голове, глаза горели злобой.
– Ты не предупреждал меня об оскорблениях, Пак. Я увольняюсь!
– Увольняешься? Но ты не можешь, – воскликнул Пак. – Кого я поставлю на твое место?
– Найди унитазового эльфа. Мне плевать, – и лепрекон протопал в коридор между ногами дяди Джейка, оставляя за собой маленькие мокрые следы.
Хмурясь, Пак повернулся к Сабрине.
– Смотри, что ты наделала – заставила Симуса уволиться! Да ты хоть представляешь себе, как сложно найти кого‑то, кто будет сидеть в унитазе всю ночь?
– Сколько еще лепреконов в доме? – спросила Дафна, одергивая душевую занавеску.
– Это был единственный, – ответил Пак.
– Отлично! – облегченно сказала Сабрина.
– Но еще есть дюжина троллей, несколько гоблинов, чуток эльфов и домовых и еще чупакабра – все они стоят у других уязвимых областей дома.
Сабрина ахнула.
– У нас что, по всему дому монстры?
– Ну вот опять, монстр – очень грубый термин, лишь подчеркивающий твою тупость. На дворе двадцать первый век, знаешь ли, – съязвил Пак.
Сабрина сжала кулаки.
– Сейчас я начищу тебе рожу, дружок.
– Давай, покажи свой удар! – фыркнул мальчишка. – Постой‑ка. Что это такое на твоих губах?
Сабрина быстро вытерла губы рукавом, на котором осталась полоса помады, и тихо выругала себя за то, что не смыла все.
– Ничего, – застенчиво сказала она.
– Пак, спасибо, что заботишься о нашей безопасности, – бабушка встала между мальчишкой и Сабриной. – Думаю, мистеру Канису будет гораздо легче, когда он узнает, что ты взял на себя его обязанности. Уверена, что не повредит иметь «охранную систему» по всему дому, но, быть может, ванная – место, где за нами не нужно наблюдать.
– Как знаете, но если дракон проползет по трубам и укусит вас за задницу, мне не жалуйтесь, – фыркнул Пак и вернулся в свою комнату.
Дафна заглянула в унитаз.
– А что, дракон и правда может пролезть сюда?
Бабушка Рельда убедила малышку, что ее зад в полной безопасности от нападений дракона, похвалила Эльвиса за храбрость, почесав его за огромным ухом, и предложила всем вернуться в постели.
– Завтра рано утром мы поедем к мистеру Канису, – напомнила она внучкам.
«Еще одна бесполезная поездка», – подумала Сабрина.
Бабушка с Эльвисом, трусцой следующим за старушкой, вернулись в комнату, оставив девочек с их дядей в коридоре.
– Ты всю ночь не спишь? – спросила Дафна мужчину.
Дядя Джейк потер глаза.
– Хотите увидеть ее?
– Само собой, – ответила Сабрина.
И девочки последовали за дядей в конец коридора в другую спальню. Мебели в комнате было крайне мало, лишь с зеркалом в полный рост на дальней стене и кровать королевских размеров посередине. Там лежали Генри и Вероника Гримм, родители девочек, проклятые заклятием беспробудного сна, и ничего, что пробовала Сабрина и ее семья, не могло пробудить их. Они были как две Спящие Красавицы, разве что одной из них требовалось побриться. Недавно в семье Гримм забрезжил лучик надежды – женщина из прошлого Генри, которая могла помочь пробудить родителей Сабрины и Дафны. За ней присматривал дядя Джейк через самое ценное магическое сокровище Гриммов – волшебное зеркало.
На самом деле слово зеркало не совсем подходило, чтобы описать его. Зеркала отражают, что находится перед ними, однако это зеркало отражало что‑то другое – или, если быть точнее, где‑то другое. Поглядев в серебряную поверхность, Сабрина увидела прекрасную курчавую женщину с круглым лицом и зелеными глазами. На ее носу рассыпались веснушки, а светлые волосы казались особо золотыми на фоне ярко‑голубого неба. Одетая в белое платье, женщина сидела на горбу у верблюда. С ней была куча других людей, тоже на верблюдах, и они фотографировали древние пирамиды в скалистой пустыне.
– Златовласка, – прошептала Сабрина.
– А там жарко, – Дафна подошла к зеркалу.
– Думаю, она где‑то в Египте. Но точно где сказать сложно. В том месте куча пирамид, – дядя Джейк постучал по краю зеркала. – Если б эта штука передавала звук, я бы смог разобрать диалект ее экскурсовода.
– На прошлой неделе она была в Серенгети, на позапрошлой – в Южной Африке. Почему она так быстро переезжает с места на место? – спросила Дафна.
– Кто знает? – посетовала Сабрина. – Она никогда не остается на одном месте больше чем несколько дней и потом срывается чуть ли не на другой край мира! Как мы свяжемся с ней? Она должна вернуться, должна разбудить маму с папой!
Дафна и дядя Джейк, казалось, хотели угомонить Сабрину, но она считала, что имела полное право злиться. Еще недавно их поиски найти способ снять сонное проклятие с родителей казались безнадежными. И теперь, когда они знали, что эта женщина могла снять заклинание, стало еще труднее, чем прежде, поскольку им ничего не оставалось, кроме как следить за ее метаниями по всему миру на этих глупых каникулах.
– Терпение, Брина, – сказал дядя Джейк, чтобы успокоить ее. – Мы выследим ее.
Как по сигналу, изображение в зеркале поблекло, и на колеблющейся серебряной поверхности появилась злая круглая голова с резкими чертами лица, пухлыми губами и глазами цвета полуночи.
– Привет, Зерцало, – поздоровалась Сабрина.
– Привет, девочки, – ответил Зерцало. – Вы можете увести своего дядю отсюда? Он сидит в этой комнате уже две недели. Ему нужно что‑то поесть и, если поинтересуетесь у меня, посетить ванную.
– Он прав, – сказала Дафна дяде. – Без обид, но от тебя немного несет.
Пожав плечами, дядя Джейк поднял руки, будто сдается.
– Ладно, я продолжу утром.
– После ванной, – повторил Зерцало.
Дядя Джейк повернулся к девочкам.
– Вам обеим стоит отправиться в кровать. Завтра у вас важный день.
– Опять сидеть у тюрьмы в надежде, что нас пустят повидаться с мистером Канисом, – пробурчала Сабрина. – Пустая трата времени. Шериф Ноттингем не пустит нас. А ведь мы можем использовать это время, чтобы найти Златовласку.
– Может, вы и не увидите Каниса, но уверен, он оценит порыв души, Сабрина. А что, если вы придете в тот день, когда Ноттингем подобреет сердцем?
– Чтобы подобреть сердцем, нужно его иметь, – проворчала Сабрина.
– Пойдешь с нами? – спросила дядю Дафна.
– Не в этот раз, малышка. У меня есть планы с Шиповничек.
– Снова держаться за ручки и целоваться? – полюбопытствовала Дафна.
–
