- Опять заговорили о сокращении финансирования. Мы уже год топчемся на месте.
- Год? Топчемся на месте? Они там что думают мы стоим у станки и точим болты? Они вообще имеют представление, что такое научно-исследовательский процесс? Это изыскание, его можно как-то спрогнозировать, но планировать…
- Я полностью на вашей стороне, Макар Ефимович. Очень может быть, что они ничего не смыслят в научных изысканиях, но деньги считать умеют. И вложения пока себя не оправдывают.
- То чего мы уже достигли, настоящий прорыв.
- Согласен. Но уже год, как мы не продвинулись вперед ни на шаг.
- Господи, в каких условиях приходится работать.
- Так что мне сообщить руководству?
- Можете им сказать, чтобы сворачивали проект. Я не могу работать в таких условиях.
При этих словах Кравцов только покачал головой. Профессор опять оседлал своего конька. А значит майору самому придется измысливать очередной отчет с обоснованиями в пользу продолжения проекта. Впрочем, трое суток у него еще есть. Остается дождаться, согласия Романова, и запуска очередного эксперимента. Ч-черт. Тринадцатого. Еще и это.
Глава 2
Начало новой жизни
Ч-че-орт! Как же болит голова. Щербаков, с-сука-а! Ведь обещал новое тело, пышущее здоровьем и целую жизнь в придачу. На выходе же…
Михаил едва успел перекатиться набок, как его вырвало. Позывы сменялись один за другим. Даже когда рвать было уже нечем его продолжало выворачивать наизнанку. Казалось он сейчас выметнет наружу внутренности. Обошлось даже без крови, а значит и надрыва пищевода.
С другой стороны, как говорится, нет худа без добра. Зато в голове прояснилось, и боль практически ушла. Вот еще бы эти клятые птички успокоились, и вообще было бы замечательно. А то их щебет отдается в нескончаемым звоном сотен колокольчиков. Это конечно не так болезненно, но все же малоприятно.
Приподнялся на локтях, и осмотрелся. Лес? Или просто березовая роща? Хороший вопрос. Еще бы знать ответ. Ну так Тещин язык это. Он в трехстах саженях* на полдень** от слободской*** стены. А до вот этой расколотой березы никак не меньше ста пятидесяти. Откуда он это знает? Да вот знает и все тут. Он вообще много чего знает. Аж голова кругом. Помнит каждую травинку которую видел. Каждую росинку, что попалась ему на глаза. Отличит любую пичужку из тысячи. Причем не только на вид, но и по голосу.
*Сажень – 197,5см
**Полдень – юг
***Слобода – в данном случае укрепленное поселение, освобожденное от податей местному феодалу и находящееся на государственной службе.
От обилия информации голова вновь пошла кругом, и отозвалась очередной острой болью. Как результат, Михаил вновь потерял сознание. Сколько он пролежал в беспамятстве, он не знал. Может час. А может и все сутки напролет. Во всяком случае, когда пришел в себя то чувствовал себя уже куда лучше.
Осмотрелся. Судя по состоянию рвотной массы, времени все же прошло не так много. Глянул на положение солнца, и память тут же услужливо подсказала в каком месте оно было раньше. Прикинул мысленно солнечные часы, безошибочно определив время. Получается он провалялся без памяти около двух часов.
Не так у и много, для сотрясения мозга, которое у него несомненно было. Если еще и не хуже. Потому как условие переноса это гибель реципиента. Как там матрица сознания разбирается с фатальной травмой совершенно непонятно. По заверениям профессора, в случае если не справится, Михаила просто выбросит обратно в его тело. И тогда они повторят все сначала.
Он посмотрел на расколотую березу. Одна ее часть все еще продолжала возвышаться над ним. Зато вторая не выдержала и рухнула, приласкав по голове бегущего без оглядки Звана.
Стоило только подумать о прежнем хозяине тела, как голова тут же взорвалась таким потоком информации, что он вообще не мог ничего сообразить. Правда, на этот раз сознание не потерял. Но и собрать мысли в кучу или хоть как-то их упорядочить не получалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сел опершись спиной о березу и закрыл глаза Коль скоро беспамятство смогло помочь хоть немного прийти в себя. Глядишь, сон и вовсе окажет благотворное влияние. Опять же, доктора советуют побольше спать.
Проснулся он когда на землю опустились сумерки. Его разбудил урчащий живот, требующий пищу. Похоже в одном ему все же повезло. Он оказался в теле подростка. Как ни странно, теперь воспоминания не причиняли неудобств и не наваливались сметающей лавиной. Не успел удивиться этому обстоятельству, как тут же, вспомнил сон. Странный такой. Он видел себя, разгребающего завалы книг, и распределяющего их по полкам занимающим огромную стену. Хм. Похоже, выражение «разложить все по полочкам» в действии.
В любом случае, теперь ему было не в пример легче. В его распоряжении оказалась память прежнего Звана, в полном объеме и полностью систематизированная. Михаил понятия не имел, как это ему удалось. Вероятно дело рук его подсознания и его понимание порядка. Только почему библиотека? Никогда не был читателем. Не суть важно. Главное, что оно есть, и он знает как этим пользоваться. С остальным пусть разбирается Щербаков.
Хм. А ведь он пожалуй знает об этом крайне мало. И вообще, как-то все получилось, вперед, бегом, скачками. К примеру ему не позволили хоть как-то подготовиться к переносу сознания. Не дали даже ознакомиться с материалами по данной эпохе. Просто взяли и забросили на удачу. Макар Ефимович объяснил это тем, что они отрабатывают теорию эффекта бабочки.
Н-да. Ну-ну. Ему виднее. Вот не сумеет Михаил тут закрепиться, помрет, и в следующий раз будут думать, что перед заброской нужна подготовка. Хм. Неужели не поняли на основе прошлых опытов? Дурдом ромашка. Господи, с кем он связался.
Итак, в его распоряжении память Звана, что говорится, в полном объеме, он может вспомнить все, в мельчайших подробностях, до последней травинки, и случайно оброненного слова. Со своей не все так радужно. Она у него пребывает в своем обычном состоянии. Здесь помню, тут не помню, там… Погодите, погодите… Нет, не помню.
Если коротко, то Зван, отрок четырнадцати лет, бежал без оглядки не просто так. Он убегал от половцев, взявших приступом их слободу. Испугался малец. Хотя до этого и дрался на стенах. Благо силушкой бог не обидел. Самолично проткнул рогатиной половецкого воина взобравшегося на частокол. Может и еще кого зашиб, камнем, или копьем, которые довольно споро метал в наседавших врагов.
Но когда те ворвались за стены, и началось избиение защитников, храбрость его иссякла и он бежал без оглядки. Воспользовался моментом, спрыгнул со стены и в лес. За одиночкой не погнались. А может и не приметили. И вот когда спасение было уже так близко, услышал треск, а там его накрыла темнота.
Вновь заурчал желудок, напоминая о своих потребностях. Придется обождать. Нападение случилось утром. Сейчас только вечер. Бог весть, как долго длится разграбление поселения. Может враги все еще в поселении, а может уже и убрались восвояси, нагрузившись добычей и уводя полоняников. В любом случае поиск приключения на свою пятую точку в его планы не входит.
Поэтому он направился в противоположную сторону. Именно туда, куда и бежал подросток. Правда, он и впрямь бежал без оглядки, и не разбирая дороги. Потому как в эту сторону далее как на поприще* он никогда и не хаживал. Аккурат до опушки березняка. Потому как дальше начинается степь, с перелесками. Ну чего там интересного для мальцов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
*Поприще – старорусская мера равная примерно 1479,1 метров.
Еще две сотни, и как раз выйдет на берег реки. Они туда с ребятами бегали ставить верши, а потом на гулянье рыбкой девчат баловали. Четырнадцать ему уже. На будущий год уже и о женитьбе придется подумать. Оно конечно, родители деток не спросят окрутят, как сами посчитают нужным. Но возраст уже как раз такой, что девки с парнями на гуляньях забавляются. Опять же, случается, что и по любви сходятся.
