прибыльным делом. Ведь города — это центры. Через них проходят торговые обозы, а также сюда заходят пилигримы и чародеи. Если в Уре ко мне заходили только лишь некроманты и беломаги, то теперь помимо них в моём магазинчике стали закупаться адепты красной башни. Она же башня боевой магии. Эти чародеи жить не могли без приключений, чтобы не поохотиться на могов. Поэтому каждые 12 толноров я заготавливали стандартный набор охотника на могов. Экспериама́тор — специальный отвар, который даёт нечувствительность к боли, что позволяет не отвлекаться во время боя на собственные раны и сохранять сосредоточенность, однако в таком случае притупляется слух. Ме́рмион — зелье восстановления сил. Когда выносливость уже на исходе, выпил его — и можно продолжать сражение. Силы восполнятся сразу, а также будут продолжать восполняться какое-то время. Однако это варево на всё время действия ухудшает внимание. Всё-таки Мермия — это дурманящее растение. Новотто́к улучшает зрение. Глаза становятся более чувствительными ко всякому движению, из-за чего выпивший может улавливать любые изменения. Но помимо зрения чувствительной становится и кожа. Так что зной или холод, укус комара или укол колючкой, даже обычное прикосновение будут болезненными. Конечно, никакое путешествие не обходится без Элеутероко́ккиноса — универсального целебного зелья. Никаких побочных эффектов. Выпил — и все раны начинают заживляться. Джудуска́рр — зелье, дающее невидимость. С помощью настойки ши́писа можно выделить токсин, а после избавиться от него и получить чистую эссенцию корня Джу́дуса без каких-либо побочных эффектов. Множество различных концентратов для ритуалов: бе́ринсторг, гера́та, иммо́лт, даже такая редкость, как жгучая коли́стра. Но самым великим считается моё секретное варево — У́кчиус Кма́та. Оно и лечит раны, и снимает чародейские проклятья, и даже обладает шансом на воскрешение мёртвого. Заливаешь в глотку умершего, и он может воскреснуть. Правда, здесь я так до конца и не разобрался, при каких условиях это может сработать, потому что эффекта может и не быть. Но вот если применить это лекарство к тому, кто находятся при смерти, тогда эффект будет очевиден — он тут же выздоровеет. А по поводу снятия чародейских проклятий — это запросто. Когда как истинные проклятья не получится снять даже у главы белой башни. Ведь для сотворения истинного проклятья требуется жертва. А, значит, оно гораздо сильнее чародейского. Выглядит оно как длинное заклинание, но в отличие от заклинания, его не надо рассказывать наизусть, а просто передать смысл на словах. Желательно с уточнениями. Ну, там сроки действия, форма воздействия и прочее в том же духе. Основная подпитывающая сила истинных проклятий — это гнев, жажда, месть, зависть, боль и прочие негативные чувства и качества. Иными словами, то, насколько трудно рассеять такое проклятье, зависит от этих показателей. Длительность истинных проклятий зависит от жертвы. Принёс в жертву какую-нибудь полевую мышь, довольствуйся парочкой мгновений. А если осмелишься пожертвовать человеческой душой, то здесь уже длительность может измеряться даже корлами. Такое проклятье способен произнести любой маг. Главное, чтоб в нём были магические силы. Чародейское же проклятье способен навести только сильный маг. Оно не требует жертв, а только лишь магическую силу. У таких проклятий есть срок действия. Поэтому сила, длительность, сопротивляемость рассеиванию зависит от знаний самого чародея-проклинателя. Тех, кто специализируется на чародейских проклятьях, называет ке́льтерами, а само ремесло — кельте. Так вот от вторых, от проклятий кельтеров мои Укчиус Кматы могут спасти. А от истинных — уже увы, придётся вымаливать у богов. Получается так, что истинное проклятье, наложенное кельтером, ничем не будет отличаться от такого же проклятья, наложенного каким-нибудь недоучкой, если и тот, и другой принесли одинаковые жертвы и питали к неприятелю одинаковую ненависть, зависть или месть. Некоторые боевые маги признавались, что не брезгуют прибегнуть к истинным проклятьям перед тем, как отправиться на охоту. А некоторые считают, что способны справиться сами, только с помощью моих снадобий. Представители белой башни считают использование проклятий святотатством. Но, несмотря на своё возвышенное положение, всё-таки не запрещают их использование. Некроманты не интересуются ничем, кроме трёх сфер магии: своего зразе, а также ву́льту, она же ядовитая магия, и пле́ксо — магия луны. И я даже спрашивал у них, почему именно эти две? На что получил интересные ответ — они помогают познать зразе. Это что получается, смешивание магии луны и магии ядов порождает магию мёртвых?
Изредка, по-моему, два-три раза в корл Па’ноктикум навещала делегация из белой башни. Трое важных представителей власти встречались с четвёртым, Са́доном, который живёт в городе, они выслушивают его доклад о том, что в Па’ноктикуме всё спокойно. Могов и некромантов не появлялось в поле видимости, торговые обозы спокойно ходят и выходят, никаких происшествий, требующих их вмешательства, не было. После этого делегация, состоящая теперь уже из четырёх беломагов, начинает рейд по всему городу, который длится обычно несколько толнорв. Они обходят наиболее именитые места с целью узнать, как продвигается работа. И моё заведение — это обязательный пункт их путешествий. Что они делают в таких случаях? Ну, один из них начинает общаться со мной, расспрашивает, как идут дела, есть ли какие-нибудь замечания или пожелания, не тревожит ли меня какая-нибудь напасть? В это время трое других разбредаются по моему дому и осматривают его. Наверное, на предмет присутствия какой-нибудь посторонней магии. Потому что один из них постоянно замечает, что ко мне частенько захаживают боевые чародеи. А я не устаю рассказывать, чем занимаются адепты красной башни — борются с могами и подают нам всем пример того, какими должны быть настоящие борцы с нечестью. А как-то раз я даже получил такой ответ на свою реплику: «Если они такие удалые борцы с нечестью, то почему не ходят в походы на лича?» Я ответил, что нужно спрашивать у них. Может, статься так, что они даже туда совершают набеги. И не ровен час, триумфом огласятся все наши земли. Однажды ко мне в составе делегации прибыл старый знакомый Элард. Кажется, время изгладило нашу неприязнь, потому что он ни разу не припомнил мне то, что я отдал свою Алису в руки некромантам, и даже не намекнул на это. Что ж, прощение — это хороший знак. А ещё с его рукой всё было в порядке.
В общем, мой переезд в Па’ноктикум имел множество преимуществ и никаких недостатков. В мою лавку наведывались самые разные люди. Зелья — это, конечно, не магия, но что простые люди, что продвинутые чародеи — всем нужды были мои снадобья. И даже некромантам. Да-да, адепты чёрной башни приходили ко
