Окончив среднюю школу в 1967 году, Евгений спустя год поступил в Горьковское высшее военно-командное училище связи, поскольку с детства был неравнодушен к радиотехнике. Отучившись там четыре года, Евгений вернулся в Москву, причем не один, а с молодой женой. Пугачева определили служить в Центральном аппарате Министерства обороны. Впереди перед молодым офицером открывались радужные перспективы, но они были перечеркнуты им же самим. Евгений служил в районе станции Тарасовка и в один из выходных дней вывозил семьи командного состава на Пироговское водохранилище. Но при подъезде к нему у него сломался автомобиль. Не сумев справиться с поломкой самостоятельно, горе-водитель тормознул первую же встречную машину. Ею оказалась черная «Волга». На ней он доехал до станции и вызвал подмогу. А спустя несколько дней его вызвал к себе работник особого отдела.
Выяснилось, что в злополучной черной «Волге» ехал военный атташе посольства США, под личной которого скрывался матерый сотрудник ЦРУ (в Тарасовке находились дачи американского посольства). И Пугачева заподозрили в преднамеренном контакте со шпионом. Евгению потребовалось приложить массу усилий, чтобы отвести от себя подозрения в шпионаже. Однако «пятно» в его биографии все равно появилось. Чтобы его смыть, ему пришлось принять предложение о переводе в другое место службы. Им оказался Семипалатинский ядерный полигон, где Евгений прослужил семь лет. Именно там он научился пить «по-черному», поскольку водка помогала выводить радиацию. Тогда же он развелся с первой женой, которой вовсе не улыбалась жить в этакой тьмутаракани, и женился во второй раз на местной женщине, которая родила ему первенца — сына Артема.
Кстати, именно в эти годы его сестра стала суперпопулярной певицей и начала зондировать почву на предмет возвращения брата в Москву. Но все ее попытки вызволить Евгения из ссылки не имели успеха: все-таки в конце 70-х ее слава хоть и была большой, но на высшие чины еще не распространялась. Поэтому Евгения вызволил из тьмутаракани другой человек — некий проверяющий полковник из столицы. Он приехал в Семипалатинск с очередной проверкой и «загудел» с Пугачевым. В ходе попойки выяснилось, что они оба москвичи. Узнав о том, при каких обстоятельствах его собутыльник угодил в Семипалатинск, проверяющий дал слово это дело утрясти. И свое обещание сдержал — спустя полтора месяца Евгения вернули в Москву, в Центральный аппарат МО.
В 80-е годы Пугачев какое-то время служил в Афганистане, выполняя боевые задачи по поддержанию связи в войсках ограниченного контингента советских войск. А потом его перевели в воинскую часть в Москве, которая обеспечивала связь в правительственном аппарате. Офицерами в этой части в основном служили «блатные» — сынки и родственники высокопоставленных деятелей. Впрочем, и Пугачева в те годы можно было отнести приблизительно к этой же категории, ведь его родная сестра к тому времени была уже звездой эстрады мирового масштаба.
В отставку Пугачев вышел уже после развала СССР, в 1994 году, в звании подполковника. Причем было ему в ту пору всего 44 года, но пенсия была заслуженной: здоровье Евгения было уже не ахти (семь лет, проведенные на ядерном полигоне, давали о себе знать). К тому времени сын Артем уже вырос, но был еще один сын — Владик, школьник, которого Евгению пришлось растить одному, ввиду того что вторая жена от них ушла. Чтобы прокормить семью, Пугачев устроился на работу телохранителем. Но быстро оттуда сбежал, поскольку нагрузка оказалась непосильной. И тогда он обратился за помощью к сестре, которая подыскала ему работу шофера в российском отделении фирмы грамзаписи «Полиграм». Вскоре после этого в репертуаре Пугачевой появилась песня «Настоящий полковник».
Между тем последние годы жизни Евгения Пугачева нельзя назвать благополучными. Например, в личной жизни у него были серьезные проблемы. Во-первых, его младший сын вел не самый благообразный образ жизни, из-за чего отцу пришлось сильно нервничать. Во-вторых, рядом с Евгением появилась молодая особа, которая в течение нескольких лет жила с ним, а потом сбежала к более молодому любовнику, да еще, как заявил потом сам Евгений, прихватив изрядную сумму денег. В итоге все эти передряги не могли не сказаться на и без того не богатырском здоровье брата Примадонны. К тому же у него была та же проблема, что и у всего семейства Пугачевых — болезнь сердца (их родители ушли из жизни от обширных инфарктов). Отметим, что сама Пугачева буквально перед Новым 2011 годом легла в больницу, где ей сделали операцию на сердце. Туда же (в Бакулевуский центр) 7 февраля 2011 года был положен и ее брат. Но ему, увы, это не помогло — он умер от обширного инфаркта 21 февраля.
В детстве Алла и брат были очень близкими друзьями, но потом их пути разошлись…Похороны Евгения Пугачева прошли на «семейном» кладбище Пугачевых, Кузьминском, 23 февраля. Пугачева приехала туда со своим супругом Максимом Галкиным. Как написала в «Комсомольской правде» журналистка М. Ремизова:
«…После отпевания катафалк медленно поехал на кладбище, а Пугачева со всей скорбной процессией направилась к погосту пешком.
Несмотря на мороз, Алла Борисовна почти час горевала у могил брата и родителей.
— Это какой-то несчастный случай… Прощай, Женька, — утирая слезы, прошептала, прощаясь с дорогим человеком, Алла Борисовна.
Поминки прошли в ресторане ЦДЛ».
«Гастрольные» мужчины.
Левон Мерабов, Александр Лившиц, Александр Левенбук
Гастрольная деятельность певицы Аллы Пугачевой началась осенью 1965 году, и связана она была с именами сразу нескольких мужчин. Первым из них был композитор Левон Мерабов. Вспоминает А. Пугачева:
«День был пасмурным. Шел дождь. На первом же уроке получила двойку. И вместе со своей подругой убежала с занятий. Невезение продолжалось: в кино попасть не смогли. Дождь лил по-прежнему. Забрели в какой-то клуб. Шли на звуки музыки и попали в зрительный зал. Тихонечко заняли места и стали следить за тем, что происходит на сцене. Играл ансамбль. Из-за кулис вышла артистка в красных лакированных сапогах. Спела незнакомую песенку. Потом о чем-то долго говорила с руководителем. Ушла. Ансамбль снова начал играть. Вышла другая певица в таких же красных сапогах. И песню пела ту же самую.
Когда на сцене появилась пятая исполнительница в таких же красных сапогах и запела ту же самую песню, стало невыносимо смешно и я рассмеялась. Руководитель ансамбля закричал, почему в зале сидят посторонние. От этого стало еще смешнее, и вдруг неожиданно для самой себя я громко напела припев песни. И услышала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
