class="p1">13–14. И до закона грех был в мире, но грех не вменяется без закона. Однако же, смерть царствовала от Адама до Моисея и над несогрешившими, подобно преступлению Адама, ставшего образом будущего человечества.
15–16. Но дар благодати не такой, как преступление. Ибо если преступлением одного человека подверглись смерти многие, то гораздо превосходнее благодать Божья и дар одного человека Иисуса Христа, распространивший благодать для многих. И дар действует не так, как суд над согрешившим, ибо суд приговаривает к осуждению за одно преступление, а дар благодати даётся к оправданию от многих преступлений.
17. Ибо если преступлением одного человека смерть царствовала через его посредничество, то тем более приемлющие обилие благодати и дар праведности будут царствовать в жизни посредством одного Иисуса Христа.
18–19. Поэтому, как преступлением одного (Адама) всем людям осуждение к смерти, так праведностью одного (Иисуса) всем людям оправдание к жизни. Как через непослушание одного человека множество людей сделалось грешными, так и послушанием одного сделаются праведными многие.
20–21. Закон же пришёл позже, и таким образом умножилось преступление. А когда умножился грех, то стала преизобиловать благодать, и как грех царствовал к смерти, так и благодать воцарилась к жизни вечной через праведность Иисусом Христом, Господом нашим.
ШЕСТАЯ ГЛАВА.
1–3.Что же на это скажем? Оставаться ли нам в грехе, чтобы умножилась благодать? Никак нет. Мы умерли для греха, как же нам жить в нём? Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся в Иисуса Христа, в смерть Его крестились?
4. Итак, мы погреблись с Ним крещением в смерть, чтобы как Христос воскрес из мёртвых, так и нам ходить в обновлённой жизни.
5–7. Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, то должны быть соединены и подобием воскресения, зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы совлечено было тело греховное, чтобы нам уже не быть рабами греха, ибо умерший освободился от греха.
8–10. Если же мы умерли со Христом, то веруем, что и жить будем вместе с Ним, зная, что воскресший Христос уже не умирает, и смерть уже не имеет над Ним власти. А что Он умер, так умер однажды для греха, а живёт теперь для Бога.
11. Так и вы считайте себя мёртвыми для греха, живыми же для Бога в Иисусе Христе Господе нашем.
12–13. Итак, да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться в похотях его, и не предавайте себя греху в орудие неправды, но представьте себя Богу, как оживших из мёртвых, и тело ваше в орудие праведности.
14. Грех не должен над вами господствовать, потому что, вы уже не под властью закона, а под благодатью.
15. Что же из этого следует? Станем ли грешить, потому что мы не под осуждением, а под благодатью? Никак нет.
16. Неужели не знаете, что кому вы отдаёте себя в послушание, того вы и рабы: или рабы греха к смерти, или рабы послушания Богу к праведности?
17–18. Благодарение Богу, что вы, будучи раньше рабами греха, от сердца стали послушны образу учения Христова, которому предали себя. Освободившись же от греха, вы стали служителями праведности.
19. Объясняю вам по рассуждению человеческому, ради слабой плоти вашей. Как предавали вы члены ваши в рабство нечистоте и беззаконию на дела беззаконные, так ныне отдайте себя праведности на дела святые.
20–21. Ибо, когда вы были рабами греха, тогда не имели праведности. Какой же плод вы имели тогда? Такие дела, каких ныне сами стыдитесь, потому что конец их — смерть.
22. Но ныне, освободившись от греха и став рабами Богу, плод ваш есть святость, а конец — жизнь вечная.
23. Ибо возмездие за грех — смерть, а дар Божий — жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем.
СЕДЬМАЯ ГЛАВА.
1. Разве вы не знаете, — говорю знающим закон, — что закон имеет власть над человеком, пока он жив?
2. Замужняя женщина привязана законом к живому мужу, а если умрёт муж, она освобождается от закона замужества.
3. Поэтому, если при живом муже выйдет замуж за другого, называется нарушительницей закона, если же умрёт муж, она свободна от закона и не будет виновна, выйдя за другого мужа.
4. Так и вы, братья, умерли для закона Телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мёртвых, и приносить плод Богу.
5. Ибо, когда мы жили по старой природе, тогда страсти греховные, которые обнаруживал закон, действовали в нас и приносили плод смерти;
6. Но ныне, умерев для закона, связывавшего нас, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлённом духе, а не по букве ветхого закона.
7. Что же скажем на это? Неужели от закона происходит грех? Никак нет, но я не иначе узнал бы о грехе, как посредством закона, ибо я не понимал бы и желания совершить грех, если бы закон не говорил: «не пожелай того и того».
8–11. Но грех, связанный с заповедью, произвёл во мне всякое незаконное желание, ибо без закона грех не живёт. Я жил некогда без закона, но когда пришла заповедь, то грех ожил, а я умер, осуждённый за грех; таким образом, заповедь, данная к жизни, послужила мне к смерти. Потому что, грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею.
12–13. Закон свят, и заповедь свята и праведна и добра. Итак, неужели доброе является смертоносным? Нет, но грех, оказывающийся грехом потому, что посредством доброго причиняет мне смерть, становится грешен посредством заповеди.
14. Ибо мы знаем, что закон духовен, а я плотской человек, раб греха. Ибо не понимаю, что делаю; потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу — то делаю. Если же я делаю то, чего не хочу, то соглашаюсь с законом, что он справедлив. А потому, уже не моя воля делает то, а живущий во мне грех, который сильнее меня.
18–20. Ибо знаю, что не живёт во мне, то есть, в плоти моей, доброе, потому что желание добра есть во мне, но чтобы сделать оное, сил не нахожу. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которое не хочу — делаю.
21–23. Итак, я нахожу закон, что, когда хочу делать доброе, принадлежит мне злое. Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божьем, но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих (в моей природе).
24. Бедный я человек! Кто избавит меня от сего смертоносного тела? Итак, тот же самый я умом моим служу закону Божьему, а
