Волк внутри него сошел с ума: стал выкручивать сухожилия, проситься на свободу.
Стало ясно: минута в замкнутом помещении с ней — и оборота не избежать. Садиться нельзя!
Тогда проблем у Муна поприбавится в разы!
Это ходячее Солнце просто кара на голову!
А теперь сидит внутри его машины. Звонкий голос до сих пор звенел в ушах мужчины, заставляя зверя внутри рычать.
Что с ним происходит? Обычно волк никак не реагировал на человеческих девушек, а на волчиц максимум щерился. Почему эта женщина такая магнитно-притягательная и такая вопиюще раздражающая?!
Дотронулась до него! Посмела!
А Мун в месте касания чуть не расплавился, будто самая горячая звезда вселенной коснулась его! Обычно руку откусил бы любому, кто посмел на него дыхнуть!
А еще заявляет, что это ее рубашка!
З-з-заноза!
Парню своему хочет подар-р-рить, как же, слышал-слышал…
Еще посмела сравнить того с Муном!
От одной мысли об этом хотелось вырвать дверь у машины.
— Выходи! — рыкнул Мун девушке.
Та не шелохнулась — ни одного перемещения в салоне. Волк остро реагировал на каждое движение, каждый вздох девушки, поэтому точно это знал.
— Выметайся! — припугнул голосом ее мужчина.
Но молодая женщина оказалась не из пугливых! Дыхание сбилось, салон машины наполнил запах адреналина, и как только Мун почуял ее “бей или беги” настрой, неожиданно слетел с катушек — обернулся в волка в одно мгновение.
Нельзя показываться людям! МСО голову открутит!
Волк молниеносно запрыгнул в салон машины, а Костя тут же его прикрыл, захлопывая дверь, чуть не прищемив хвост.
Водитель дал по газам, а Мун понял, что попал — почувствовал под собой женское тело…
ГЛАВА 7
Город. Санни
“Твою мать. Твою мать! ТВОЮ МАТЬ!” — в голове бились только эти два слова.
Тело сковало, будто меня обдали сухим льдом. Одно касание лапы этого чудовища — и я рассыплюсь тысячей ледышек. В открытой пасти я видела конец своей такой яркой, но короткой жизни.
Острые зубы предупреждающе клацнули прямо около лица, а шерсть коснулась руки. Оцепенение, которое держало меня крепче хватки бойцовой собаки, разлетелось в клочья, и я заорала. Нет, завизжала!
Никогда раньше не надрывала глотку. Правда!
В критические моменты, наоборот, слыла молчуньей, пуская все силы на решение вопроса, но тут растерялась: не каждый день шикарный мужик на твоих глазах превращается в волосатого монстра.
Машина вильнула в ответ на мой крик, и зверь, чтобы не свалиться в ряд между сиденьями, припал на лапы, но не коснулся меня.
— Не ори! Закрой рот и замри, если хочешь доехать живой! — паника водителя травила и без того нервозный воздух.
Живой доеду? Тоже мне, успокоил!
Но рот закрыла.
Спастись бы! Но как?!
Одно радовало: волк задрал голову вверх, старательно игнорируя меня.
С хребтины зверя сорвался кусок белоснежной рубашки — несостоявшегося Пашиного подарка. Это напомнило: то, что я увидела сейчас, было невероятным, фантастическим, нереальным.
И то, что нужно выбираться любой ценой!
Я вывернулась, подняла руку за голову и дернула за ручку двери.
— Р-р-р! — раздалось надо мной глухое рычание, а морда волка опустилась.
Влажный нос уткнулся мне в шею, а я напряглась до предела. С висков покатились ледяные капли страха, а рычание зверя приобрело вибрирующие нотки.
Мегаполис голосил из-за болтающейся на ходу двери, напоминая, что рядом обычная жизнь, из которой меня стремительно увозит вихляющая между рядами машина.
«Борись или умри!» — решила я, схватила морду волка с двух сторон за густую шерсть и максимально оттянула от себя.
Вряд ли с ним кто-нибудь так обращался хоть раз в жизни, но мне было все равно.
Зубы оголились из-за натянутой пасти. Страшно-то как!
— Дура! Не трожь! Он тебя порвет! — заорал водитель.
Как ни крути, мне достанется. Какая разница?! Я попробую, а там будь что будет!
И я рванула голову волка в сторону, стараясь завалить зверя в проход.
Ха! Наивная! Он даже не покачнулся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тогда в ход пошли ноги и руки, я билась за жизнь, зажмурившись, — кулаками, пинками, с плотно сжатыми от решительности зубами.
Неожиданно мои руки оказались пойманы и задраны вверх, будто их не держали, а приковали. Дверь захлопнулась, чуть не стукнув меня по голове. А потом на меня опустилось мужское тело, вдавливая в сиденье.
Голое, горячее, словно растопленная печь.
И в полной боевой готовности…
ГЛАВА 8
Но что-то было не то…
Пот лился градом с мужчины, он был напряжен до окаменения, будто тянул на тросе железнодорожный состав. Все жилы выступили, вены вспухли, а выражение лица меньше всего напоминало похотливое.
Скорее, я сказала бы, что ему хреново. Плохо до дурноты!
Пустое выражение глаз и море усилий, словно боялся не сорваться, пробрало до дрожи и заставило не двигаться, почти не дышать.
А вот незнакомцу каждый вздох давался с трудом. Сердце в груди оборотня глухо отдавало в мою грудную клетку, и в какой то момент, ей-богу, наши сердца забились в унисон.
И это было даже не “тук-тук-тук”! Это было “тыдыщ-тыдыщ-тыдыщ”!
На секунду этот громкий звук заглушил даже мир вокруг.
Да и мы не дышали…
— Мун, мужик, не пугай меня! Я слышу только твое сердце… Не говори, что ты ей глотку перегрыз! — раздалось убийственно пораженно с водительского места, разрывая момент.
— Ты почуял бы кровь… — сипло ответил мужчина, а его слова щекотали меня в районе ключицы.
“Перегрыз глотку?” Я сглотнула и почувствовала, как нос оборотня двинулся вверх-вниз за глотком страха около моего горла.
Он же сейчас не собирается вонзить в меня зубы?
— Т-ты же ц-цивилизованный оборотень, д-да? — Я отвернулась и закрыла глаза, вжимаясь в сидушку, максимально отстраняясь. — Не делай этого!
Фыркание! Снова этот звук! Только сейчас он звучал иначе, чем в магазине, как-то натянуто, до предела, словно показная легкость дается огромной силой воли.
Я работала со спортсменами, с сильными мужчинами, которые каждые день преодолевали невыносимые боли, чтобы идти к своей мечте. И этот оборотень чем-то напоминал их.
Медленно повернула голову и заметила напряженные морщинки внутренней борьбы на лбу оборотня. Кажется, сам не рад положению, в котором мы оказались. Он закрыл глаза, весь морщась, скалясь, а я не могла оторвать взгляд, как от диковинного создания.
Значит, его зовут Мун… Какое странное имя, как прозвище!
На плечах оборотня белели старые шрамы, уходящие рубцами прошлого на мускулистую спину.
Отлично, я отвлеклась, немного успокоилась, а теперь пора брать дело в свои руки! А то так недолго — и на самом деле либо глотку перегрызут, либо увезут в далекие леса!
Посмотрела на напряженную шею мужчины, на натянутые жилы и поняла, что если получится — я везунчик. Ни разу не практиковала этот прием — нужды не было. Изучала только в теории, прекрасно знаю все точки на теле человека, и вот…
Похоже, пришла пора практики!
Я сложила пальцы в форме клюва, сконцентрировала всю силу в руке и что есть мочи ударила “клювиком” чуть ниже кадыка.
Мун подавился воздухом, сдавленно захрипел, а я, словно червяк, вывернулась и смогла сначала оказаться сбоку от дезориентированного мужчины, а потом и сверху.
— Мун! — Водитель дал по тормозам, а мне только это и было надо.
Я схватилась за ручку двери и выскочила наружу, побежала, расталкивая толпу локтями так, словно за мной гнались демоны.
“Не демоны — волки! — поправила я себя. — Надеюсь, они не возьмут мой след!”
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
ГЛАВА 9
Последняя мысль занозой засела в голове. Словно обезьянка с тарелками, звенела до одури, заставляя постоянно оглядываться.
Нужно запутать слежку! Нельзя привести “хвост” на работу, а тем более домой!
