И, как будто смутившись своего поступка, он скрылся в доме.
Глава 2
Странное дело
С простыми людьми надо быть простым. Я лично не считал себя слишком уж сложным, но увы — воспитание Магна действовало на местных, как цвет кожи на американцев. Они просто видели, что я не такой как они. И я их даже не особенно виню. Как я не старался, как не следил за собой, но держался я с людьми так, как будто они мне денег за сломанное джакузи должны. И изъяснялся я, к тому же, высокопарно. А что делать, если Магн именно так хлеборезку открывать с детства приучен?
Короче, как не оправдывайся, но в глазах простых людей я был тем еще надменным чудаком на букву «м». Впрочем, то что я был на коне и при оружии, делало это терпимым. Местные знали свое место и говорили со мной соответствующе. Подобострастно.
Вот только если ты что-то можешь терпеть, это ещё не значит, что тебе это нравится.
Для того чтобы попасть в городок, название которого мы даже не успели узнать, нам пришлось часто спрашивать дорогу у встречных крестьян. К счастью, после сиесты они высыпали из домов, стараясь успеть доделать срочные дела в небольшой промежуток времени суток, когда уже прохладно, но еще не темно. И очень быстро выяснилось, что если разговариваю я, то я ничего не могу узнать. Иногда крестьяне, не переставая угодливо улыбаться и криво кланяться, прикидывались дурачками, иногда просто сразу говорили, что ничего не знают.
Дело пошло легче, когда спрашивать дорогу начал Сперат. Уверен, отчасти ему помогали его вновь приобретенные габариты и суровый бас. Однако, прежде чем начать говорить, он представлялся. В местном стиле. «Я Сперат, сын Первака из Караэна. Отец ткач у меня. Слыхал о таком?».
И дальше начинались разговоры. Со Сператом люди болтали с удовольствием. Новые лица в жизни полной грядок с сорняками и соседских приевшихся рож. К тому же, новое лицо из Караэна, не каждый день такое бывает. Селяне легко делились слухами слухами, жадно впитывая все, что скажет Сперат.
Как вскоре выяснилось, нужный нам городок недалеко. Если считать от дороги, то до него было от силы десять километров. Пока мы ехали совершенно искренне наслаждался красивым пейзажем. Вокруг раскинулись сплошные огороды и поля, только на нескольких крутых склонах холмов остались зеленые пастбища, по которым ползали овцы. Аккуратные хутора, собранные из нескольких больших домов и обращенные к миру сплошными наружными стенами, выглядели довольно зажиточными. А еще меня удивило множество мельниц. Вот главная примета того, что место обжито человеком давно и надежно — технология. В данном конкретном мире, это мельницы.
Городок, который дальние соседи звали «обнаженным насестом», ближние хуторяне «курятником», а сами его жители Орлиным Гнездом, располагался на скале с плоской вершиной. Надежно укрытый от врагов естественными стенами из гранита, высотой в два десятка метров, городок в свое время был конкурентом Караэну. Увы, с ним сыграла злую шутку его защищенность — в какой-то момент он не смог дальше расширяться. И постепенно Караэн его попросту перерос. Что было не так уж и трудно. Насколько я мог судить, в Орлином Гнезде было от силы полсотни вплотную стоящих домов. Правда, в долине вокруг на каждый городской дом приходилось по паре хуторов.
Мы подъехали к невысокой башенке у подножия скалы, сложенной из грубо обработанного камня. Видно было, что башня уже лет сто не обновлялась. В отличии от амбаров и конюшен вокруг. Если бы не оживленное движение через открытые ворота, башня вполне сошла бы за живописные развалины посередине относительно хорошо сохранившегося города. Но такое пренебрежение к фортификации было понятно — основной защитой города была вырубленная в скале лестница со стрелковой башней, нависающей над ней. И башня на верху выглядела целой и новой.
Я отправил Сперата представиться и объявить, что герой, которого они так ждали, явился. Стражник в крестьянской одежде, даже без шлема, со старинным копьем в руках, внимательно выслушал нас, никак не среагировав. Просто послал весточку наверх, велев нам оставаться и ждать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мы со Сператом некоторое время понаблюдали за тем, как босые носильщики одетые в местный аналогах трусов, споро и быстро разгружают телегу и тащат груз в мешках вверх по узкой лестнице. Прямо вот так, на плечах, по истершимся ступеням без перил. Можно сфотографировать и подписать «За тысячу лет до изобретения правил техники безопасности, и за пять минут до несчастного случая». Впрочем, мои ожидания не оправдались — никто с узкой лесенки так и не навернулся. Даже не уронили ничего.
— Может им подъемник какой сделать? — я не выдержал и начал выдавать конструктивные предложения.
— Зачем? И так же поднимают, — вполне разумно ответил Сперат.
Название «Орлиное гнездо» было мне откуда-то знакомо. Но я не мог вспомнить. Мы пристроились в тень и прождали еще около сорока минут, прежде чем стражник нас окликнул.
К нам сверху спускался солидный мужчина. Одет он был чуть похуже члена городского совета Караэна. Но только потому, что вверх-вниз в шубе по ступенькам носиться даже привычному человеку тяжко. На шее золотая цепь — местный аналог депутатского значка. Символ власти. Вот только то, что в сопровождающих у него был только пыльный стражник с копьем, делало его совсем не представительным. Вдобавок у него оказалась редкая в здешних местах лысина, в обрамлении торчащих пучками, давно не мытых волос. Такая же неухоженная, растущая клочками борода. На вид мужику было лет сорок, но волосы черные, седины не видно. И слишком загорелый для высшего общества, как будто в поле работает. В общем сельский такой аристократ, сразу видно. Хотя рожа надменная и недовольная, прям как у лучших людей Караэна.
— Сперат, давай вперед. Ты с ним говорить будешь, — буркнул я Сперату. — Если про меня спросит, я просто твой друг. Скажи, что ты студент. И спроси про награду.
Сперат понял. Выехал вперед на своем шикарном скакуне, которого он увел из конюшни северян после нашего освобождения из плена. Я был верхом на Коровке, чей возраст для опытного взгляда не был секретом. Одеты мы оба были в кольчуги. Только на мне тонковатая, для ношения под доспехом. А у Сперата добротная, могучая. Я вполне мог сойти за оруженосца не самого бедного рыцаря. А Сперат вполне мог сойти за моего рыцаря. Не самого, правда, богатого. Для солидности нам людей не хватало, надо было еще хотя бы пару-тройку слуг иметь.
— Меня зовут Риалто, — представился нам представитель Орлинного Гнезда… Небрежно так махнул рукой вокруг и продолжил. — Владелец всех земель вокруг этого славного города и глава городского совета. А вы?
Пока Сперат, немного даже чересчур простовато, представлялся и объяснял зачем мы здесь, я наконец вспомнил, откуда я помню название городка. Это семейное владение семьи, которую когда-то давно потеснила моя семья. Итвис вообще много кого потеснила. Кого-то из города, кого-то вообще из жизни. Всех вот так сразу и не вспомнить. Однако владельцы Орлиного Гнезда примечательны тем, что проиграли только после долгой вражды. Часть из них бежала. А некоторые остались в семейном гнезде, ждать удобного случая, чтобы вернуть себе утраченное. Благодаря неприступности Орлиного Гнезда им удалось выжить, но со временем они потеряли и то, что оставалось. Мои предки пару раз буквально загоняли их на эту скалу и держали наверху по полгода. Правда, это было уже очень давно.
Риалто не назвал свою фамилию, но я был уверен — он потомок тех, с кем моя семья враждовала поколения три назад. Странное дело. Строить стены десять лет, по местным меркам, настоящая вечность. А вот кровная месть возрастом в сто лет — очень свежее событие.
Я немного нервно поозирался по сторонам. Впрочем, и Риалто, и остальным, на меня было плевать. Что странно. Местные смотрели на меня с интересом, как и горожане. Но почти так же привычно. Как будто раз в неделю рыцарей видят. В конце концов Риалто назначил мужика с копьем нам в сопровождающие, а сам отчалил.
