителей, суда эти должны быть мореходными, могущими выдержать всякую погоду. Но они не можуть, однако же, пока еще вполне выяснить какого рода судно это будет, тем более, что в следующем за году полагают необходимым приступить к постройке еще одного броненосца по контракту, который будет окончен ранее имеющего быть заложенным в Портсмуте. “В настоящее время было бы лучше, если бы по контракту строилось бортовое судно, а в Портсмуте— башенное, так как к постройке последнего рода судов в Портсмуте более привыкли. Адмиралтейство занято теперь дальнейшим развитием типа бортовых броненосцев. Лица, стоящие теперь в оппозиции, занимая обязанности правительства, употребляли всевозможные старания создать броненосец возможно умеренных размеров и, в то же время годного для отдаленных станций” — писала “Times”.
Результатом дискуссии было начало постройки шести судов типа “Audacious”. Суда эти оказались весьма полезными, с 8-дюймовой броней и способные для содержания станций и для прохода через Суэцкий канал. Французы имеют десять судов, как они называют, типа “Alma”. Суда эти не велики и не очень сильны, но полезны и действительны. Адмиралтейство желает выработать чертеж нового и меньшего броненосца и от того, что приступило к этому не вдруг, некоторый выигрыш уже получился.
