Спутницу его я видеть не мог, упорно глядя на орка – глазные мышцы тоже до сих пор оставались под действием заклятия. Но голос Изабо слышал хорошо, и хорошо ощущал ее руки, шарящие по моим карманам… Вот уж встреча так встреча. Кого угодно я ожидал найти за дверью конюшни, но никак не свою сводную сестрицу.
– Что у нас тут такое? – тараторила Изабо без умолку. – Игральные кости… Ну-ка, ну-ка… Конечно, с заклятием Мафлаэрса… Фи, братец Арно… Отпрыск благородного рода занимается по постоялым дворам дешевым жульничеством… стыд и позор.
Я мог бы возразить, что мешочек с костями достался мне в наследство от одного действительно шулера, мир его праху, – но не хотел оправдываться перед сестричкой. Да и не мог.
– А что ты носишь на шее, дорогой братец? – В поле моего зрения на секунду мелькнула рука Изабо – маленькая, изящная, с большим изумрудным перстнем на безымянном пальце. – Какая чудненькая вещица…
Она замолчала на несколько секунд – наверняка пытаясь разобраться, как открывается снятый с моей шеи медальон. Разобралась, конечно – Изабо с раннего детства отличалась сообразительностью.
– О-о-о, портрет матери… Да ты сентиментален, милый братец! К счастью, леди Изольда не дожила до тех времен, когда ты прославил род сьеров Арновалей кучей сомнительных подвигов... – Тут ее воркующий тон сменился на резкий, приказной. – Поверни его, брат Брокюлар!
Орк отложил дубину и выполнил приказ. И я наконец смог разглядеть Изабо. Вернее, ее наряд: лиловую рясу, украшенную серебряным нагрудным знаком – изображал он два лабриса, скрещенных на фоне Святого Колеса. Подделкой знак не был, даже я, со своими скромными дилетантскими способностями, ощущал это… А человеку посвященному и произнесшему соответствующее слово серебряная безделушка и удостоверит личность сестрицы, и раскроет, какими полномочиями она обладает: только лишь на розыск – или на розыск и тайное вынесение приговора.
Ну и ну…
Когда мы с Изабо встречались в последний раз, ее отношения с инквизицией были далеки от дружеских… Если выразиться с максимальной мягкостью. А если назвать вещи своими именами – то сьерам де Бургилье пришлось расстаться с парой поместий, чтобы смертный приговор непутевой дщери их семейства заменили бессрочным покаянием в одной из самых дальних обителей.
И вот теперь она щеголяет в наряде святой сестры, причем отнюдь не самого низшего ранга. Именно щеголяет: ряса Изабо, коей теоретически надлежало скрывать формы тела и не допускать возникновения греховных плотских мыслей, направленных на ее святость – ряса была сшита идеально по фигуре, наверняка у лучшего портного. И мысли возникали-таки…
Версию о самозванстве сестрички я сразу отбросил в сторону. Существуют менее болезненные способы самоубийства, чем ношение не принадлежащего тебе амулета инквизиции.
2
Надо понимать, держать меня в качестве узника здесь, при конюшне, Изабо не собиралась. Не оттого, что хоть сколько-то заботилась о моих удобствах. Но конюшня гостиницы – настоящий проходной двор, не ровен час, придет кто-нибудь за сеном для своей лошадки…
К чему лишние свидетели в таком приватном деле? Можно сказать, в родственном? Инквизицию нигде не любят, но в Пограничье еще и не больно-то страшатся. Опять же, захваченный святой сестрой оруженосец (я оставался в прежнем костюме) – это вам не жена бедного виллана, пытавшаяся наколдовать дождь в засушливое лето… Господин оруженосец и отблагодарить чем-нибудь за спасение от застенков сможет…
Значит, провести ночь мне предстоит не здесь. Скорее всего, под одним кровом с Изабо – какой ущерб для ее честного имени! Впрочем, наносить такой удар по репутации сестрички я не собирался. Вспомнили юность золотую – и пора прощаться.
Но для этого мне надо совсем недолго поговорить с Броком… Поговорить наедине. Судя по татуировке на левой щеке, «брат Брокюлар» происходит из какого-то клана Загорья… С чернолесским орком я столковался бы легче и проще, но выбирать не приходится…
Мои расчеты оправдались. Отчасти.
– Пошли! – отрывисто скомандовала Изабо, и я рывком был поставлен на ноги.
Она подошла к дверям, осторожно выглянула наружу. Все правильно. Тащить меня связанным, даже в густеющих сумерках, – чревато вышеназванными неприятностями. Значит, святая сестра выйдет одна и разведает путь. Возможно, даже не пожалеет заклятие, которое вызовет у случайных прохожих подспудное и неодолимое желание пойти другой дорогой… Время перекинуться парой фраз с орком у меня найдется.
И тут жизнь вдребезги разбила все хитроумные планы.
– За мной! – И мы втроем покинули сарай. Без всякой разведки… Пересекли гостиничный двор и вошли в «Зеленый дракон» с черного хода.
Вот оно что… Пока я шлялся по городку, навязчиво демонстрируя всем встречным-поперечным набитого золотом барона, сестричка Изабо поселилась здесь же! Поселилась, не подозревая, что нынешним вечером гостиница станет ареной весьма любопытных событий. Причем я рассчитывал понаблюдать за ними со стороны – и вот как всё получилось…
3
– Мотивы твоих поступков просты, как прописи в храмовой школе первой ступени… – просветила меня Изабо, и прибавила не совсем в тему: – Попробуй это вино, – лучшее, что я смогла отыскать в здешней дыре.
Учитывая, что руки мои до сих пор оставались связаны, причем за спиной, – я вполне мог расценить ее предложение как издевательство. Но нет! Бокал сам собой медленно оторвался от стола и поплыл к моим губам. Сильна сестричка…
– Хватит, хватит, Арно! Сегодня ты не нужен мне пьяным, а завтра – похмельным!
Бокал отправился в обратное воздушное путешествие, едва я сделал крохотный глоток. Понятно… Демонстрация собственных возможностей, а отнюдь не желание напоить жаждущего.
Изабо победно улыбалась и явно ждала моей реакции. Я изобразил скучающее лицо – и не такое, мол, видали! – и отвел равнодушный взгляд в сторону. Стал смотреть в угол. Там в своей паутине копошился паучок неизвестной мне породы – брюхо его сверкнуло ярким рубиновым отблеском. И я сделал вид, что этот восьмилапый ловец мух интересен куда более, чем сестричка с ее парящими бокалами…
– Может быть, ты перейдешь к сути дела? – спросил я у паучка.
Вместо членистоногого ответила Изабо:
– Хорошо. Перейдем. Итак: год назад ты поступил на службу к местному королю Танкреду. Поступил кондотьером, во главе ватаги где-то набранных тобой наемников. Так?
Я кивнул. Глупо оспаривать общеизвестные факты. Она продолжала:
– После пары сражений, что ты выиграл для его задрипанного величества в войнах с такими же карликовыми властителями, голова у тебя, братец Арно, закружилась. Закружилась, не отрицай… Ибо вознамерился ты ни много, ни мало: жениться на единственной королевской дочери, Иветте, и стать для начала принцем-консортом. Танкред, при всей своей занюханности, в восторг от такого зятя не пришел. И выдал тебе смачного пинка под зад. Большая часть твоих головорезов перешла под королевские знамена, а меньшая унесла ноги вместе с тобой, преследуемая так называемой здешней гвардией… Такова предыстория. У тебя нет возражений, братец?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
