Перед изумленной толпой появился мой давний приятель, демон-торговец. Рогатый и хвостатый, с кривыми ногами, что кончались раздвоенными копытами. Волосатую грудь украшала татуировка: «За дам родину продам».
Демон скептически осмотрел Теодора Рокса и заявил:
— Софочка, когда вы сказали, что предложите мне аппетитную добычу, я не ожидал, что она будет… такой. Я больше люблю души непорочных дев, чем взрослых унылых мужиков, — и похабно улыбнулся.
Без лишних слов преподаватель щелкнул пальцами, и демон с визгом исчез.
Эх, жаль.
— Это что это за безобразие?! — возмущалась миссис Твиг. — Мисс Эль-де-Тье, немедленно протрезвейте! Иначе…
Иначе что?
Даже интересно послушать.
Меня отшлепают или назначат дополнительную отработку? Заставят убирать зал, когда кончится попойка?
Я с интересом уставилась на открывающую и закрывающую рот от возмущения женщину.
Глава 3.2
— Почему её не выгоняют? — зашептались выпускники.
— Конечно, она же любимица преподавателей. Кто её выгонит?
— Ага, любимица. Только вот лакомое местечко достанется другой.
— Эка её понесло. Жалко бедняжку, по ней дурдом плачет.
Меня накрыло новой волной ненависти.
Смешно, да?!
Смешно, что человек несколько лет портил зрение за справочниками. Смешно, что он забыл обо всем на свете, кроме учебы, потому что небогатым родителям еле-еле хватило денег на обучение в академии.
Смешно, потому что вы все учились абы как, не считали монеты до стипендии. Вам всё сходило с рук.
Да идите вы лесом!
Мне нечего бояться. Всё равно на мою карьеру никто из академии повлиять не сможет. Уеду на другой конец страны, буду первой и единственной колдуньей кого-нибудь захолустья. Только бы никого не видеть и не слышать.
Я ведь старалась…
Жила мечтой…
А они…
На глаза навернулись непрошеные слезы. То ли зелье начало отпускать, то ли подкралась следующая стадия: излишняя эмоциональность.
— София, давайте-ка отойдем, — тяжело вздохнул Теодор Рокс, не отрывая от меня задумчивого взгляда. — Попытаюсь привести вас в чувство.
Не знаю, почему, но самый строгий преподаватель академии схватил меня за запястье и потянул к выходу из зала.
— Всегда хотела сказать: вы очень красивый, но занудный до бесконечности, — шепнула ему на ухо.
М-да. Всё-таки зелье не выветрилось.
Теодор Рокс посмотрел на меня так, как будто впервые в жизни увидел. В глазах его мелькнуло нечто такое... темное. Завораживающее. Но меня все еще слишком сильно распирало от эмоций, и уловить настроение преподавателя не получилось.
— Признайтесь, сколько и чего нужно было выпить, чтобы столь эффектно потерять связь с реальностью?
— Да не пьяна я! — воскликнула возмущенно и оскорблено. — Просто приняла немного успокоительного...
— По вам заметно, — ехидно ухмыльнулся Теодор. — Не подскажете, что было в составе вашего чудодейственного успокаивающего средства?
Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, что бросала в зелье Эми. Память поддавалась со скрипом, но я победила.
— Вроде подруга добавляла желчь улитки, чей-то стручок, вулканическую соль...
— Все понятно, дальше можете не продолжать, — тяжело вздохнул Теодор. — Кажется, ваша подруга перестаралась с последним ингредиентом. Вулканическая соль оказывает отличный бодрящий эффект. Правда, в большом количестве действует не только как мощный энергетик, но и путает сознание. Это печально, потому что действие вашего зелья закончится только завтра, а нам этим вечером надо объявлять вас лучшей ученицей года, а вы тут... в столь неподобающем облике.
Теодор выразительно оглядел мою кровавую пушистую пижамку, а я только ойкнула от неожиданности, осознавая смысл услышанного.
Глава 4.1
— Меня? Лучшей ученицей года? А как же Шарлотта? Разве не ее выбрали фавориткой?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Теодор понимающе ухмыльнулся.
— Так это из-за нее вы так убиваетесь?
— Да! — прорвало меня. — Все она, эта мерзкая Стоун! Она-то эффектная, не то что я! А я что? А я сидела с утра до ночи за учебниками с первого курса, подумаешь! Да кого это волнует! Света белого не видела, корпела над бесконечными эссе, тратила бесконечные часы на отработки ваших боевых искусств! Ну, вот какой из меня боец, а? Правильно, никакой! И лучшая ученица из меня тоже никакая! И вообще!..
Я замолкла, потому что поняла, что еще немного — и я позорно разревусь на плече у своего преподавателя. Докатилась, дорогуша.
Волосы от гнева снова стали пылать огнем, и Теодор неодобрительно покачал головой.
— Давайте-ка обойдемся без спецэффектов. Вы же не хотите подпалить декорации и устроить всем незабываемый вечер?
Вообще-то именно это я и собиралась изначально устроить, но сейчас пыл немного поубавился.
Профессор Рокс отвел меня в закулисье сцены. Здесь было пыльно, повсюду висели разноцветные тряпки, в одну кучу были свалены стулья. На этой сцене каждый год на выпускном балу торжественно объявляли ту единственную, кого признавали фавориткой. И я с первого курса мечтала оказаться в центре внимания в этот вечер, заслужить идеальной учебой рабочее место своей мечты. Что там профессор говорил по поводу лучшей ученицы? Пришлось взять себя в руки и усилием воли подавить надвигающуюся истерику, чтобы внимать каждому слову.
— Милочка, а с чего вы взяли, что королевой бала выберут именно Шарлотту Стоун? — удивился Теодор. — Она, конечно, выдающаяся волшебница, но не настолько, чтобы отдавать ей должность придворной колдуньи.
Я даже как-то опешила.
— Ну как же... Но все студенты говорили...
— Мало ли о чем говорят студенты, — отмахнулся Теодор. — Значение имеет только выбор преподавательского совета. А совет практически единогласно выступил за вашу кандидатуру.
— Но вы, конечно, были против, — скривилась я, представив себе, как дотошно Теодор доказывал мою никчемность.
— Вы ошибаетесь, София, — мягко возразил Теодор. — Я горячо поддержал вашу кандидатуру. Вы умная, сильная волшебница, ваш талант и ваше усердие нельзя не заметить.
Это он что, меня похвалил, что ли? Да ладно? Такое бывает вообще?
— К тому же, вы очень красивая, — как ни в чем ни бывало продолжал Рокс. — Только слишком занудны, нельзя проводить всю жизнь за одними учебниками и справочниками, вокруг есть много чего и кого интересного. Давно хотел вам это сказать.
Теперь я посмотрела на него так, будто впервые в жизни увидела.
У меня слуховые галлюцинации, или?..
Глава 4.2
Пока я пребывала в ступоре, Теодор времени даром не терял. Сорвал с ближайшей ширмы какую-то пыльную штору цвета тролльей неожиданности и начал педантично обматывать меня этой тряпицей. Накинул на плечи, поправил поизящнее, даже подпоясал какой-то бечевкой. Потом отступил на шаг, любуясь творением рук своих. Видимо, я была убийственно прекрасна и в таком виде была достойна появления на люди.
Меня настолько шокировало все происходящее, что я не сразу обрела дар речи.
— Ч-что вы делаете?
— Привожу вас в подобающий королеве бала вид. Ну что вы на меня так смотрите? Мне сейчас нужно выйти на сцену и объявить вас лучшей выпускницей, а вы тут изволите играть в ролевые игры и изображаете заиньку! Вам нужно платье. Нормальное выпускное платье для выхода к трибуне и первого танца королевы бала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Восхитительно. Вы считаете, что в этой древней занавеске я буду смотреться лучше, чем в пижаме?
— Это всего лишь каркас для будущего платья. Вы же отличница по трансформации, София, должны знать, что трансформировать предметы во что-то другое намного проще, чем создавать их из ничего. Минутку, не шевелитесь...
